Механический ангел - Клэр Кассандра - Страница 57

— А жертвы? — поинтересовался Уилл. — Где они их находят?.

— Это главным образом опустившиеся люди, — ответил Магнус. — Преступники, алкоголики, наркоманы, шлюхи. Забытые, никому не нужные, всеми презираемые. Те, кого не станут искать. — Он посмотрел прямо на Уилла. — Это как-то влияет на ваше решение?

— Мы начнем, как только де Куинси нарушит Закон, — объявил Уилл. — В тот самый момент, когда вампир причинит вред человеку, я подам сигнал, и весь Анклав будет здесь. Он будет наказан.

— В самом деле? — удивился Магнус. — И как же они смогут сюда попасть?

— Не волнуйтесь об этом. — Сам Уилл, похоже, ничуть не тревожился. — Ваша задача отвести Тесс в нужное место и потом вывести ее отсюда. Томас будет ждать вас снаружи в экипаже. Сядете, и он мигом домчит вас до Академии.

— И вы хотите, чтобы я, могущественный чародей, тратил свое время на эту девушку? — проворчал Магнус. — Ведь я мог бы…

— Это дело сумеречных охотников, — перебил его Уилл. — Мы создали Закон, и мы защищаем Закон. Помощь, которую вы нам оказали, была неоценима, но большего мы не в праве от вас трбовать.

Магнус, бросив через плечо Уилла быстрый взгляд, посмотрел на Тесс и скривился:

— Гордые нефилимы… Они без зазрения совести будут вас использовать, но как только добьются желаемого, станут почивать на лаврах в одиночку, враз позабыв обо всем, что вы для них сделали.

— Вы и меня отошлете перед началом сражения? — спросила Уилла Тесс.

— Я должен так поступить, — вздохнул Уилл. — Так было бы лучше для Камиллы, которой не нужна огласка. Никто не должен знать, что она сотрудничает с сумеречными охотниками.

— Все это ерунда! — возразила Тесс. — Де Куинси знает, что я… Вернее, Камилла привела тебя сюда. Он сразу же сделает вывод: она ему солгала. Неужели она думает, что после этого клан ничего не узнает о ее предательстве?

И тут вдруг в ее голове раздался тихий смех Камиллы — она ничуть не боялась.

Уилл и Магнус обменялись встревоженными взглядами.

— Она полагает, что никто из собравшихся здесь не переживет сегодняшнюю ночь, — неохотно объяснил Магнус.

— Мертвые не могут говорить, — согласился Уилл. Он поменял позу, и теперь на его лицо упали черные тени, от чего его черты заострились и выражение лица из решительного стало почти неприятным. Потом он, словно что-то услышав, стремительно наклонился к глазку и, постояв так какое-то время, тихо сказал:

— Взгляните.

Магнус и Тесс наклонились к юноше почти одновременно, чуть было не столкнувшись лбами.

Однако они успели увидеть, как раздвижные двери, ведущие в музыкальный салон, распахнулись. Очень быстро комнату заполнили вампиры, рассаживающиеся на стульях перед импровизированной сценой.

— Пора, — тихо объявил Магнус и одним движением закрыл глазок.

В музыкальном салоне было не протолкнуться. Тесс, стоявшая под руку с Магнусом, наблюдала, за тем, как Уилл пробирается сквозь толпу, ища три свободных места. Он шел, низко опустив голову, постоянно кланялся, не поднимая глаз от пола, но даже в этом случае…

— Они все еще смотрят на него, — шепотом пробормотала Тесс Магнусу. — На Уилла, я имею и виду.

— Конечно, — согласился Магнус, скользя взглядом по залу. Его кошачьи глаза тускло светились. — Да вы и сами приглядитесь к нему. Лицо падшего ангела, глаза цвета ночного неба. Он очень красив, вампиры любят таких. Да и я бы не возражал… — Магнус усмехнулся. — Черные волосы и синие глаза — моя любимая комбинация.

Потянувшись, Тесс нервно поправила белокурые локоны Камиллы. Магнус наконец отвел взгляд от Уилла и пожал плечами:

— Совершенство, не принадлежащее никому.

На это высказывание Тесс так и не ответила, тем более что Уилл нашел три свободных стула, стоящие рядом, и призывно замахал руками. Тесс по пробовала не обращать внимания на то, как другие-вампиры смотрели на юношу, и позволила Магнусу проводить ее к стулу. По дороге она думала о том, что Уилл и в самом деле красив, но ведь в человеке ценят не только внешность. Так неужели он дли всех собравшихся здесь существ лишь прекрасная оболочка, обертка, под которой скрывается вкусное угощение?

Наконец Тесс села, и мужчины устроились по бокам от нее. Когда она садилась, ее пышные юбки из тафты[78] зашелестели, подобно листьям на ветру. Она несколько отстраненно удивилась тому, как прохладно в комнате, и это несмотря на то, что она полна людей и в ней горит множество свечей. Рукав Уилла задрался, когда он полез за чем-то в карман пиджака, и Тесс увидела, что его кожа покрыта мурашками. Она задавалась вопросом: всегда ли люди, спутники вампиров, страдали от холода?

По комнате прокатился восхищенный шепот, и Тесс перевела взгляд от Уилла на сцену, которая все это время оставалась практически неосвещенной. Большая часть сцены тонула в темноте, и даже острые глаза Камиллы не могли различить, что происходит там, среди сплетающихся друг с другом теней. И тут на сцену вышел де Куинси.

Все враз смолкли и де Куинси усмехнулся — хищно, безумно. От его былой ласки за один миг не осталось и следа: теперь он выглядел диким зверем, почуявшим кровь. По рядам собравшихся пробежал одобрительный шепот — так люди обычно оценивают игру хорошего актера.

— Добрый вечер, — начал де Куинси. — Добро пожаловать, друзья. Те из вас, кто присоединился ко мне лишь сегодня… — и он улыбнулся, глядя на Тесс, которая была слишком взволнована, чтобы обращать внимание на такие мелочи, — уверен, не останутся разочарованными. Гордые дети ночи, приветствую вас, тех, кто не склоняется под гнетом глупых правил, именуемых лишь по ошибке Законом. Приветствую тех, кто не желает потакать капризам нефилимов. Приветствую тех, кто не желает отказываться от наших древних традиций только для того, чтобы угодить кучке самовлюбленных дураков.

Было невозможно не заметить, какой эффект произвела речь де Куинси на Уилла. Он напрягся, словно натянутая тетива, сжал руки в кулаки, на шее его вздулись вены.

— Сегодня у нас необычный вечер, — продолжал де Куинси. — Наш главный гость совершил страшное преступление — он предал детей ночи. — Де Куинси пристально посмотрел на замерших в тревожном ожидании вампиров. — И каким будет наказание за измену?

— Смерть! — закричала Делила. Она подалась вперед, ее лицо исказила жуткая гримаса — смесь вожделения и злобы.

Другие вампиры подхватили ее крик:

— Смерть! Смерть!

В ту же самую секунду из темноты на сцену выступили несколько кровососов. Двое из них крепко держали отчаянно сопротивляющегося им человека. Черный капюшон скрывал его лицо, и Тесс могла лишь заключить, что несчастный хорошо сложен и, должно быть, молод. Его одежда была разорвана и теперь превратилась в лохмотья. Голые ноги оставляли кровавые следы на полу, когда вампиры тащили его, прежде чем усадить на стул посреди сцены. Слабый вздох сочувствия вырвался из горла Тесс. Сидевший рядом с ней Уилл напрягся еще сильнее, хотя это казалось уже почти невозможным.

Человек продолжал слабо сопротивляться, и теперь он напоминал насекомое, бьющееся на конце булавки в безнадежной попытке освободиться. Вампиры быстро и ловко привязали его за запястья и лодыжки к стулу, а затем снова отступили в тень. Де Куинси усмехнулся, его клыки хищно сверкнули. Тесс почувствовала, как в зале нарастает возбуждение, с каждым мгновением вампиров охватывал все более сильный голод. Помещение уже больше не напоминало театр, а собравшиеся в нем существа — изысканных представителей высшего света. Они скалились, выли, урчали, тянулись вперед, словно почуявшие добычу хищники. Их широко раскрытые глаза пылали, из открытых ртов капала слюна.

— Когда? — шепотом пробормотала Тесс. — Когда ты вызовешь Анклав?

— Когда он пустит кровь. — Голос Уилла дрожал от напряжения. — Мы должны видеть, как он это сделает.

— Уилл…

— Тесс… — прошептал он и сильно, до боли, сжал ее руку. — Тихо\