Добыча - Кузьмина Надежда М. - Страница 85

Невероятно! Ответ лежал на поверхности. Все на него смотрели, и никто не видел!

— Смеющийся фонтан! — улыбнулась я. — А имя… Ты как-то назвала ее «Эль». Но, думаю, не зря много слов и имен в языке дивного народа начинается с «Ал». Алсинейль, Алла'тель, алаоста… Наверняка Эль — это уменьшительное, а полное имя твоей сестры начинается с «Ал». Ну что, угадала?

Шон хмыкнул. Эльфы оторопело хлопали на меня глазами — не могли понять, то ли я так пошутила, то ли они крупно влипли, женившись на гении. От коллективного когнитивного диссонанса парадигма треснула, ага! Поздравляю, парни, — второе!

— Аллаорин. Ее имя — Аллаорин! И можешь звать ее, она разрешила. И обещала помощь, если это будет в ее силах, — Мать Драконов снова хихикнула.

— Ну попроси ее тогда, чтобы после превращения в единорогов на нас хоть штаны оставались! А то неудобно же! — буркнула я в ответ.

Дух захохотал:

— Передам! А сообразишь, как меня зовут?

У нас тут сегодня что, викторина? Угадай по двум буквам?! Ну да ладно, мне не сложно!

— Судя по тому, что драконы все подряд — от вулканов до своих детишек — называют на «Ш», именно это — первая буква твоего имени. Еще, думаю, там есть «р». Штуки две. А может, целых три!

Ну что, получила?

Дух обиженно вздохнул:

— Так нечестно — ты слишком умная! Шарр'риоран. Угадала.

Ну вот, богиня, а ведет себя как Нара, которую при игре в салочки за слишком длинный хвост цапнули! Но как интересно — оба имени созвучны слову «магия» на языках эльфов и драконов.

Про родителей, способных дать девочкам такие имена, я точно спрашивать не буду. И вообще, надо завязывать с этой прикладной лингвистикой. Конечно, приятно звать богиню по имени… но намного больше меня волновало то, что она сказала парой часов ранее про моего отца. Что еще есть надежда…

— Да, Бель, есть. Очень слабая, смутная… но есть. Ты знаешь, я никогда не солгала бы.

Ну и хорошо. Значит, повременим с оплакиванием и живем дальше! И делаем то, что должно.

Перед тем, как покинуть долину, мы отправили Шона ловить тура, а сами, раздевшись донага и зайдя в воды озера Полумесяца, объединили ауры. Это было чем-то невероятным — невесомые в воде тела, ощущение слияния не только с любимыми, но и с силами самой природы. Нам не хватало рук для ласк, губ для поцелуев, любые объятья были недостаточно тесными… а потом как-то само собой вышло, что мы повторили то, что делали в нашу первую ночь. Только в этот раз это оказалось естественным и легким, как дыхание. Мы были едины с самого начала, и слияние тел стало всего лишь завершающей нотой в гармонии единения наших душ. Звезда, центром которой были мы втроем, пылала снежно-белым и ярко-алым, каждое движение и прикосновение рождало взрывы чувственности небывалой силы, выплескиваясь в окружающее пространство сияющими волнами и искрящимися протуберанцами. А потом мир взорвался, и я стала сверхновой…

В себя пришла на берегу, уткнувшись носом в песок. Подняла голову, повертела, похлопала глазами. Ага, Арден и Тиану тут, рядом. Лежат кверху задами. Вроде дышат. Ну нас и долбануло! И сколько мы уже так загораем?

— Шон вернется через полчаса. И спасибо…

Оглянулась на озеро — оно светилось! Сколько же силы мы выплеснули?

— Много. Очень много… Мне пришлось вас вытаскивать — вы отдали себя целиком. Хотя прелесть в том, что меньше у вас не стало. Чем больше отдаете, тем больше становится. Но, девочка, ты уверена в том, что сделала?

О чем это она? Что я сделала? Мы сливались и соединялись в любви десятки раз. Чем же этот особенный?

— Ну, может, ничего и не произойдет, — в голосе Шарр'риоран звучала улыбка, — но все же впредь думай, что творишь…

Так. Значит, я опять чего-то учудила. И, похоже, дух мне не скажет, что именно… Ну ничего, потом сама соображу. А сейчас надо приводить в чувство мужей, а то вернется Шон, а два прекрасных блондина валяются тут голыми с блаженными улыбками на физиономиях. Вид настолько дурацки-счастливый, что мне даже захотелось настучать по паре белобрысых бубнов. Чтоб не расслаблялись!

Час спустя мы улетели из долины озера Сияющего Полумесяца — так, смеясь, назвала свое прибежище Шарр'риоран.

И у нас был четкий план, что и как надо делать дальше.

Не успели вернуться, как я пихнула Ара — пусть спросит у Нейли, что ж такого удивительного произошло в Лариндейле после нашей свадьбы. Закончив ментально говорить с отцом, Ар обернулся ко мне, кусая губы от смеха. Зеленые глаза сияли.

— Ну? — не выдержала я.

Ар замялся, очевидно, затрудняясь сформулировать мысль. Потом усмехнулся и, уже не подыскивая слов, брякнул:

— Половина эльфиек, живущих в столице, беременны. Все понесли после нашего слияния в Храме. Такого всплеска рождаемости у нас не было уже лет четыреста-пятьсот. Отец в восторге!

Я открыла рот. Закрыла. Выходит, наше слияние помогло поднять магический фон до необходимого уровня, и результат налицо? Точнее — по-дурацки захихикала — в животах? Ну и ну! Но это не объясняет лукавой усмешки на лице Ардена.

— А что ты так веселишься? — посмотрела я на мужа.

— Ну, есть одна деталь… — в изумрудных глазах запрыгали смешинки. — Прекрасная Верисиэлль со своим недопринцем в это время гостили в столичной резиденции дома эрд Роон'нал. Дальше надо объяснять?

Я прикрыла рот рукой, чтобы не захохотать в голос, и шлепнулась в кресло. Молодец Орисейль эрд Илл'адан, не подкачал! Теперь златовласка от него никуда не денется! А эрд Роон'нал получит к зиме внука!

Встреча правителей стран союза проходила в нашей столовой в дружественной, весьма неофициальной обстановке. Я хмыкнула — наконец-то эта пустая комната пригодилась! Впрочем, сейчас, с накрытым в центре столом под белоснежной льняной накрахмаленной скатертью, уставленным хрусталем и серебром, с висящими под потолком магическими светильниками, помещение смотрелось весьма достойно. Вазы со свежими фруктами, которые мы хранили в стазисе с прошлого урожая, и букеты цветов придавали столу праздничный вид.

Вот только наше настроение назвать праздничным было сложно. На повестке дня было три вопроса — грядущая война с орками, ловля некроманта и скорейшее восшествие принцессы Астер Кибелы тер Калариан на престол Драконьей Империи.

С орками решили однозначно — надо нанести превентивный удар, откинув их от гор. Чтобы смотреть в нашу сторону боялись! Обсудив, что конкретно и как будем делать, перешли к личности черного мага.

Я рассказала, что из дневников отца стало известно, что Арис тер Алдо ухаживал за моей матерью даже после свадьбы и поклялся отомстить, когда мама его отвергла. Шангарр задумался… Потом сказал:

— Я помню леди Беренис. Она была прелестной женщиной. Полюбить такую не преступление. Это не доказательство, а лишь возможный мотив. Нужно что-то большее.

Большего — увы! — пока у нас не было. Единственное — за последние дни мы отсеяли еще три кандидатуры в некроманты. В частности, выяснили, какого тролля лысого потерял на кладбище библиотекарь. Оказалось, лорд Виш пишет мрачную поэму о проклятой любви и загубленной юной деве. А на кладбище ходит вдохновляться. Ти, который, ознакомившись с плодами творческих потуг библиотекаря, вернулся домой с выпученными глазами и целый вечер, пугая нас, разражался плохо зарифмованными тирадами о «поцелуях черепов безглазых, позеленелых лежа под землей» и о «лобзаньях хладных трупа юной девы», процитировал избранный кусок о «необычайной стройности ее костей берцовых». Аршисса поперхнулась. Алсинейль поднял брови и покачал головой, мол, каких странностей не встретишь, если как следует порыться в мозгах ближних!

Значит, будем держать щиты и под их прикрытием рыть дальше.

И, наконец, по вопросу возведения меня на трон решили следующее: Властелин Небес Тер-Шэрранта и Владыка Мириндиэля завтра же дают официальный ход собранным жалобам своих подданных на действия чиновников Империи. И в ультимативной форме требуют расследования, которое должно начаться со сверки Хартий.