Пробуждение - Смит Лиза Джейн - Страница 35

– Стефан…

– Мэтт… – В зеленых глазах разгоралось темное пламя, и Мэтт вдруг понял, что не может от них оторваться. – А с Еленой все хорошо? Позаботься о ней. Пожалуйста.

– Стефан, о чем ты говоришь? Ты невиновен. Все это обвинение рухнет, как только…

– Просто позаботься о ней, Мэтт.

Мэтт отступил на шаг, все еще заглядывая в эти магически притягивающие зеленые глаза.

Затем неспешно кивнул.

– Хорошо, позабочусь, – тихо отозвался он, провожая взглядом выходящего из раздевалки Стефана.

Глава 13

Елена стояла в кругу учителей и сотрудников полиции. Дожидаясь шанса сбежать. Она знала, что Мэтту удалось во время предупредить Стефана – она поняла это по его лицу, – но подойти к ней поближе и переговорить он пока не смог.

Наконец, когда все внимание переключилось на бездыханное тело, Елена выбралась из толпы и подошла к Мэтту.

– Порядок, Стефан успел отсюда убраться, – сообщил ей Мэтт, не сводя глаз с группы взрослых. – Но он велел мне позаботиться о тебе. И я хочу, чтобы ты осталась здесь.

– Позаботиться обо мне? – Елену охватили тревога и подозрение. Почти шепотом она промолвила: – Понимаю, – Еще немного подумав, девочка продолжила, аккуратно выбирая слова: – Послушай, Мэтт, мне надо вымыть руки. Бонни запачкала меня кровью. Подожди здесь. Я скоро вернусь.

Мэтт начал было протестовать, однако Елена уже была настроена решительно. В качестве объяснения она подняла заляпанные кровью ладони. Елена добралась до двери в раздевалку для девочек, и стоящий там учитель ее пропустил. Оказавшись в раздевалке, она прошла ее насквозь и попала в слабо освещенный коридор школы. Оттуда Елена направилась прямиком в ночь.

«Дурак – мысленно ругал себя Стефан, хватая очередную книгу с полки и швыряя ее в стенку. – Дурак! Слепой, безумный кретин! Как можно было быть таким идиотом?»

Найти себе место здесь, в Феллс-Черче? Вписаться в местное общество? Нет, он определенно был безумен, когда решил, что такое возможно!

Стефан схватил один из тяжеленных чемоданов и запустил его через всю комнату. Чемодан врезался в оконную раму и расколол ее. Как глупо, как глупо!

Кто там за ним охотился? Все. Мэтт так и сказал: «Произошло еще одно нападение… Все думают, что это ты его убил».

Что ж, теперь все выглядело так, как будто эти варвары, эти докучливые людишки с их суеверным страхом перед неведомым, были правы. Как еще можно было объяснить то, что случилось в Доме с привидениями? Стефан тогда ощутил жуткую слабость, смятение, головокружение, а затем Тьма объяла его. Когда же он очнулся на полу раздевалки, Мэтт рассказал ему о том, что совершено нападение еще на одного человека. На сей раз этого человека, ни в чем не повинного учителя истории, лишили не только крови, но и самой жизни. Как это еще можно было объяснить? Конечно, это именно он, Стефан, являлся тем самым убийцей!

Именно убийцей он и был. Злой тварью о двух ногах. Существом, порожденным Тьмой, обреченным вечно пребывать среди Теней, охотиться и таиться. А раз охотиться, то почему бы и не убивать? Почему не следовать своей истинной природе? Раз этого нельзя было изменить, можно было с таким же успехом этим наслаждаться. Стефан вполне мог обрушить свои темные побуждения на этот городок, жители которого в эту минуту за ним охотились.

Но сначала… он испытывал безумную жажду. Вены горели как сеть сухих и горячих проводов. Ему требовалось напиться… скорее… как можно скорее…

В пансионате было темно. Елена постучала в дверь, но ответа не получила. Гром трещал над головой. Однако ни капли дождя на землю так и не упало.

После третьего стука Елена попробовала потянуть на себя дверь, и та открылась. Внутри безмолвного дома висел угольно-черный мрак. Ощупью, добравшись до лестницы, девочка начала подниматься.

На площадке второго этажа царила такая же тьма, и Елена споткнулась, пытаясь найти комнату с лестницей на третий этаж. Слабый свет замерцал на самом верху лестницы, и она поднялась туда, почти физически ощущая давление окружающих стен, которые, казалось, смыкались вокруг нее.

Свет пробивался через щель из-под закрытой двери. Елена быстро и не слишком громко по ней постучала.

– Стефан, – прошептала она, а затем позвала погромче, – Стефан, это я.

Никакого ответа. Ухватившись за дверную ручку, Елена толкнула дверь, заглядывая в комнату:

– Стефан…

Комната оказалась пуста. И в полном беспорядке.

Все выглядело так, словно по ней прошелся страшный ураган, оставляя сплошные разрушения на своем пути. Чемоданы, которые прежде мирно стояли по углам, теперь валялись как попало, их крышки были раскрыты, точно беззубые рты, содержимое было раскидано по полу. Одно окно оказалось разбито. Все имущество Стефана, все вещи, которые он так бережно хранил и, казалось, очень ценил, подобно мусору валялись на полу.

Страх охватил Елену. Ярость и неистовство этой сцены разрушения так бросались в глаза, что начинала кружиться голова.

«Тот, кто очень даже склонен к насилию», – сказал Тайлер.

«Мне наплевать, – подумала Елена, пока разгорающийся гнев отгонял страх. – Мне на все наплевать, Стефан, я по-прежнему хочу тебя видеть. Но где же ты?»

Люк в потолке был открыт, и оттуда поступал холодный воздух.

«Там так высоко», – подумала Елена, ощущая внезапный озноб от страха.

Она еще никогда не взбиралась по этой приставной лесенке к площадке с перильцами на крыше, и длинная юбка основательно затрудняла подъем. Наконец Елена медленно пролезла через люк, встала на колени на крыше, а затем поднялась на ноги. Увидев темную фигуру в углу, она быстро двинулась к ней.

– Стефан, я не могла не прийти… – начала Елена и внезапно осеклась.

Вспышка молнии полыхнула в небе в тот самый миг, когда фигура в углу резко развернулась. А затем вышло так, словно все дурные предчувствия, все страхи и кошмары, которые Елена когда-либо переживала, внезапно сбылись. Она даже не могла вскрикнуть – это зрелище уже было за гранью добра и зла.

«О господи… нет», – подумала Елена.

Ее разум категорически отказывался извлекать смысл из того, что видели ее глаза. Нет. Нет. Она просто не станет на это смотреть, она никогда не поверит…

И все же Елена не могла удержаться от созерцания. Даже если бы она зажмурилась, каждая деталь ужасающей сцены уже врезалась в ее память – опалив ее разум подобно вспышке молнии.

Стефан.

Стефан, такой элегантный в своей обычной одежде, в черной кожаной куртке с поднятым воротником. Стефан, чьи темные волосы были подобны одной из грозовых туч, нависавших над городом. Стефан, застигнутый врасплох этой вспышкой света. Стефан, чье тело выгнулось в какой-то звериной позе, полусидя, с выражением животной ярости на тонком лице.

И кровь. Этот нежный, надменный, чувственный рот, заляпанный кровью губы казались кошмарно-красными на фоне бледной кожи, на фоне резкой белизны оскаленных зубов. В руках Стефан держал обмякшее тельце плачущей горлицы, белой как его зубы, беспомощно распростершей крылышки. Еще одна горлица лежала у его ног подобно использованному и скомканному носовому платку.

– О господи, нет! – прошептала Елена.

Продолжая шептать одно и то же и пятясь назад, она едва сознавала, что делает. Разум девочки просто не мог справиться с этим ужасом, мысли разбегались в дикой панике подобно мышам, вырвавшимся из тесной клетки. Нет, она этому не поверит, просто не поверит. Тело было невыносимо напряжено, сердце разрывалось, голова кружилась.

– О господи, нет…

– Елена! – Ужаснее всего остального было видеть, как глаза Стефана глядят на нее с этого звериного лица, наблюдать, как жестокий оскал сменяется видом отчаянным и потрясенным. – Елена, пожалуйста. Пожалуйста, не надо…

– О господи, нет! – Вопли словно сами собой пробивали себе путь наружу из ее гортани. Елена попятилась еще дальше и споткнулась, когда Стефан вдруг к ней шагнул. – Нет!