Демон-хранитель. Сделка - Малиновская Елена Михайловна - Страница 68

— Тот напиток. — Каждое слово не по теме словно обжигало губы. — Что было в той кружке на самом деле?

— Травы, — честно ответил Гаральд. — Хеана, я не собираюсь тебя отравить или заставить мучиться. Этот сбор поможет тебе расслабиться и стать со мной чуть более откровенной. Ты ведь сама хочешь мне все рассказать. Некоторые тайны лучше разделить с другом.

— Уверен? — Эта краткая реплика далась мне еще тяжелее. Горло засаднило от боли, будто сорванное криком.

— Надо же, — с капелькой удивления отметил Гаральд. — Никогда прежде не встречал такой поразительной устойчивости к магии. Но ты сдашься. Все сдаются. Надо только подождать.

Я выпрямилась и со злобой уставилась в лицо этому двуличному целителю. А я уже успела решить, что ему возможно доверять. Ан нет, он оказался настоящим мерзавцем: завлек меня в ловушку и принялся допрашивать.

«Ты называешь Гаральда мерзавцем? — холодно удивился внутренний голос. — А кто тогда Фабион? Ведь жертвам твоего приятеля приходится намного хуже. Вспомни, как страдала сегодня Литиция, не желая отвечать на ваши вопросы».

— Так как твое настоящее имя? — Гаральд поторопил меня, повторив вопрос. Интересно, мне почудилось или в его глазах действительно промелькнуло искреннее сочувствие? А целитель тем временем вкрадчиво продолжил: — Хеана, прошу, не упрямься. Я готов дать слово чести, что все сказанное тобой останется тайной. Никто и никогда не узнает, кем вы с братом являетесь на самом деле. Я клянусь, что никому не расскажу!

Я с трудом держала глаза открытыми. В них словно песка насыпали. Мир вокруг дрожал в размытой дымке полусна-полуяви. Наверное, если бы не злость на Гаральда и его поступок, то я бы уже сдалась. Но я не могла позволить ему победить. Только не меня и только не таким образом!

— Меня зовут… — медленно начала я. Остановилась и сделала паузу, набирая больше воздуха в легкие.

Гаральд присел около меня на корточки, поэтому его лицо было на одном уровне с моим. Я видела, как его губы уже начинают кривиться в торжествующей усмешке. И тем больше было наслаждение выплюнуть на одном дыхании окончание фразы:

— Меня зовут Хеана Карион. Мой сводный брат — Ольен Карион. Так и только так!

В комнате повисла напряженная пауза. А в следующий момент Гаральд рассмеялся. Запрокинул голову и от души расхохотался, будто вся ситуация доставила ему нескрываемое наслаждение.

Я обиженно насупилась из-за столь непонятной реакции. Ну и чего он так веселится? Между прочим, мне-то не до смеха!

— Прости, Хеана. — Приступ веселья у Гаральда за-кончился так же резко, как и начался. Он отер глаза, заслезившиеся после этого взрыва эмоций, и, все еще улыбаясь, посмотрел на меня. — Прости, это странно выглядит со стороны. Но я смеялся не над тобой, а над своей самоуверенностью. Представляешь, ты моя первая неудача за все годы магической практики. Я был уверен, что ты расскажешь мне все. Выложишь как на духу всю историю жизни. А вместо этого остался с носом. Как тебе это удалось?

— Не знаю, — хмуро проговорила я, нисколько не разделяя его сомнительного восторга по поводу произошедшей сцены, и внезапно поняла, что непонятное наваждение схлынуло. Мой язык опять принадлежал мне и совершенно не рвался выложить Гаральду всю правду о моем прошлом. В коленях, правда, еще сохранилась слабость, но теперь я вполне могла встать и уйти, не опасаясь рухнуть в обморок по дороге.

Осознав это, я тут же поднялась с кресла. Гаральд, предчувствуя мой маневр, уже встал, поэтому я не сбила его своим порывистым движением. Я покачнулась было к двери, намереваясь выскочить в коридор, разыскать Фабиона и нажаловаться ему на чрезмерно любопытного целителя, вздумавшего подвергнуть меня столь серьезному испытанию. Но Гаральд успел перехватить меня за руку, и мне волей-неволей пришлось обернуться к нему.

— Прости, — попросил он, состроив плаксивую физиономию. — Хеана, я приношу тебе свои искренние и глубокие извинения за мой отвратительный поступок. Пожалуйста, давай останемся друзьями! Хорошо? Я сделаю все, чтобы загладить свою вину перед тобой!

— Ты говоришь так, потому что не хочешь ссориться со мной или же просто боишься реакции Ольена, если я пожалуюсь ему на тебя? — поинтересовалась я, насторожившись при виде веселых искорок, все еще прыгающих в глубине его серых глаз.

— Твой брат меня, вне всякого сомнения, немного пугает, — честно признался Гаральд. — Есть в нем нечто такое… демоническое…

Я вздрогнула при последнем слове. Гаральд держал меня за руку, поэтому наверняка заметил мою реакцию. По крайней мере, он замолчал и внимательно посмотрел на меня, изумленно вздернув бровь.

— В Пакасии не любят упоминаний о демонах, — протянула я, поняв, что мою реакцию надлежит каким-либо образом объяснить. — Особенно в южных провинциях.

Гаральд вряд ли поверил моему неуклюжему оправданию, но углубляться в детали не стал. Хотя наверняка в уме сделал еще одну пометку о странностях парочки, свалившейся ему на голову.

— В общем, я оставляю решение полностью на твое усмотрение, — сказал Гаральд. Неожиданно сжал мою ладонь чуть сильнее, поднял ее и легонько поцеловал кончики пальцев, продолжая неотрывно смотреть мне в глаза.

Как и следовало ожидать, я немедленно смутилась и покраснела. Сразу же вырвала руку, хотя Гаральд ее и не держал, и кинула быстрый испуганный взгляд в сторону закрытой двери, больше всего на свете опасаясь увидеть на пороге разъяренного Фабиона. Хвала Светлому близнецу, мы по-прежнему были одни, и я позволила себе легкий вздох облегчения. Ох, целитель играет в очень опасные игры. Нет, мне, конечно, льстит его внимание, но если это заметит Фабион, то… Не хочу даже думать, что может случиться. Да, приятель обещал, что не станет принуждать меня к отношениям, более того, клялся, что поможет счастливо выйти замуж, если наши с ним пути разойдутся. Но одно дело — слова. И совершенно другое — гнев демона, глухого к воззваниям совести.

— Пожалуйста, не делай так больше, — глухо попросила я и принялась нервно теребить пряжку широкого кожаного ремня, туго опоясывающего меня. — Я слишком многим обязана Ольену, чтобы…

— Чтобы?.. — вопросительно протянул Гаральд, когда я не закончила фразу, запутавшись в словах и зардевшись от неловкости. — Хеана, милая, неужели в Пакасии настолько строгие нравы? Я всего лишь выразил тебе свое уважение. Но если ты считаешь, что это компрометирует тебя, то я больше не буду. Честное слово!

Я нахмурилась, уловив в его словах затаенную насмешку. Издевается, поди. Впрочем, ладно. Хватит на этом разбирательств. Иначе я рискую выставить себя в совсем уж глупом свете.

— Вообще-то мы пришли сюда, чтобы спокойно обсудить все узнанное, — холодно проговорила я, пытаясь за нарочитой суровостью скрыть свою растерянность от только что произошедшей сцены. — Почему бы не вернуться к этому?

— Как скажешь. — Гаральд всплеснул руками. Присел на краешек подлокотника и весело посмотрел на меня снизу вверх, видимо изрядно позабавленный столь резкой переменой моего тона.

Я проглотила ругательство, так и вертящееся у меня на кончике языка. Нет, этот целитель совершенно невыносим! А ведь он показался мне таким скромным и воспитанным молодым человеком, когда мы только познакомились. Пожалуй, даже Фабиону ни разу не удавалось меня настолько сильно разозлить.

— Итак, я считаю, что в убийстве Ксаны во многом виновата саэра Яльга, — процедила я, стараясь вообще не смотреть на Гаральда, который по-прежнему самым наглым образом улыбался. И тем приятнее мне было, когда после моих слов донельзя самоуверенная улыбка медленно сползла с его губ.

— Саэра Яльга? — удивленно переспросил он. — Почему она?

— Яльга и Рихард сильно поссорились накануне пикника, — пояснила я. — Я думаю, он рассказал ей, что Пабло и Ксана — единокровные брат и сестра. То есть им надлежало немедленно отказаться от своих чувств и навсегда забыть о любви друг к другу.

— Почему ты думаешь, что она не знала об этом обстоятельстве раньше? — перебил меня Гаральд.