Демон-хранитель. Сделка - Малиновская Елена Михайловна - Страница 70

Я с сомнением посмотрела на свою пыльную, пропотевшую рубашку и не менее грязные штаны. Н-да, как-то стыдно, что я в такой одежде спала на чистых простынях. Но служанка не позволила себе даже намека на неудовольствие, поэтому я быстро успокоилась. В конце концов, платят-то ей именно за стирку и уборку.

Стоит ли говорить, что я не вылезала из ванны не меньше часа, пока вода окончательно не остыла. Затем долго и с наслаждением расчесывала мокрые волосы. Милая девушка принесла мне простое синее платье, которое удивительно точно село по фигуре. И в этот момент я окончательно уверовала, что все испытания позади. Нет, мужская одежда, бесспорно, намного удобнее. Но иногда так хочется покрасоваться перед зеркалом и окружающими в удачном наряде, который самым выгодным образом подчеркивает цвет твоих глаз.

Налюбовавшись на себя, я решила не заплетать косу, поскольку волосы еще не высохли, а просто перехватила их голубой лентой. Служанка наблюдала за моими прихорашиваниями с затаенной улыбкой, но не вмешивалась и не торопила меня.

Наконец я надела принесенные вместе с платьем туфли и повернулась к девушке, показывая, что мои сборы закончены.

— Меня зовут Амалия, — неожиданно представилась служанка. — Если вам что-нибудь еще понадобится, обращайтесь ко мне.

— Очень приятно, — вежливо ответила я. — Я саэрисса Хеана Карион. Не думаю, что мы с братом надолго задержимся в доме ирона Гаральда. Но буду иметь ваше любезное предложение в виду.

Амалия наклонила голову и взмахнула рукой, предлагая следовать за нею.

Обеденный зал, где накануне нас угостили вкуснейшей трапезой, в этот час был пуст. На столе исходил ароматным дымком оставленный мне завтрак. Свежий, только испеченный хлеб радовал поджаристой корочкой. Рядом стояло блюдо с нарезанным домашним сыром и ветчиной. Мне налили обжигающе горячий кофе и поставили тарелку с кашей, куда щедро положили огромный кусок масла.

Однако аппетит мне портило недоумение по поводу отсутствия друзей. Куда делись Фабион и Гаральд? Неужели встали намного раньше меня и отправились допрашивать священника? Но это нечестно! Мы вместе начали это дело, вместе должны и завершить его!

От этой мысли я едва не поперхнулась кофе, но тут на пороге появился сам хозяин дома.

— Доброе утро, — поздоровался Гаральд и встряхнул еще влажными после умывания волосами. — Как спалось?

— Хорошо. — Я расплылась в довольной улыбке. — Я бы даже сказала — отлично! А где Ольен? Неужели еще дрыхнет без задних ног?

— Наверное. — Гаральд пожал плечами и опустился за стол напротив меня.

— Саэр Ольен Карион отправился по своим делам еще час назад, — неожиданно вмешалась в разговор Амалия, все это время стоящая в стороне от стола и пристально наблюдающая, не понадобится ли кому-нибудь помощь прислуги. — Он отказался от завтрака и просил не беспокоить вас сообщением об его уходе.

— Ушел? — удивленно переспросил Гаральд. Требовательно посмотрел на меня. — Куда он отправился?

— Откуда мне знать? — с неменьшим изумлением отозвалась я. — Быть может, он захотел прогуляться перед завтраком?

— Или же решил навестить отца Ольтона. — Гаральд покачал головой и резко встал, так ни к чему и не притронувшись. — Знаешь, Хеана, я не голоден. И с куда большим удовольствием отправился бы по следам твоего брата. Я уже говорил тебе, что Ольен меня иногда пугает?

— С твоего позволения или без оного, но я составлю тебе компанию. — Я тоже поднялась со своего места.

Гаральд не стал возражать. И верно сделал. Если Фабион поддался соблазну демона и опять позволил тому воплотиться в его теле, то только у меня есть крохотный шанс остановить кровавое безумие. Хотя… Боюсь, куда больше вероятность для меня погибнуть в числе первых.

Стук каблуков звонкой дробью отражался от высоких каменных стен домов Укардии, слитых воедино в подобие лабиринта. Я почти бежала за Гаральдом, не обращая внимания на красоту приморского городка, которая так восхитила меня накануне. Теперь пьянящий аромат цветущих деревьев лишь вызывал тошноту. В голове крутилась только одна мысль: неужели Фабион вновь превратился в зверя? Но почему?

«Из-за усталости, — ответила я сама себе на этот жуткий вопрос. — Фабион слишком устал вчера после всех этих допросов. Потратил много сил, и ночью демон захватил власть над его рассудком. Однако ему удалось сохранить капельку здравого смысла и уйти из дома, не желая, чтобы пострадала я или Гаральд. Наверное, именно поэтому он отправился к отцу Ольтону. Подумал, что если демона возможно усмирить лишь кровавой жертвой, то пусть это будет тот, кто действительно заслужил смерти».

Эти жуткие в своей логичности рассуждения заставили меня ускорить шаг. Если все именно так, как я подумала, то наши с Фабионом дела очень и очень плохи. Демон вряд ли удовлетворится жизнью лишь одного человека. Что, если с минуты на минуту узкие улочки Укардии окажутся залитыми потоками крови? Если вот-вот мы с Гаральд ом столкнемся лицом к лицу с отвратительным чудовищем, в чьем воспаленном сознании живет единственное желание — охотиться и убивать?

Однако вопреки всем моим самым страшным предположениям мы безо всяких проблем добрались до местного храма Светлого близнеца. Он располагался в центре городка напротив магистрата, на шпиле которого гордо развевался государственный флаг Ромалии — ярко-синее полотнище с изображенным на нем летящим орлом.

Я окинула придирчивым взглядом круглое здание храма, увенчанное красным куполом. Да, стоило признать — в Ромалии к служению богам относились без такого фанатизма, как в моей родной Пакасии. Я несколько раз бывала в городке неподалеку от нашего семейного поместья. Хоть тот и не превосходил размерами Укардию, но тамошний храм Светлого близнеца был больше местного раза в четыре. И каждую неделю там проводились пышные и многолюдные богослужения.

Я завертела головой, выискивая прихожан. Уже давно рассвело, наверняка вот-вот к храму потянется вереница желающих приложиться к святому кругу перед длинным трудовым днем. Ан нет, немногочисленные люди, спешащие по каким-то своим делам, даже не обращали внимания на храм, хотя по правилам обязаны были преклонить колена и отвесить три земных поклона, оказавшись перед ним.

— Пойдем скорее! — поторопил меня Гаральд, заметив, что я остановилась в нерешительности, не смея приблизиться к священному зданию. — Не робей, Хеана, тут тебе не Пакасия. Не стоит на коленях ползти по мостовой к храму. Лишь прохожих повеселишь.

На всякий случай я быстро коснулась указательным пальцем правой руки лба и подбородка, отдавая дань уважения Светлому близнецу и молчаливо прося у него прощения за то, что не исполнила ритуал приветствия полностью. Гаральд, потеряв терпение, схватил меня за локоть, принуждая следовать за ним. И спустя неполную минуту мы миновали тяжелые дубовые двери храма.

Внутри было темно и удивительно холодно. Я сощурилась, привыкая к резкой смене освещения. Невольно потерла плечи, чувствуя, как кожа покрылась мурашками от ледяного сквозняка. Да, наверное, в раскаленный южный полдень находиться здесь — настоящее наслаждение.

Сквозь сумрак медленно проступали очертания длинных скамей, чьи стройные ряды заканчивались в нескольких шагах от возвышения, на котором располагался алтарь. Я машинально потянулась к сосуду с освященной водой, стоящему около входа, чтобы смочить пальцы и прочитать краткую благодарственную молитву, но замерла.

Из одного из боковых приделов послышался непонятный шум. Словно кто-то тихо плакал, жалуясь кому-то на свои беды. Мы с Гаральд ом переглянулись и, не сговариваясь, бросились туда. От волнения я даже забыла, что женщинам наистрожайше запрещено входить в алтарную, а когда опомнилась — уже пересекла заветную черту. Возвращаться в данном случае было глупо: прегрешение совершено, тогда какая разница, сколько времени продлится мое пребывание в этом месте?

Причитания тем временем стали громче. Гаральд, шедший впереди, остановился так резко, что я едва не врезалась ему в спину. Вытянула голову, пытаясь поверх его плеча увидеть, что происходит.