Волки Кальи - Кинг Стивен - Страница 154

— Энди, робот-посыльный! — прокричал Эдди. Еще раньше он написал карандашом Каллагэна серийный номер робота на одном из драгоценных клочков бумаги священника и теперь зачитал его. — DNF-44821-V-63! ПАРОЛЬ!

Удары и истошные вопли прекратились, как только Эдди закончил выкрикивать серийный номер, но и в тишине в его ушах стоял вой сирены. Звякнул металл, послышались щелчки реле. Потом: «Это робот DNF-44821-V-63. Пожалуйста, назовите пароль, — пауза, потом бесстрастный голос продолжил. — Ты подлый мерзавец Эдди Дин из Нью-Йорка. У тебя десять секунд. Девять…»

— Девятнадцать, — крикнул Эдди сквозь дверь.

— Пароль неверный, — и в голосе, пусть он принадлежал роботу, явственно слышалась удовлетворенность. — Восемь… семь…

— Девяносто девять.

— Пароль неверный, — теперь удовлетворенность сменило торжество. И Эдди уже проклял свою самоуверенность, выказанную на Восточной дороге. Заметил взгляды, полные ужаса, которыми обменялись Роза и Тиан. Заметил, что собаки продолжали лаять.

— Пять… четыре…

Не девятнадцать. Не девяносто девять. Что еще? Как же отключить эту жестянку?

— …три…

И тут перед его мысленным взором сверкнула, столь же ярко, что и глаза Эдди перед тем, как револьвер Роланад навеки их потушил, надпись на заборе у пустыря, нанесенная распыленной из баллончика розовой краской и покрывшаяся пылью: «О, Сюзанна-Мио, раздвоенная девочка моя. Пришвартовала свой БРИГ аж в ДИКСИ-ПИГ, в году…»

— …два…

Не первый и не второй — вместе. Вот почему этот чертов робот не предложил перейти ко второй попытке. Он, конечно, ошибся с паролем, но лишь частично.

— Девятнадцать девяносто девять! — прокричал Эдди сквозь дверь.

За дверью установилась полная тишина. Эдди ждал, что вновь завоет сирена, что Энди возобновит попытки вырваться из будки-туалета. Тогда бы он велел Тиану и Розе бежать со всех ног, попытался бы их прикрыть…

Голос, вновь раздавшийся из-за двери, ровный, бесстрастный, принадлежал машине. Самодовольства или ярости в нем не слышалось. Энди, которого знали многие поколения жителей Кальи, исчез навсегда.

— Спасибо. Я — Энди, робот-посыльный, со многими другими функциями. Серийный номер DNF-44821-V-63. Чем я могу вам помочь?

— Отключайся.

Вновь в туалете надолго молчали.

— Ты понял, что я тебе говорю?

Тихий, переполненный ужасом голос: «Пожалуйста, не заставляй меня. Ты — плохой человек. О, ты — плохой человек».

— Отключайся немедленно.

Опять молчание. Роза стояла, прижав руку к груди. Несколько мужчин появились из-за дома отца Каллагэна, с луками и арбалетами. Роза махнула им рукой, как бы говоря, что делать им тут нечего.

— DNF-44821-V-63, выполняй приказ!

— Да, Эдди из Нью-Йорка, я отключаюсь, — невероятная жалость к себе прокралась в этот новый, тихий голос Энди. От этого голоса по коже Эдди побежали мурашки. — Энди ослеп и отключается. Тебе известно, что мои главные топливные элементы разряжены на девяносто восемь процентов, и я, возможно, уже никогда не смогу зарядить их вновь?

Эдди вспомнил гигантов-рунтов, стоящих во дворе дома Джеффордсов, Тиа и Залмана, подумал о других рунтах, горе и беде этого города, подумал о близнецах Тавери, таких умных, сообразительных. И таких красивых.

— Ничего не поделаешь, это необходимо. Довольно болтовни, отключайся.

Внутри наполовину разваленной будки-туалета опять установилась тишина. Тиан и Роза на цыпочках подошли к Эдди, и втроем они смотрели на запертую дверь. Роза схватила Эдди за предплечье. Он тут же сбросил ее руку. Чтобы она не мешала ему, если вдруг пришлось бы выхватывать револьвер. Хотя он и не знал, куда теперь стрелять, после того, как Энди лишился глаз.

Наконец, из будки донесся голос Эдди, бездушный, но усиленный динамиками. При первых же звуках Тиан и Роза попятились, Эдди остался на месте. Ему уже доводилось слышать и такой голос, и такие слова, на поляне огромного медведя. Нет, слова, конечно, чуть отличались, но смысл оставался неизменным.

— DNF-44821-V-63 ОТКЛЮЧАЕТСЯ! СУБЯДЕРНЫЕ ЯЧЕЙКИ И БЛОКИ ПАМЯТИ В РЕЖИМЕ ОТКЛЮЧЕНИЯ! ОТКЛЮЧЕНИЕ ЗАВЕРШЕНО НА ТРИНАДЦАТЬ ПРОЦЕНТОВ! Я — ЭНДИ, РОБОТ-ПОСЫЛЬНЫЙ, СО МНОГИМИ ДРУГИМИ ФУНКЦИЯМИ! ПОЖАЛУЙСТА СООБЩИТЕ О МОЕМ МЕСТОНАХОЖДЕНИИ В ПРОМЫШЛЕННУЮ КОМПАНИЮ ЛАМЕРКА ИЛИ В СЕВЕРНЫЙ ЦЕНТР ПОЗИТРОНИКИ, ЛТД! ПОЗВОНИТЕ 1-900-54! ВОЗНАГРАЖДЕНИЕ ГАРАНТИРОВАНО! ПОВТОРЯЮ, ВОЗНАГРАЖДЕНИЕ ГАРАНТИРОВАНО! ВСЕ СУБЪЯДЕРНЫЕ ЯЧЕЙКИ И БЛОКИ ПАМЯТИ В РЕЖИМЕ ОТКЛЮЧЕНИЯ! ОТКЛЮЧЕНИЕ ЗАВЕРШЕНО НА ДЕВЯТНАДЦАТЬ ПРОЦЕНТОВ! Я — ЭНДИ…

— Ты был Энди, — мягко заметил Эдди. Повернулся к Тиану и Розе, улыбнулся, увидев их перепуганные лица. — Все кончено. Он еще какое-то время побубнит, а потом замолкнет. Можете использовать его… ну, не знаю… вместо пугала.

— Я думаю, мы разберем пол и прямо там его и похороним, — Роза указала на будку-туалет.

Улыбка Эдди стала шире. Ему понравилась эта идея: похоронить Энди в говне. Очень понравилась.

Когда сумерки перешли в ночь, Роланд сидел на краю эстрады и наблюдал, как жители Кальи отдают должное угощению Сестер Орисы. Каждый из них знал, что это, возможно, последняя общая трапеза, что к завтрашнему вечеру их маленький городок может превратиться в дымящиеся руины, но на лицах играли улыбки. Не только потому, думал Роланд, что они хотели подбодрить детей. Они испытывали огромное облегчение, потому что наконец-то поступили правильно. Испытывали облегчение, даже зная, что заплатить, возможно, придется высокую цену. Вот улыбки и не сходили с их лиц. В большинстве своем эти люди собирались провести ночь на лужайке, рядом с детьми и внуками, для которых поставили большущий шатер, чтобы остаться здесь и после их отъезда, повернувшись к северо-востоку, ожидая исхода битвы. Они полагали, что будут выстрелы (этих звуков многие никогда не слышали), а потом облако пыли, определяющее местоположение Волков, опадет, двинется в обратном направлении, к реке, или начнет быстро приближаться к городу. В последнем случае горожане разбежались бы, кто куда, и ждали, пока Волки закончат крушить город. А потом превратились бы в беженцев в собственном доме. Стали бы отстраивать город заново при таком раскладе? Роланд в этом сомневался. Если нет детей, а вот в том, что Волки на этот раз заберут всех, у Роланда не было ни малейших сомнений, чего строить? Так что, вскорости Калья Брин Стерджис превратилась бы в город-призрак.

— Прошу прощения, сэй.

Роланд повернулся на голос. Рядом стоял Уэйн Оуверхолсер, со шляпой в руках. Более похожий на бродягу, ищущего работу, чем на самого богатого фермера Кальи. В больших глазах читалась тоска.

— Незачем тебе просить прощения, если я ношу подаренную тобой шляпу, — добродушно ответил Роланд.

— Да, но… — Оуверхолсер замолчал, похоже, не зная, как продолжить, а потом решил сразу перейти к делу. — Рубен Каверра — один из тех, кого ты выбрал в сопровождающие детей, не так ли?

— Да.

— Этим утром у него разорвался живот, — Оуверхолсер прикоснулся к своему в том месте, где находился аппендикс. — Он стонет от боли и горит в лихорадке. Скорее всего, умрет от заражения крови. Некоторые выздоравливают, ага, но немногие.

— Это печально, — Роланд уже думал о тем, кем заменить Каверру. Этот немногословный, коренастый мужчина произвел на него наилучшее впечатление. Он мало чего знал о страхе, а уж понятие трусости было для него просто неведомо.

— Возьми меня вместо него, а?

Роланд пристально смотрел на Оуверхолсера.

— Пожалуйста, стрелок, я не могу стоять в стороне. Думал, что могу… должен… но не могу. Мне от этого тошно, — и да, Роланд видел, тошно, лучше и не скажешь.

— Твоя жена знает, Уэйн?

— Ага?

— И говорит, ага?

— Говорит.

Роланд кивнул.

— Будь здесь за полчаса до зари.

Безмерная, ни с чем не сравнимая благодарность осветила лицо Оуверхолсера, превратила его в молодого человека.

— Спасибо, Роланд! Я говорю, спасибо тебе! Большое спасибо!