Робкая магия - Кинсейл Лаура - Страница 29

— Где вы собираетесь жить? — неожиданно спросила вдовствующая графиня. — Ты не должен увозить ее в Ивераг, дорогой. Я поговорю с Адамом об аренде дома в городе. Может быть, он согласится увеличить сумму твоего содержания. Ты ужасный транжира, мой мальчик, но я уверена, что смогу уговорить…

— Тебе никого не надо уговаривать, — прервал Фэлен мать. — Адам больше не является моим опекуном.

Леди Ивераг поставила свой бокал на стол и тут же подняла его снова.

— Ты имеешь в виду тот глупый договор, на подписании которого ты настоял? Но, мой дорогой, ты же знаешь, Адам пошел тебе навстречу только потому, что видел, как много это для тебя значит. Однако договор ничего не меняет.

— Да, он мало что меняет, — с горькой усмешкой подтвердил Фэлен. — Это была всего лишь небольшая уступка моей гордости. Но факт остается фактом. Согласно договору, Адам снял опеку с части моего имущества. И теперь Ивераг полностью принадлежит мне. Со всеми долгами.

— Вот именно, дорогой мой! Адам сказал, что из этого имения не выжмешь никакого дохода.

Фэлен задумчиво провел указательным пальцем по выгравированному на столовом серебряном ноже вензелю.

— Тем не менее я выторговал у вас это имение, — промолвил он. — Мы заключили сделку. Тебе и Адаму достались деньги, а ко мне перешел Ивераг.

— «Достались деньги»! Как это вульгарно звучит, Фэлен! Я уверена, что Адам…

— Пусть лучше Адам не попадается мне на глаза, — негромко сказал Фэлен, и от его тихого голоса по спине Родди забегали мурашки.

Графиня сделала неопределенный жест рукой.

— Как здесь темно! — воскликнула она. — Прикажи принести еще один канделябр, Фэлен. Я не понимаю, что происходит между тобой и Адамом, любовь моя. Вспомни, сколько лет он заботился о твоем имуществе, защищал твои интересы. С тех пор как умер твой отец…

— Замолчи!

В столовой установилась напряженная тишина. Родди замерла, держа вилку в руках и опустив глаза. Она боялась пошевелиться.

— Больше никогда не заговаривай об отце, — ровным голосом произнес Фэлен.

— Фэлен, я не понимаю, что с тобой сегодня. И почему мне нельзя говорить о твоем отце? Это был прекрасный человек. Замечательный во всех отношениях. Мне всегда очень не хватало его. — И она посмотрела на Родди, не прекращая резать порывистыми движениями кусок сыра на крохотные кубики. — Сыр сегодня немного суховат, вы не находите, моя дорогая? Вы, конечно, понятия не имеете, как нелегко одной воспитывать сына. Особенно такого трудного мальчика, каким был Фэлен. Когда его отца убили, он…

Фэлен вскочил на ноги, с грохотом отодвинув тяжелый стул. Женщины испуганно взглянули на него.

— Довольно! — воскликнул граф.

Графиня мельком взглянула на него и улыбнулась так, словно только что заметила, что сын стоит здесь, у стола.

Но Родди было больно смотреть на него. Уловив промелькнувшую в голове леди Ивераг мысль, она решила перевести разговор на интересующую графиню тему.

— Расскажите, пожалуйста, о вашем доме в Кесвике, — попросила она. — Я еще ни разу не была в озерном крае.

— О, Кесвик — замечательное место. Этот милый городок расположен на берегу озера. Мой дом прост и непритязателен. Меня обслуживает всего лишь полдюжины слуг. Мне так нравится жить в глуши…

Она, по своему обыкновению, начала молоть всякий вздор, и Фэлен наконец сел и уставился в свою тарелку. Его рука потянулась за бокалом, и он залпом выпил вино. Прислуживавший за столом лакей успел два раза наполнить его бокал, пока леди Ивераг рассказывала о своем «непритязательном домике» в Кесвике.

— Я уверена, что и вам мы сможем найти что-нибудь в этом роде, — продолжала графиня. — Я немедленно пошлю в озерный край агента, который быстро подыщет подходящий дом для вас. Мы вернемся туда все вместе. — И леди Ивераг, качая головой, похлопала Родди по руке. — Но прежде я исправлю оплошность этого негодного мальчишки! Он даже не удосужился устроить бал в честь вашей свадьбы! Кстати, а где проходило ваше бракосочетание?

Фэлен взглянул на мать с едва сдерживаемой яростью.

— Мы венчались в церкви Деламоров в Хелмсли, — сказал он, поставив бокал на стол. — Все формальности были соблюдены, документы составлены по всем правилам. При встрече я сообщаю всем знакомым о том, что женился, не делая из этого секрета.

Графиня облегченно вздохнула.

— Как я рада это слышать! Я не хочу, чтобы о тебе снова начали ходить грязные сплетни.

Хотя графиня делала вид, что не придает слухам о сыне большого значения, они, по всей видимости, все же сильно огорчали ее. Среди клубка разрозненных мыслей, вертевшихся у нее в голове, Родди уловила обрывки сплетен об обольщении ее сыном девушек, о шантаже и дуэлях. В памяти леди Ивераг вдруг всплыло имя Эллен Уэбстер, и она сейчас же подумала о ее брате и каком-то убийстве. Родди так и не поняла, что это было за убийство. Но в душе графини не было страха за Фэлена.

— Я уезжаю завтра, — заявил Фэлен и кивнул лакею, который предлагал леди Ивераг конфеты и цукаты на блюде.

Родди бросила на мужа удивленный взгляд.

— Всего лишь на несколько дней, — с улыбкой сказал он. Родди уже открыла было рот, чтобы попросить мужа взять ее с собой, но он едва заметно покачал головой, и она промолчала.

— Ты уезжаешь на несколько дней, Фэлен? — переспросила леди Ивераг.

Родди знала, что мать Фэлена испытала чувство облегчения, услышав эту новость.

— А куда ты едешь, любовь моя? — спросила графиня. — Надеюсь, ты вернешься к четырнадцатому числу? Впрочем, можешь не спешить. Мы с Родерикой пока походим по магазинам. Не бойся, что она потратит много денег. Я сама за все заплачу. За все, слышишь? Я же знаю, что ты на мели. — Графиня посмотрела на Родди. — Мы отлично развлечемся, моя дорогая Родерика. Когда ты собираешься вернуться, Фэлен?

— Дня через четыре, не раньше. Графиня радостно захлопала в ладоши.

— Превосходно! У нас будет достаточно времени, чтобы развеяться. Родерике необходимо приобрести кое-какие драгоценности и несколько шляпок. Ведь теперь она твоя жена. Я знаю прекрасную модистку. Уверяю, Фэлен, мы не будем скучать по тебе. Ты, должно быть, отправишься в деревню, чтобы присмотреть коров для своего имения или что-то в этом роде.

— Да, именно так.

Леди Ивераг залилась звонким смехом.

— Он едет взглянуть на коров! — весело воскликнула она. — О, мой бедный сын! Надо же, на коров!

Держа в руке хрустальный бокал, Фэлен барабанил по нему указательным пальцем.

— Я хочу, чтобы Родди носила только те драгоценности, которые я сам выберу для нее, — заявил он и пригубил бокал.

Графиня лукаво усмехнулась, поглядывая на Родди.

— Он пытается быть жестким и грубым, — сказала она. — Не давайте запугать себя, дитя мое. Как только он уедет, мы будем вольны делать все, что нам заблагорассудится.

— Я бы посоветовал вам за это время собрать свои вещи, — промолвил Фэлен, обращаясь к жене. — Как только я вернусь, мы с вами отправимся в Ирландию.

Родди проснулась посреди ночи от кошмарного сна. Она громко всхлипнула и услышала рядом голос Фэлена. Он крепко обнял ее в темноте и прижал к своей груди. Она прильнула к нему всем телом, тяжело дыша. Ее сердце учащенно билось.

«Слава Богу, это был всего лишь сон», — с облегчением подумала она.

Фэлен погладил жену по голове.

— С тобой все хорошо, дорогая? — заботливо спросил он. Родди кивнула, не отрывая головы от его плеча. Дрожь пробежала по ее телу, и Родди крепче прижалась к мужу.

— Чего ты испугалась? Тебе приснилось что-то страшное? Может быть, дьявол?

Она нашла в темноте его руку, и их пальцы переплелись.

— Не знаю… Я не помню, что мне снилось… — прошептала она.

Когда Фэлен уехал, Родди снова начали сниться кошмары. Но Родди опять не могла вспомнить, что именно ее так испугало во сне.

Только Фэлен мог избавить ее от чудовищных кошмаров. Лежа в темноте, она думала о нем, представляя, как он скачет на своем гнедом жеребце холодной ночью. Она вспоминала, как Фэлен с улыбкой прощался с ней.