Опасное пари - Кинг Валери - Страница 42

Нет, дальше так продолжаться не может. Нужно что-то делать, что-то решать. Ведь каждый новый день, каждая новая встреча лишь сильней распаляют его чувства. Он безумно влюблен в Элли и ничего уже не может поделать с этой любовью.

Как они подходят друг другу — это просто удивительно! Сколько раз Элли смеялась над теми вещами, которые и самому Равенворту казались глупыми. Как тонко они всегда чувствовали и понимали друг друга. Почему-то это понимание стало глубже, а сами разговоры — содержательнее и длиннее после того случая с табакеркой. Может быть, для полного взаимопонимания им необходимо было сначала поссориться, а потом извиниться? Ему — за свой обман с майором Стоунсфилдом, ей — за неудавшуюся кражу…

И было еще одно обстоятельство, которое безмерно притягивало виконта к этой девушке. Ведь под изящным сюртуком он всегда чувствовал на себе солдатский мундир, и его приятно поразило то внимание, с которым Элли относилась к событиям минувшей войны. Она была одной из немногих, кто вообще помнил о той войне. Равенворт мог до бесконечности слушать ее рассказы о том, как они с отцом следили за ходом военных действий по газетным отчетам, как потом разыгрывали с Джорджем эти сражения в старом саду. Как они вместе с соседями всерьез готовились к тому, что Наполеон в случае удачи пересечет пролив и первым английским графством, куда вторгнутся его войска, станет их родной Кент.

Когда начинались эти рассказы, виконт заслушивался ими и забывал обо всем вокруг — о хозяйке, в чьей гостиной они сидели, о ее дочерях и о своих приятелях, которые беззлобно подшучивали над его рассеянностью.

Мысли Равенворта были настолько переполнены Элли, что он почти и не удивился, увидев ее неподалеку от магазина «Берри Бразерс» — во плоти и наяву. Она стояла в окружении уличных мальчишек спиной к нему, слегка подавшись вперед, так что ветерок трепал концы ее красной пелеринки прямо над их головами. Вся компания внимательно присматривалась к чему-то на земле, возбужденно кричала и размахивала руками. Рядом валялись метлы, и Равенворт догадался, что это не просто уличные мальчишки, а подметальщики. Правда, сейчас их орудия труда были забыты во имя чего-то несравненно более важного.

«Почему она одна?» — мелькнуло первым делом в голове виконта. Он пошарил глазами и вскоре обнаружил долговязую рыжую служанку Элли. Та стояла неподалеку, рядом с городской каретой леди Вудкотт, и отчаянно кокетничала с кучером.

«Интересно знать, чем это они так увлечены? — подумал Равенворт. — Похоже, играют во что-то. И, наверное, не просто на интерес. Нет, здесь нечто посерьезнее. Неужели очередное пари?»

Виконт подошел поближе и, поднявшись на цыпочки, заглянул через головы возбужденных, ничего не замечающих вокруг себя игроков.

На пыльной мостовой была начерчена дорожка, по сторонам которой, прямо на земле, лежали двое мальчишек. В руках у них были щепочки, которыми они подгоняли, не давая свернуть в сторону, пару жуков. Жуки — темно-рыжий и черный — медленно ползли к финишу, но находились пока только в начале пути. Элли заметила Равенворта и посмотрела на него ошеломленно и немного испуганно. Явно смущенная тем, что ее застали играющей с мальчишками посреди людной улицы, она произнесла:

— Вот… Как вам это нравится? По-моему, захватывающее зрелище. Если я проиграю — покупаю всем по мороженому, а если мой жук придет первым, они метут передо мною улицу до самого дома.

Мальчишки завизжали: рыжий жук немного опередил своего соперника. Внимание Злли немедленно перекинулось на импровизированный ипподром.

Виконт несколько мгновений любовался лицом Элли, ее азартно горящими глазами, а потом вдруг спросил — неожиданно для самого себя:

— А я могу присоединиться к игре?

Элли обернулась, окинула Равенворта ошеломленным взглядом. Тот усмехнулся:

— Это шокирует вас, мисс Дирборн?

— Вы?! Но вы же…

— По-вашему, я туповат для такой игры?

Элли покраснела:

— Нет, конечно. Я не это имела в виду. Просто правила приличия…

Раздался новый крик: черный жук прибавил и вырвался вперед на целых полдюйма.

— Не отвлекайте меня, милорд! — воскликнула Элли и снова с головой ушла в игру.

— Боже избави! — Равенворт прижал руку к груди, затем острым взглядом окинул жуков и объявил: — Ставлю свою табакерку на черного жука, Эл… э-э-э… мисс Дирборн.

Если имя «Элли», почти произнесенное им, заставило дрогнуть сердце девушки, то стоит ли говорить о том, как поразила ее ставка, которую предложил виконт. Табакерка! Господи! Вот уже два дня, как она и думать забыла о своем пари с Джорджем, — и вот, пожалуйста! Он не только напомнил ей о нем, но и готов поставить ту самую вещь, которая необходима ей сейчас больше всего на свете!

Элли едва удержалась, чтобы не захлопать в ладоши, и лишь коротко кивнула:

— Принято!

Равенворт рассмеялся в ответ:

— Вот как? Но вы даже не удосужились спросить, что я хочу получить в случае победы.

Элли по-детски заморгала. Ей захотелось сказать, что за табакерку готова отдать что угодно, но она сумела сохранить серьезный вид и степенно спросила:

— А что вы хотите получить, милорд?

Виконт ответил не сразу, делая вид, что мучительно размышляет. Элли молча ждала, переминаясь с ноги на ногу, и тяжело дышала.

Наконец Равенворт объявил:

— Ваши вышитые туфли! Те, в которых вы были вчера вечером.

Смысл сказанного — истинный смысл — дошел до Элли не сразу. Она грустно улыбнулась и спросила:

— Вы так сильно ненавидите мои туфли?

— О нет! — поспешно опроверг ее Равенворт. — Просто… — И запнулся. О том, как объяснить Элли, зачем ему нужны ее туфли, он не подумал.

Элли стало грустно. Да, она и прежде знала, что лорд Равенворт невысокого мнения о ее гардеробе, но не до такой же степени…

Внезапно сильная рука коснулась ее локтя, и Элли невольно подняла глаза. Взгляд виконта был открытым и честным.

— Вы неправильно меня поняли, мадемуазель. В который уже раз. Я прошу ваши туфли потому, что они дороги и памятны вам так же, как мне дорога и памятна моя табакерка. Вот и все, ничего больше, поверьте.

Так они и стояли — посреди оживленной Сент-Джеймс-стрит, на виду у всех — и смотрели друг другу в глаза. Элли внимательно изучала лицо виконта и не находила в нем и тени насмешки. Поверить? Не поверить? Неожиданно ей стало весело и легко, сейчас она была готова проиграть этому человеку любое пари с любой ставкой.

Сзади раздался дружный вопль, вернувший их обоих на землю. Элли улыбнулась, тряхнула головой и снова коротко повторила:

— Принято.

Они склонились над землей и принялись наблюдать за гонкой. Элли казалось, что она просто умрет, если победит черный жук — тот, на которого поставил Равенворт. Больше всего на свете ей хотелось выиграть это пари.

Но рыжий жук вдруг начал как-то слишком вяло перебирать лапками, черный обошел его и первым пересек прочерченную в пыли финишную черту. Улица огласилась торжествующими криками победивших мальчишек. Элли покраснела от досады и вздохнула.

— Ну что же, милорд, если вы проводите меня до Гросвенор-сквер, я немедленно отдам вам свой долг.

Мальчишки топтались вокруг них, возбужденно обсуждая, какое мороженое им потребовать — клубничное или ванильное. Элли взяла под руку лорда Равен-ворта и не спеша отправилась вместе с ним к городскому дому леди Вудкотт. Следом за ними двинулась карета с забравшейся внутрь Сарой.

Ни Элли, ни Равенворт не заметили вышедшего из «Берри Бразерс» Джорджа. Тот застыл на месте при виде своей кузины, шествующей по улице под руку с виконтом. Шедший позади Джорджа лорд Крессинг не успел затормозить и врезался ему в спину.

Джордж негромко ругнулся сквозь зубы. Да, оправдывались его самые худшие предположения: Элли и Равенворт выглядели как пара влюбленных голубков.

Лорд Крессинг рассерженно воскликнул:

— Черт тебя побери, Фентон! Что с тобой стряслось?

Джордж не шелохнулся. Некоторое время он стоял словно громом пораженный, а затем молча поднял трость и указал барону на влюбленную парочку.