Последнее правило - Пиколт Джоди Линн - Страница 113

— Существует множество психических расстройств, при которых клиническое наблюдение — единственный метод диагностирования, мисс Шарп. И этот случай не исключение. Любой психиатр вам скажет, что синдром Аспергера — клинический диагноз. Возможно, сложно описать его несведущему человеку, но когда встречаешь это расстройство, то сразу понимаешь, с чем имеешь дело.

— И чтобы не возникло вопросов. Вы чувствуете, что заболевание Джейкоба каким-то образом повлияло на него в день убийства Джесс Огилви?

— Именно так.

— Потому что Джейкоб не в состоянии справляться с социальными ситуациями. И он не может поставить себя на место другого человека. И чувство разочарования иногда приводит к вспышкам гнева.

— Именно так, — подтверждает доктор Мурано.

— И эти черты характерны для человека с синдромом Аспергера?

— Да.

— Какое совпадение! — восклицает прокурорша, скрещивая руки на груди. — Эти же черты прослеживаются в портретах хладнокровных убийц.

Однажды Джейкоб признался мне, что слышит, как умирают растения. «Они кричат», — уверял он. Я, разумеется, считала это заявление смешным, пока не поговорила с доктором Мурано. Она заверила, что дети с синдромом Аспергера обладают такими чувствами, о которых мы даже не подозреваем. Мы отгораживаемся от звуков и образов, которые постоянно атакуют наш мозг, именно поэтому иногда кажется, что дети-аутисты закрылись в своем собственном мирке. «Это не так», — уверила меня психиатр. Они в нашем мире, но поглощены им больше, чем мы.

В тот день я пришла домой и нашла в Интернете сведения о том, как погибают растения. Оказалось, растения в состоянии стресса выпускают газ — этилен, а ученые в Германии создали прибор, который фиксирует энергию высвобождаемых молекул как вибрацию… или звук.

Теперь я задаюсь вопросом: а не тяжело ли быть свидетелем последнего вздоха природы? А вдруг мой сын слышит не только растения, но и как «скрипит зубами» бушующий океан. Как застенчиво восходит солнце. Как разбивается сердце.

ОЛИВЕР

Однажды в старшей школе школьный психолог, миссис Инверхолл, дала мне тест на выявление способностей, чтобы определить мое будущее. Первой в списке рекомендуемых мест работы, учитывая мои способности, была должность следователя по расследованию несчастных случаев на воздушном транспорте — таких во всем мире меньше пятидесяти человек. Номером два стояла должность хранителя музея китайско-американских учений. Номер три — клоун в цирке.

Я абсолютно уверен, что «адвоката» в перечне не было.

Спустя некоторое время после окончания школы до меня дошли слухи, что этот школьный психолог рано вышла на пенсию и переехала в Айдахо в коммуну утопистов, где нарекла себя Благословенной и сейчас разводит альпак.

По виду Френсис Гренвилл непохоже, что она в скором времени будет разводить лам на ферме. На ней блуза, застегнутая на все пуговицы, крепко сцепленные руки лежат на коленях — мне кажется, что на ладонях останутся отпечатки ее ногтей.

— Миссис Гренвилл, — начинаю я, — назовите свое место работы.

— Старшая школа Таунсенда.

— Как давно вы работаете там школьным психологом?

— Десятый год.

— Что входит в ваши обязанности? — спрашиваю я.

— Я помогаю ученикам с поиском колледжа, помогаю пройти отбор. Пишу рекомендации тем, кто поступает в колледж. Занимаюсь с учениками, которые сталкиваются с поведенческими трудностями во время обучения в школе.

— Вы знакомы с Джейкобом?

— Знакома. Поскольку он занимается по ИУП, я непосредственно участвовала в организации его школьного дня, чтобы обеспечить его особые потребности.

— Вы можете пояснить суду, что значит ИУП?

— Индивидуальный учебный план, — объясняет она. — Это учебная программа, направленная, согласно федеральному закону, на улучшение качества образования для детей с ограниченными возможностями. Каждый учебный план уникален и учитывает особенности определенного ребенка. Например, для Джейкоба был составлен перечень правил, которых необходимо придерживаться в школе, потому что он лучше воспринимает структурированную информацию и определенный режим.

— Вы встречались с Джейкобом помимо вопросов, связанных с обучением?

— Да, — отвечает миссис Гренвилл. — Случалось, что на него жаловались учителя за позерство перед классом.

— Как это?

— В одном случае он продолжал утверждать, что учитель биологии ошибается, после того как последний привел на уроке некие факты. — Она замолкает. — Мистер Хаббард объяснял структуру ДНК. Он расположил аденин в паре с аденином вместо тимина. Когда Джейкоб указал ему на ошибку, мистер Хаббард рассердился. Джейкоб не понял, что учитель раздражен, и продолжал указывать на неточность. Мистер Хаббард отправил его к директору школы за срыв урока.

— Джейкоб объяснил, почему он не понял, что учитель сердится?

— Да. Он сказал, что злое лицо мистера Хаббарда больше напоминает лица людей, когда они радуются.

— Это соответствует действительности?

Миссис Гренвилл поджимает губы.

— Я замечала, что мистер Хаббард ухмыляется, когда сердится.

— Вы случайно не знаете, правильно ли располагать в паре аденин с аденином?

— Как оказалось, прав был Джейкоб.

Я смотрю на скамью подсудимых. У Джейкоба улыбка до ушей.

— Случались еще инциденты, когда вам приходилось приходить Джейкобу на помощь?

— В прошлом году он попал в неприятность из-за девушки. Она очень расстроилась из-за плохой оценки и каким-то образом убедила Джейкоба в том, что если он на самом деле хочет быть ее другом, то должен подойти к учителю математики и послать его… — Она опускает взгляд. — На три буквы. В наказание Джейкоба оставили после уроков, а позже он встретил эту девушку и схватил ее за горло.

— А что произошло потом?

— Их увидел учитель и оттащил его от девушки. Джейкоба на две недели отстранили от занятий. Если бы не индивидуальный учебный план и не понимание того, что его спровоцировали, Джейкоба наверняка бы отчислили.

— Каким образом вы пытались внести коррективы в социальное поведение Джейкоба в школе?

— Он посещал занятия по социальной адаптации, но потом мы с Эммой Хант решили пригласить для Джейкоба частного наставника. Мы подумали, что лучше моделировать особые ситуации, которые обычно его расстраивают, чтобы он учился более конструктивно с ними справляться.

— Вы нашли наставника?

— Да. Я позвонила в университет, там прозондировали почву в учебной части. — Она смотрит на присяжных. — Джесс Огилви первая откликнулась на нашу просьбу.

— Джейкоб с ней встречался?

— Да, с осени.

— Миссис Гренвилл, с тех пор как Джесс Огилви стала наставником Джейкоба, бывали случаи, что он выходил из себя?

Она качает головой.

— Нет, ни разу.

— Свидетель ваш, — говорю я Хелен.

Встает прокурор.

— Мистер Хаббард, учитель биологии, рассердился, а Джейкоб этого не понял?

— Именно.

— Вы хотите сказать, что у Джейкоба с этим проблемы? С пониманием того, когда на него сердятся?

— Да, исходя из того, что мне известно о синдроме Аспергера.

— Во втором упомянутом вами случае Джейкоб на спор обругал учителя, а потом напал на девушку, которая спровоцировала его, верно?

— Да.

— Разве Джейкобу не говорили, что нельзя использовать физическую силу при разрешении проблем?

— Разумеется, говорили, — отвечает психолог. — Он знал, что это школьное правило.

— Тем не менее нарушил его? — уточняет Хелен.

— Нарушил.

— Несмотря на то что, согласно вашим собственным показаниям, для Джейкоба чрезвычайно важно следовать правилам?

— Несмотря на это, — подтверждает миссис Гренвилл.

— Он вам объяснил, почему нарушил это правило?

Миссис Гренвилл медленно качает головой.

— Он сказал, что просто дал сдачи.

Хелен размышляет над сказанным.

— Вы также показали, миссис Гренвилл, что с тех пор как Джейкоб стал заниматься с наставником, в школе он не выходил из себя.