Механический ангел - Клэр Кассандра - Страница 97

Джессамина изумленно посмотрела на Софи, широко открыв рот:

— Как смеешь ты говорить со мной подобным…

И тут ее прервал громкий стук. Кто-то со всей силы колотил в дверь огромным молотком, который висел с той стороны, в коридоре. Девушки замерли от ужаса и… услышали знакомый голос:

— Тесс! Софи! Открывайте! Это Уилл.

— О господи, спасибо тебе! — На самом деле Джессамина обрадовалась не столько появлению Уилла, сколько возможности прекратить спор с Софи, которая, и это было очевидно всем, была права. — Уилл! Это Джессамина. Я тоже здесь! — крикнула она, поспешив к двери.

— У вас все в порядке? — Голос Уилла звучал взволнованно, но Тесс вдруг почувствовала какое-то странное волнение. — Что случилось? Мы мчались сюда от самого Хайгейта. Я увидел, что дверь Академии открыта. Как, во имя Ангела, Мортмэйн вошел сюда?

— Я и сама не знаю, как ему это удалось, — с горечью ответила Джессамина, потянувшись к ручке двери. — Просто понятия не имею.

— Едва ли это имеет значение теперь. Он мертв. Механические люди разрушены.

Голос Уилла звучал уверенно, только почему-то Тесс не верила ему. Она обернулась и бросила испуганный взгляд на Софи, которая неотрывно смотрела на дверь. Горничная хмурилась — резкая вертикальная морщинка протянулась между ее бровями, ее губы едва заметно шевелились, словно она шептала что-то. «Софи умеет Видеть!» — вспомнила вдруг Тесс. И теперь, глядя на горничную, Тесс окончательно убедилась в том, что происходит что-то нехорошее.

— Джессамина, — позвала она. — Джессамина, не открывай…

Но было уже слишком поздно. Дверь широко распахнулась. На пороге стоял Мортмэйн, а за ним — заводные чудовища.

«Спасибо Ангелу за то, что наделил меня неземной красотой», — думал Уилл, сломя голову мчавшийся по улицам Лондона. И действительно, даже ко многому привыкшие жители английской столицы провожали изумленными взглядами юношу, без седла скакавшего на черной как ночь, огромной лошади. Конь Уилла храпел и рвался вперед, поднимая тучи пыли. Редкие прохожие еле успевали уворачиваться из-под копыт. Кому-то даже не посчастливилось потерять очки — несчастный слишком резво отпрыгнул в сторону, угодив прямиком в гигантскую лужу.

От Хайгейта до Академии было почти пять миль[113]. Для того чтобы проехать это расстояние в экипаже, требовалось три четверти часа. Уиллу и Балдиосу понадобилось лишь двадцать минут. Бедный конь был весь в мыле, когда влетел во двор Академии и резко остановился перед ступенями крыльца.

У Уилла все поплыло перед глазами — двери Академии были широко открыты, словно хозяева приглашали зайти к ним в гости ночные тени. Происходящее полностью противоречило Закону: никто из сумеречных охотников не имел права оставлять двери в Академию даже слегка приоткрытыми. Уилл понимал, случилось что-то ужасное.

Он соскользнул со спины лошади, и его ботинки громко ударили о булыжник. Юноша огляделся, пытаясь придумать, что делать с лошадью, но так как он обрезал постромки, то привязать ее оказалось нечем. В конце концов, ему ничего другого не оставалось, как пожать плечами и подняться по ступеням навстречу неизвестности.

Задохнувшись от ужаса, Джессамина стремительно отскочила от двери, и Мортмэйн беспрепятственно вошел в зал. Софи закричала и бросилась прятаться за колоннами. Тесс же была слишком потрясена и не могла двинуться с места. Четыре автомата, шедших за Мортмэйном, замерли в дверях и уставились пустыми глазницами прямо перед собой. Их наспех обтянутые кожей лица напоминали уродливые карнавальные маски.

Позади Мортмэйна топтался Нат. Он оторвал подол от рубашки и уже кое-как перевязал голову. Его мрачный пристальный взгляд упал на Джессамину.

— Ах ты, тварь! — прорычал он и двинулся в сторону девушки.

— Натаниэль! — Резкий голос Мортмэйна прозвучал словно удар хлыста. Нат замер. — Сейчас не время сводить счеты. Есть вещи и поважнее. И ты кое-что должен сделать. Давай же забери это!

Натаниэль заколебался. Он смотрел на Джессамину, словно кот на мышь.

— Натаниэль! Иди в оружейную. Сейчас же.

Юноша с трудом оторвал взгляд от Джесси, скользнул насмешливым взглядом по Тесс, а потом развернулся и вышел. Два механических человека последовали за ним.

Когда за ним захлопнулась дверь, Мортмэйн приветливо улыбнулся.

— Две девушки должны выйти, — приказал он, переводя взгляд с Джессамины на Софи.

— Нет! — решительно заявила Софи, похожая сейчас на маленькую воинственную птичку.

К удивлению Тесс, Джессамина также не спешила повиноваться.

Мортмэйн пожал плечами:

— Очень хорошо. — Он повернулся к механическим существам: — Видите этих двух девушек, сумеречного охотника и горничную? Убейте их.

Он щелкнул пальцами, и механические люди неожиданно пришли в движение и прыгнули вперед. Они двигались с невероятной скоростью. Джессамина попыталась было бежать, но один из автоматов в два прыжка настиг ее и, обхватив руками, поднял над землей. Софи металась между колоннами, словно снежинка на ветру, но спастись было невозможно. Второй автомат стремительно подхватил ее и швырнул об землю с такой силой, что у нее дух вышибло. Автомат, схвативший Джессамину, одной рукой зажал пленнице рот, а другой крепко стискивал талию. Пальцы механизма безжалостно впивались в плоть. Ноги девушки беспомощно дергались, отчего она напоминала преступника, вздернутого на виселице.

— Прекратите. Пожалуйста, пожалуйста, прекратите! — взмолилась Тесс, не узнавая собственного голоса.

Софи немного пришла в себя и медленно поползла по полу на четвереньках. Однако автомат тут же схватил ее за лодыжку и, протащив по полу, подтянул к себе. Девушка заскулила.

— Пожалуйста… — снова попросила Тесс, глядя прямо в глаза Мортмэйна.

— Вы можете остановить это, мисс Грей, — ответил он. — Только пообещайте мне, что не попытаетесь сбежать. Если вы дадите мне слово, я отпущу их.

Тесс взглянула в огромные, полные мольбы и отчаяния глаза Джессамины. Перевела взгляд на обессилевшую горничную, подобно тряпичной кукле висевшую в руках механического человека.

— Хорошо, — сдалась Тесс — Считайте, что получили мое слово. Я не попытаюсь сбежать. Только позвольте им уйти.

Повисла долгая пауза.

— Вы слышали ее, — наконец обратился Мортмэйн к своим механическим слугам. — Отведите девушек вниз. Но ни в коем случае не причиняйте им вреда. — Он улыбнулся, вот только улыбка его была не радостной и доброй, а скорее глумливой. — Оставьте мисс Грей со мной.

Уилл еще даже не успел войти в главные двери Академии, как почувствовал, что все вокруг него пропитано злом. Казалось, сам воздух был напоен демонической жестокостью. Первый раз подобное чувство охватило его в двенадцать лет, когда он держал в руках обломки шкатулки… В общем, он никогда не думал, что подобное может случиться с ним в стенах Академии.

Первое, что он увидел, переступив через порог, это тело Агаты. Женщина лежала на спине, уставившись в потолок остеклевшими глазами. На груди ее простое серое платье было пропитано кровью. Волна ослепляющего, безудержного гнева затопила Уилла, и он на какой-то момент потерял способность мыслить разумно. Однако юноша постарался взять себя в руки: он что есть силы прикусил губу, закрыл глаза и тяжело вздохнул.

Признаки борьбы были повсюду— искореженные куски металла, согнутые и сломанные механизмы, лужи крови, мешающейся с лужами машинного масла. У лестницы Уилл наступил на что-то, что при ближайшем рассмотрении оказалось обломками пестрого зонтика Джессамины.

На нижних ступенях лестницы в луже густой алой крови лежал Томас. Меч, на клинке которого ясно были различимы зазубрены и сколы, словно им рубили камни, валялся неподалеку. Из груди конюха торчал искривленный кусок металла. «Напоминает полотно пилы», — отметил Уилл, опустившись на колени рядом с Томасом.