Сэмюэл Джонсон и врата ада - Коннолли Джон - Страница 28

Ошейник уже наполовину слез с ушей, когда шаги злой тетки ускорились.

Миссис Абернати заметила собаку, едва завернула за угол. Ей хватило одного мгновения, чтобы опознать любимца Сэмюэла.

— Ах ты гаденыш! — прошипела она. — Паршивый мальчишка!

Она побежала.

Босвелл рискнул взглянуть налево и увидел, что плохая тетка приближается. Он рванулся изо всех сил, и ошейник соскочил, едва не прихватив с собой его уши. Песик залаял, бросая взгляды то на дорожку, ведущую в сад, то на тетку. Он надеялся, что Сэмюэл с друзьями придут на его лай, но они все не появлялись.

— Бегите! — пролаял Босвелл. — Плохая тетка! Бегите!

Но детей по-прежнему было не видать и не слыхать. Пес взглянул налево и увидел, что тетка начала преображаться. Что-то зашевелилось у нее под пиджаком, а потом вдруг ткань начала рваться, и сквозь дыры вылетели длинные розовые щупальца, и каждое оканчивалось клешнями, которые щелкали, рассекая холодный воздух. Одно из щупалец потянулось к Босвеллу; клешня защелкала, и на землю закапала зловонная жидкость. Песик инстинктивно цапнул его, и щупальце отдернулось, но лишь на мгновение. Оно поднялось, словно змея, изготовившаяся к броску. Босвелл почуял опасность.

Выбора не оставалось: песик поджал хвост и пустился наутек со всех своих коротких лап. Ему показалось, будто что-то дернуло его за шерсть, но он не оглядывался, пока не добрался до угла. Там он спрятался под машину и выглянул между колес. Плохая тетка мгновение постояла у садовой калитки — розовые щупальца покачивались на фоне ночного неба, — а потом развернулась и направилась в сад. Через несколько секунд до Босвелла донесся ужасный звук, настолько пронзительный, что у него заболели уши. Звук был такой высокий, что люди не смогли бы его расслышать. Но миссис Абернати обращалась не к людям.

Она поднимала по тревоге своих собратьев-демонов.

Глава семнадцатая,

в которой миссис Абернати меняет планы

Том заглянул за угол дома и увидел, как миссис Абернати вошла в сад и осторожно притворила за собой калитку. Щупальца покачивались в неподвижном вечернем воздухе; лунный свет блестел на жидкости, капающей с клешней. Том насчитал двенадцать щупалец. На земле у ног миссис Абернати лежал ошейник Босвелла. Миссис Абернати сделала три шага вперед, потом остановилась. Она склонила голову набок, словно прислушиваясь к чему-то, и застыла.

Она ждала и охраняла калитку.

Том помчался обратно, туда, где его ждали Сэмюэл с Марией.

— Мы влипли, — сообщил он. — Там в саду какая-то женщина со щупальцами.

— Это миссис Абернати, — сказал Сэмюэл. — А что с Босвеллом?

— Его не видать. Ошейник там лежит, но Босвелла рядом нет.

Сэмюэл забеспокоился.

— Не могла же она… — начал было он, но умолк не договорив.

Не хотелось думать о том, что миссис Абернати могла сделать с его собакой.

Несколько секунд спустя до них донесся лай Босвелла. Он раздавался где-то подальше, чем прежде, но это, несомненно, был Босвелл.

— Уф, обошлось! — вырвалось у Сэмюэла.

— Для него, но не для нас, — заметил Том. — Если она узнала Босвелла, ей известно, что ты здесь.

Сэмюэл сглотнул.

— Она не знает, что со мной еще вы с Марией. Давайте я ее отвлеку, а вы бегите.

Том посмотрел на Сэмюэла почти что с восхищением, а потом с силой стукнул его по руке.

Сэмюэл взвыл.

— За что?!

— За дурость, — сообщил Том. — Мы не собираемся бросать тебя тут.

Внезапно Мария зажала ему рот. Она приставила палец к своим губам, потом отняла его и указала на прямоугольник света, падающий из окна. Теперь на его фоне виднелась тень мужчины. Друзья застыли, едва дыша. Тень начала изменяться. У них на глазах из нее высунулись восемь тощих конечностей наподобие паучьих лап. Потом тень развернулась и принялась уменьшаться, как будто тот, кто ее отбрасывал, отошел от окна.

— Надо удирать, и побыстрее, — сказал Сэмюэл.

— Мы не можем уйти той же дорогой, что и пришли, — заметил Том. — Женщина сторожит калитку.

— И мы не можем перелезть через забор, — вставила Мария. — Он слишком высокий.

Теперь из дома доносился какой-то шум. Друзья услышали грохот разбившейся вазы, а потом шарканье, как будто к задней двери приближался кто-то, нетвердо держащийся на ногах.

Том заметил слева два пластмассовых ящика с пустыми бутылками из-под вина и пива, подготовленными для сдачи.

— Как думаешь, ты сможешь попасть в эти бутылки камнем? — спросил он у Сэмюэла.

— Будет камень — смогу, — ответил тот.

Том указал направо, на декоративную каменную горку, засаженную растениями. Сэмюэл тут же ухватил булыжник размером примерно с крикетный мяч, перевел дыхание и с размаху швырнул камень в ящик с бутылками.

— Бежим! — скомандовал он.

Друзья помчались вправо, мимо каменной горки, вдоль стены дома. Сзади раздался скрип открывающейся двери, но к этому моменту они были уже за углом, а впереди виднелась калитка. Миссис Абернати ушла, и когда Мария рискнула оглянуться, она увидела силуэт женщины, быстро движущийся от них к дому.

Они воспользовались подвернувшейся возможностью и рванули к калитке, перепрыгивая через клумбы и кусты — за садом тщательно ухаживали, пока место мистера Абернати не заняла тварь, нисколько не ценящая прелестей ландшафтного дизайна. Том бежал замыкающим, но вдруг он зацепился ногой за плеть плюща и упал. Сэмюэл с Марией остановились у выхода. Мария уже собралась было вернуться и помочь Тому, но тут из-за дома, привлеченная шумом, появилась миссис Абернати.

— Гадкие дети! — воскликнула она. — Как вы смеете без разрешения лезть в чужой двор?!

Двое щупалец сделались длиннее остальных и стремительно метнулись к Тому, который как раз пытался встать. Мальчик увидел, какие острые у них клешни, и почувствовал запах той дряни, которая капала с них, как слюна. Том попробовал поднять руку, чтобы защититься, но тут что-то прорезало воздух рядом с ним. Это были грабли; они с силой врезались в щупальца и сбили их вниз. Зубья грабель впились в землю и пригвоздили к ней щупальца, которым оставалось только корчиться и орошать газон густой черной кровью. Миссис Абернати закричала от шока и боли, а Мария бросила грабли и рывком подняла Тома на ноги.

— Бежим! — скомандовала она, и трое детей, сопровождаемые счастливым Босвеллом, исчезли в сгущающихся сумерках.