Маскарад повесы - Кинг Валери - Страница 50

Она сердито тряхнула рыжими кудрями, а Бакленд улыбнулся.

— Предлагаю перемирие, моя милая Кэт, — прошептал он.

— Идет! — усмехнувшись, тоже шепотом ответила она. Войдя в гостиную, Кэт сразу заметила обращенные на них любопытные взгляды и сказала уже громко:

— Погода для начала сентября просто великолепная, не так ли?

— Вы правы, — поддакнул Бакленд. — Но по вечерам становится все холоднее.

Поздоровавшись с гостями, среди которых было много ее друзей и добрых знакомых, Кэт взяла с серебряного подноса стакан хереса, и они с Баклендом отошли к двери на террасу. Здесь их никто не мог слышать, и Бакленд продолжил прерванный разговор:

— Должен сказать, вы поразили меня до глубины души. До вас еще ни одна женщина не додумалась просить у меня прощения за то, что строила мне глазки. А как вы очаровательно играли с ребенком, когда мы с Джеймсом вошли! — Он замолчал, припомнив эту картину, и посмотрел на Кэт так, словно видел впервые. — Знаете ли вы, как вы хороши? Синее и голубое идут вам необычайно. Кожа у вас нежная, словно лепестки лилии, она излучает таинственный свет…

Кэт покачала головой, не веря своим ушам. Кто бы мог подумать, что он способен делать такие изысканные комплименты!

— Осторожнее, Джордж, вы заговорили стихами лорда Эшвелла, — усмехнулась она, чувствуя, как после нескольких глотков хереса по телу разливается приятное тепло. — Вы что, специально заучиваете особенно красивые строки, чтобы обольщать женщин?

Бакленд не ответил, глядя в ее насмешливые карие глаза и размышляя о том, что действительно заговорил стихами Эшвелла, но не написанными, а новыми, которые еще только рождались в его душе благодаря Кэт. Что это с ним? Пожалуй, он может действительно влюбиться в нее по уши, если не побережется! Но разве этого надо бояться? Бакленд не знал. Может быть, и надо — ведь она так и не отказалась от своего намерения завоевать сердце Джеймса!

Бакленд вздохнул и нахмурился — девчонка его просто околдовала. Чтобы немного развеяться, он нашел мисс Джулию Мортон и принялся осыпать ее комплиментами, говоря, что ее блестящие сапфировые глаза, безупречной формы нос и цветущий рот заставляют забыть о существовании других женщин. Джулия рассмеялась, кокетливо шлепнула его по руке веером и, усевшись рядом, спросила, не рассчитывает ли он обольстить ее с помощью такой откровенной лести. Бакленд, разумеется, дал утвердительный ответ, а Джулия снова залилась кокетливым смехом.

Наблюдая за ужимками Джулии, Кэт чувствовала, что готова скрежетать зубами от негодования. К ней подошел Кит и спросил, не собирается ли она купить новый мантоновский пистолет. Но его подруге было явно не до пистолетов.

— Проклятый бабник! — пробормотала она невпопад. — Бегает за каждой юбкой!

12

Обняв Кэт за талию, Мэри предложила осмотреть просторную, в елизаветинском стиле гостиную, в изобилии уставленную красной с золотом мебелью.

— Мне так стыдно за свой обморок, дорогая, — понизив голос, сказала Мэри, когда они отошли от молодых людей, — и за отца, который отправил тебя домой одну в сопровождении Бакленда. Признаться, узнав об этом, я пришла в ужас! По-моему, папа проявил недопустимое легкомыслие. Надеюсь, мистер Бакленд вел себя, как подобает джентльмену? У меня всегда было ощущение, что такие мужчины, как он, никогда не преминут воспользоваться подобным случаем. Мне кажется, они способны вести себя дерзко, как бы сдержанно и разумно ни держалась женщина. Я его немного побаиваюсь!

— Он был джентльменом ровно настолько, насколько я была леди, — усмехнулась Кэт и вздохнула, глядя на другой конец комнаты, где Бакленд с Джеймсом расточали любезности Джулии. Ах, у нее пропадало всякое желание флиртовать с Джеймсом, когда она видела его рядом с Джорджем!

— Рада это слышать, — сказала Мэри. — Но неужели ты нисколечко не боялась?

Кровь бросилась в лицо Кэт, когда она вновь вспомнила свое короткое путешествие из Эджкота в Чипинг-Фосворт, волнующе-сладостное предчувствие поцелуя и ощущение ужасной потери при расставании с Баклендом.

— Сначала я действительно немного испугалась, но потом… Впрочем, давай поговорим о чем-нибудь более приятном! — Она принялась обмахиваться веером, чтобы согнать предательский румянец. — Ты уже решила, что наденешь на предстоящий бал-маскарад? Я — еще нет. Лидия сказала, что выбрала костюм пастушки, а что наденешь ты? Ой, я забыла, кажется, я тебя уже об этом спрашивала…

Мэри бросила взгляд на Джеймса и почему-то вздохнула.

— Знаешь, сначала я хотела нарядиться какой-нибудь греческой богиней или нимфой…

— Может быть, дриадой? — предложила Кэт, глядя на Бакленда.

— Ну уж нет! — рассмеялась Мэри. — Воздушный наряд дриады мне совершенно не подходит, только представь себе, как я буду в нем выглядеть! Нет, мне нужно что-то более основательное, практичное. — Она снова вздохнула. — Я подумала и решила просто одолжить у нашей экономки ее черное бомбазиновое платье. Наряжусь экономкой!

— Что ж, это, по крайней мере, оригинально. А я, наверное, оденусь в костюм королевы Анны, — сказала Кэт, наблюдая за тем, как в разговор Бакленда и Джеймса фамильярно вмешалась миссис Криклейд. — Тогда посмотрим, посмеет ли миссис Криклейд вести себя со мной со своей обычной бесцеремонностью!

— Как ты можешь так говорить, Кэт?! — воскликнула Мэри и даже, не сдержавшись, дернула подругу за руку. — Она же наша хозяйка! По-моему, ты к ней слишком сурова.

Кэт пожала плечами.

— Вовсе нет, я могла бы выразиться и резче, — заявила она. — Конечно, миссис Криклейд поступает так не со зла, но ты бы слышала, какой вздор она несет — просто стыдно слушать! Представляешь, она только что предложила Эшвеллу отправиться на кладбище, чтобы набраться там «приятных впечатлений»!

— Не может быть, — пробормотала Мэри, пораженная глупостью хозяйки.

— Я чуть не сгорела со стыда за нее. Ах, если бы она не строила из себя важную светскую даму, а оставалась просто доброй женщиной, матерью прекрасных дочек, то была бы очень мила. Кстати, дочки у нее действительно очаровательные, я от них просто без ума. Дети вообще прелесть! Когда я выйду замуж, то заведу их не меньше дюжины.

Кэт посмотрела на Джеймса, и у нее упало сердце. Его она отцом своих детей не представляла.

— Я бы тоже хотела иметь детей, но не больше двух, — сказала Мэри и тоже задумчиво взглянула на Джеймса. — У меня, к сожалению, нет твоего здоровья. Ты-то запросто родишь и воспитаешь дюжину, но я со своими приступами мигрени…

— Если ты все еще переживаешь из-за Тьюксбери, то сейчас же выброси это из головы! — потребовала Кэт. — Тебе абсолютно не в чем себя винить.

— Но я все испортила! Из-за меня тебе пришлось ехать обратно с Баклендом!

— Ничего ты не испортила! Джордж, то есть мистер Бакленд, прекрасно справился со своими обязанностями провожатого. Если помнишь, с нами еще были Фанни и Лидия. Так вот, он так трогательно заботился о нас, что мы все получили от поездки с ним огромное удовольствие. Я не променяла бы эти несколько часов ни на какие сокровища!

— Ты говоришь так из вежливости, просто стараешься меня утешить, — сказала Мэри, удивленная ее восторгами.

— Нет, я серьезно! — воскликнула Кэт. — Ну-ка вспомни, когда я говорила что-нибудь из вежливости? Кстати, — она понизила голос, — я заметила, с каким удовольствием ты общалась с лордом Эшвеллом. По правде говоря, мне его общество не доставило особенной радости…

Мэри пристально взглянула на нее. До этого они с Кэт никогда не обсуждали Джеймса, и Мэри уже давно хотелось поделиться с подругой своими подозрениями относительно его и Джорджа. Момент был как раз подходящий, но неожиданно в дверях появились лорд Саппертон с Рупертом Уэстборном. Миссис Криклейд, громко шурша красным атласом платья, бросилась к именитым гостям. Сияя от гордости, она присела перед ними в глубоком реверансе.

Кэт с любопытством оглядела Руперта. С тщательно напомаженной головой, в сиреневом фраке, жилете в цветочек и желтых атласных панталонах до колен, он ничем не напоминал недавнего вожака луддитов. Если бы его сейчас увидел Джаспер, он бы плюнул от отвращения. Кэт вспомнился рассказ Лидии о том, как во время нападения на Эджкотскую мануфактуру графского племянника вместе с другими погромщиками загнали в цех, и она попыталась представить его себе таким, каким он был в тот момент, — разгоряченным, всклокоченным, в одежде простолюдина. Нет, это совершенно не укладывается в голове! Определенно, здесь есть какая-то тайна…