Прелестница - Кинг Валери - Страница 38

Разумеется, он отказался от своих притязаний на нее; он желал ей всего самого лучшего — но это было до сегодняшнего вечера. Он вздохнул, наблюдая за тем, какими игривыми стали ее манеры, когда она шутливо ударила веером по пальцам одного из своих кавалеров. Она была так хороша с этой прической, а платье на ней было просто ослепительное! Он ощутил внезапное желание подойти к ней и провести рукой по нежным завиткам ее волос.

С противоположной стороны зала до него донесся знакомый голос:

— Чарльз, дорогой, ну идите же сюда!

Он узнал голос Элизабет, но был так поглощен созерцанием замечательно изменившейся Хоуп, что не мог оторвать от нее взгляд.

Монтфорд потянул его за рукав:

— Мисс Пристли зовет вас, Бернел.

Слова барона нарушили очарование, и Чарльз посмотрел в направлении его взгляда.

— Боже мой! — воскликнул он, увидев Лиззи.

Монтфорд засмеялся.

— Бойкая особа, правда? И явно, навеселе сейчас!

С легким поклоном в сторону барона Чарльз сказал:

— Я надеюсь, что Пристли станет моей женой, хотя вы, конечно, не могли об этом знать, так как только что приехали в Стэйплхоуп.

Монтфорд уставился на него во все глаза.

— Вы и Элизабет? Но я думал… — Он не закончил и удивленно приподнял брови. Затем улыбнулся. — Я только хотел сказать, что у Элизабет горячий нрав, хотя такой человек, как вы, всегда сумеет с ней справиться.

Чарльз хотел было выступить в защиту Лиззи, но в этот момент она поскользнулась и с трудом удержалась на ногах.

— О черт, пожалуй, и впрямь она слишком — бойка! — воскликнул он.

Монтфорд шутливо похлопал его по плечу.

— Пойдемте, поможем ей. Похоже, она нуждается в твердой руке, хотя бы для того, чтобы не дать ей упасть!

Подходя к Лиззи, Чарльз не мог не оглянуться еще раз на Хоуп. Его немного удивило, что она смотрела на него. Встретившись с ним взглядом, она сделала реверанс и, поднеся к губам веер, нежно ему улыбнулась.

Чарльз почувствовал, как будто ему нанесли удар в солнечное сплетение. Но Хоуп тут же переключила свое внимание на рыжеватого молодого человека, подошедшего пригласить ее танцевать.

Лиззи снова позвала его громким голосом, раздавшимся по всему залу:

— Вы совсем забыли меня, Чарльз! Пойдемте выпьем еще шампанского.

В этот момент она заметила Монтфорда.

— Это вы, милорд? Что вы делаете в Стэйплхоупе? Я была уверена, что вы никогда не покинете Лондон. Миссис Боллс прелестна, не правда ли?

Она икнула и снова захихикала.

Монтфорд чуть прищурил глаза.

— Вы хотите сказать, она дает прелестные маленькие вечера с картами.

Лиззи подхватила его и Чарльза под руку.

— Вы опасный, опасный человек, лорд Монтфорд! Как будто я не знаю, что вы уже несколько месяцев приволакиваетесь за вдовушкой!

Изумленный такими откровениями, Чарльз взглянул на Монтфорда, но тот только покачал головой. Чарльз понимающе кивнул: его любимая Элизабет была под влиянием слишком многих бокалов шампанского.

— Нельзя ли найти где-нибудь немного кофе? — сказал он.

Через несколько минут им удалось уговорить Элизабет расположиться в удобном кресле в кабинете сэра Уильяма. Она хихикала и кокетничала с ними обоими, пока не появилась ее тетка и не упросила ее сдержать свой смех, если уж ей было не под силу сдерживать свои распущенные манеры!

Миссис Норбери обратилась к Чарльзу:

— Будьте столь любезны, проследите, чтобы кто-нибудь из прислуги принес ей кофе.

Чарльз вышел. Миссис Норбери укоризненно покачала головой, и хотела уже было позвонить, чтобы позвать горничную, но за ней прислала миссис Бернел. Оказалось, что бедная миссис Фитсвелл упала в обморок при виде любимой мышки сэра Уильяма!

Как только кабинет опустел, Элизабет взглянула на Монтфорда. Он стоял у окна, скрестив руки на груди и пристально на нее глядя. Она встала, подбежала к двери и тщательно закрыла ее. Кокетливо улыбнувшись, она сказала:

— Я не так уж много выпила шампанского, как вы думаете. Но мне нравится притворяться опьяневшей! Это очень плохо, да?

— Очень! — отвечал Монтфорд, не сводя с нее глаз.

— Вы самый красивый мужчина из тех, кого я знаю, милорд. Вы не против такой моей откровенности? — Медленно, но твердым шагом она подошла к нему, заложив руки за спину. Темно-синее, сильно декольтированное платье выгодно оттеняло ее белую кожу и темные волосы. Платье было совершенно восхитительным и совсем неподходящим для столь молодой особы. Юным леди подобало белое, бледно-розовое или голубое. Туалет Лиззи был откровенно вызывающим.

Скользнув взглядом по ее вполне сформировавшейся фигуре, он спросил:

— Сколько вам лет? Я бы очень удивился, если вам только девятнадцать.

— Только-только. А при чем тут возраст?

— Все зависит от того, чего от человека ожидают. Юноше, например, легче срубить дерево, чем старику.

— А молодой женщине, — перебила его Лиззи, — легче родить, чем пожилой. Я знаю, чего вы хотите, — вы никогда этого не получите. Мег не будет вашей женой. Вам придется украсть ее у Уортена!

Она стояла очень близко к нему, их разделял только маленький столик. На нем стояла хрустальная ваза с сухими цветочными лепестками. Запустив в вазу руку, Лиззи сказала:

— Мое приданое меньше, чем у Мег, но его бы хватило, чтобы расплатиться по одной-двум закладным.

Лорд Монтфорд покосился на нее.

— Чего вы добиваетесь, мисс Пристли? У меня такое чувство, как будто вы делаете мне предложение.

— Вы можете поцеловать меня, если хотите, — сказала Лиззи.

Монтфорд засмеялся.

— Вы шутите!

— Отнюдь нет. У вас есть кое-что, что нужно мне.

Он понимающе кивнул.

— Разумеется. Вам нужен титул.

— Я уверена, вам бы понравилось целовать меня, хотя это очень и очень дурно.

— Вы можете думать обо мне что угодно, Элизабет, но я никогда не обойдусь так с моим другом.

— А вы к тому же и лжец. Вы мне нравитесь, Монтфорд, мне кажется, у нас с вами много общего.

Монтфорд откровенно расхохотался, но тут же поспешил изменить тему разговора:

— А как же Чарльз? Как я понимаю, мне следует вас поздравить!

— Если вы не хотите поцеловать меня, я вижу, мне придется выйти за мистера Бернела. Забавно, право. Не думаю, что я его на самом деле люблю, но он так долго ухаживал за Хоуп, что я просто не могла этого вынести. Он никогда даже и не взглянул на меня, так что вы понимаете, я должна была завоевать его. Пожалуй, я все-таки выйду за него. Может быть, после свадьбы мне удастся заставить его заинтересоваться политикой. Но только в том случае, если вы меня не поцелуете.

— Вы бойкая особа, мисс Пристли, но, к сожалению, у меня нет ни малейшего желания вас… поцеловать.

Не выносившая, когда ей перечили, Элизабет захватила горсть цветочных лепестков и бросила ему в лицо. Монтфорд только засмеялся. Повернувшись на каблуках, она поспешила к двери и столкнулась с лакеем, несшим на подносе кофе. Выбив поднос у него из рук, она исчезла.

Растерявшийся лакей начал извиняться за свою неловкость, но Монтфорд перебил его:

— Никогда не извиняйтесь за дамские капризы!

— Слушаюсь, милорд! — Лакей опустился на колени и начал промокать салфеткой пятно на ковре.

Приказав подать кофе даме в кабинет сэра Уильяма, Чарльз увидел, как Хоуп скрылась в комнате Мег. Сердце страшно забилось у него в груди. Он сознавал, что должен вернуться к Лиззи, но не мог противостоять внезапному желанию последовать за Хоуп. Он быстро оглянулся по сторонам и, убедившись, что вокруг нет никого, кто мог бы его увидеть, бегом поспешил за ней.

В комнате Мег он увидел Хоуп стоящей у камина с опущенной головой. Его первой мыслью было, что у нее здесь с кем-то свидание.

— Ты одна, Хоуп, или, быть может, я помешал?

Хоуп стремительно обернулась и уставилась на него, как на привидение.

— Да, то есть нет. — Она прижала руку к груди. — Нет, конечно, ты не помешал. Ты думал, я встречаюсь здесь с кем-то? Но что ты здесь делаешь? Где Элизабет?