Маскарад повесы - Кинг Валери - Страница 35

Кэт обернулась и сразу прикрыла рот перламутровым веером, чтобы спрятать смешок. Раненую руку денди поддерживала пышная кружевная повязка, заколотая огромной брошью, на которой сверкали и переливались изумруды и сапфиры.

— Вот это да! — фыркнул Джаспер.

Мистер Уэстборн едва кивнул ему и просеменил к своей спасительнице. Изысканным движением он взял ее затянутую в перчатку руку и благоговейно коснулся ее губами.

— Я не нахожу слов, чтобы выразить вам свою благодарность! — с чувством произнес он, прижав к груди здоровую руку с перстнем на каждом пальце и выкатив для пущего эффекта глаза. — Кто знает, что стало бы со мною, если бы не ваша великодушная помощь?

— Думаю, кто-то из работников отвез бы вас в гостиницу «Лебедь и гусь», — усмехнулась Кэт.

— Не говорите так! Мне невыносима сама мысль, что один из этих пропахших навозом, прокисшим пивом и еще бог знает чем кретинов мог прикоснуться ко мне своими грязными лапами! — Он усадил Кэт на полосатое канапе, а сам устроился рядом. — Вы уже слышали, что мое бренное тело подверглось нападению преступника по ошибке и что на моем месте должен был быть мистер Баген? О, вижу по вашим глазам, что для вас это не новость. — Он похлопал Кэт по руке. — Подумать страшно, что проклятые негодяи сделали с его фабрикой! Бедняга живет в постоянном страхе перед новым нападением. И все-таки я убежден, что стреляли в меня! Посудите сами: разве меня можно перепутать с мистером Багеном?

Руперт говорил, почти не останавливаясь, минут пятнадцать, и Кэт уже страстно ждала появления других приглашенных к обеду, которые отвлекли бы на себя внимание надоедливого денди. В конце концов, не мог же Саппертон пригласить только ее и Джаспера, это было бы просто немыслимо!

Прошло еще пятнадцать минут, гости и хозяин подкрепились стаканчиком хереса, но, кроме Дрейкоттов и мистера Уэстборна, в гостиной так никто больше и не появился. Беспокойство Кэт росло. Наконец, не выдержав, она поставила хрустальный стаканчик на золоченый столик и повернулась к Саппертону, вновь усевшемуся в свое похожее на трон кресло.

— Однако ваши гости проявляют бестактность, милорд. Можно ли задерживаться так надолго!

Саппертон рассмеялся:

— Разве я вам еще не говорил? В моем положении холостяка было очень обременительно устраивать большой званый обед, поэтому я пригласил только вас, вашего папеньку и, разумеется, Руперта. А все остальные появятся только к вечеру.

Кровь отхлынула от лица Кэт, она резко обернулась к Джасперу:

— Папа, ты знал об этом?

Джаспер усмехнулся.

— Я думал, что наш визит будет просто данью вежливости… — откашлявшись, пробормотал он.

— Но ты же знаешь, какие разговоры начнутся обо мне и графе! — сердито воскликнула девушка и снова повернулась к Саппертону. — Мне неприятен ваш маневр, милорд! Хочу вас предупредить: если вы думаете, что сможете таким путем добиться моей руки, то глубоко заблуждаетесь!

Граф не спеша отпил хересу, потом посмотрел на Кэт и улыбнулся.

— Но разве я просил у мистера Дрейкотта вашей руки? Что-то не припомню. Тем не менее признаю свою ошибку. Извините меня, я не учел, что после обеда в столь тесном кругу действительно могут начаться разговоры, но совсем не те, что вы думаете. Люди скорее решат, что я хочу женить на вас своего племянника. — Он повернулся к стихоплету, который в этот момент внимательнейшим образом изучал собственный маникюр. Смерив Руперта презрительным взглядом, Саппертон добавил: — Но это будет, конечно, совершенно абсурдным предположением!

В этот момент в гостиную вошел осанистый дворецкий и пригласил всех к столу.

Не будь Кэт так расстроена интригами графа, она наверняка отдала бы должное изысканному столу — черепаховому бульону с пирожками, холодным куропаткам, цыплятам с эстрагоном и всевозможными гарнирами. Но в присутствии Саппертона у нее совершенно пропал аппетит. Зато ее отец, похоже, собирался насладиться графским гостеприимством сполна.

Он торопливо наполнил свою тарелку, с жадностью опустошил ее и снова стал накладывать себе огромные порции каждого блюда. Настроение у Кэт упало окончательно. Что за отвратительное зрелище! Она глотнула шампанского, чувствуя, что у нее начинает тяжелеть голова. Господи, до конца обеда еще так далеко!

Саппертон, усмехаясь, поглядывал на Джаспера.

— Вы знаете, недавно в Челтенхеме я встретил одного вашего хорошего друга, мистер Дрейкотт, — проговорил он в своей обычной вкрадчивой манере.

— У меня много хороших друзей в Челтенхеме, милорд, — заметил Джаспер с набитым ртом. — Кого же из них вы изволили видеть?

И он с удовольствием запил цыпленка большим глотком шампанского.

Саппертон не спеша пригубил игристого вина и промокнул рот вышитой салфеткой.

— Я встретил лорда Тервелла, — наконец сказал он. Джаспер подавился очередным глотком шампанского.

— Что? Как? Тервелл? — выдохнул он и прокашлялся. — Ах да, знаю такого, славный малый! И как же поживает его светлость? Надеюсь, он в добром здравии?

— Как всегда, — ответил граф, прищурившись. — Кстати, лорд Тервелл говорил о каких-то ваших обязательствах… Я заверил его, что ему не о чем беспокоиться, поскольку вы — один из самых честных людей, которых я знаю.

Кэт заметила, что при упоминании об «обязательствах» Джаспер совершенно сник и от его прожорливости не осталось и следа. Он откинулся на спинку стула и сидел совершенно неподвижно, уставившись в тарелку. Интересно, сколько он задолжал этому лорду Тервеллу и почему ей об этом ничего не известно?

Повернувшись к Саппертону, она встретилась с торжествующим взглядом его черных глазок и сразу все поняла. Он специально намекнул, что осведомлен о стесненном положении Дрейкоттов, в надежде заставить ее принять его предложение. Мерзавец! Кэт гордо подняла голову и отвернулась.

— Я уже давно хотела вас спросить, — обратилась она к Уэстборну, — где вы купили свою замечательную брошь? Или, может быть, вам сделали ее на заказ по вашему собственному рисунку?

— Наконец-то нашлась стоящая тема для разговора! — вскричал Руперт, всплеснув унизанной перстнями рукой. — Я никогда не был рабом желудка, и подобное кулинарное изобилие всякий раз действует мне на нервы.

Кэт подумала, что в этом они с Рупертом похожи. Она окинула взглядом длинный, уставленный деликатесами стол, и ей вспомнилась убогая хибарка Коутсов с дырявой крышей. Несчастным такое изобилие и не снилось. Хорошо, если никто из них не умрет от голода этой зимой…

Между тем Руперт продолжал свою болтовню:

— А что до броши, то два дня назад я почувствовал себя достаточно окрепшим для небольшого путешествия, хотя и понимал, что это может быть опасно при моем субтильном телосложении. Ах, мисс Дрейкотт, никто не понимает, как я хрупок и слаб, никто не сочувствует! Мысль о предстоящей зиме приводит меня в ужас, моя поэтическая натура не переносит зимнего мрака и холода. Боюсь, теперь я на несколько месяцев стану затворником в своей спальне и не выйду из ее спасительных стен, пока животворное дыхание весны не пробудит подснежники…

Болтовня рифмоплета подействовала на Кэт расслабляюще, как настойка опия. Девушка перестала вникать в смысл слов и погрузилась в свои мысли. Какая странная и мрачная компания собралась за этим столом! Вот Саппертон смотрит на племянника с нескрываемым презрением, а жалкий, потерянный Джаспер рассеянно катает вилкой по тарелке кусочек палтуса. Бедный отец! Он как будто внезапно постарел на много лет, осунулся и побледнел. «Господи, что будет со всеми нами?..» — тяжко вздохнув, подумала Кэт.

После обеда Саппертон предложил Кэт посмотреть его оранжерею, и она не нашла повода отказаться. Преступив порог просторной круглой комнаты с окнами до самого потолка, девушка ахнула от восторга. Теплый влажный воздух зимнего сада наполняли ароматы цветов и плодородной земли, всюду стояли кадки с экзотическими растениями, в огромные окна заглядывало сумеречное небо. Кэт вздохнула полной грудью. Как здесь хорошо! Это единственное живое место во всем Личвуде!