Ааргх на троне - Белянин Андрей Олегович - Страница 57

— Ты изнасиловал дочь нашего старейшины! — яростно прорычал Эландер, и только повисшие на его плечах гномы удержали сорвавшегося остроухого.

— Да… — полуприкрыв глаза, улыбнулся Карланиус, — Она была моей против своей воли. И понимала это, хотя ничего не могла поделать — мои заклятия были сильны и опробованы не раз. Я сам позволил ей бежать, и вот на свет появляется маленькая Эйвин, девочка-предательница, носящая в себе гордость матери и силу отца — кровь эльфов и кровь магов. Оставалось немногое… О, кажется, к нам стучат?

Он лишь нахмурил брови, и со всех стен сорвалось оружие, из углов выбежали кресла, ковры и гобелены сами свернулись в рулоны, напрочь заваливая двери и закупоривая вход к нам.

— Думаю, это новая Верховная и один из ваших старейших эльфов. Ее магия ничто против моей, но пусть попытается. Они войдут сюда не скоро, мы как раз успеем… Меч!

С пола поднялся брошенный графом узкий клинок начальника «черных плащей». Меч кувыркнулся в воздухе и замер прямо над кубком.

— Соедините руки, дети, — властно приказал колдун.

Эйвин и Император послушно взялись за руки, зажимая друг другу порезы на ладонях.

— Разумеется, я понимал, что никогда не буду тем, кто описан в пророчестве. Но именно оно дало мне мысль о том, как суметь обмануть судьбу и подчинить себе этот мир. Ведь главное не золотая корона и не случайное право рождения, главное — это Сила и Власть! А ее можно было получить… Конечно, я думал и о людях. Мой план по поставке кукольных ведьм должен был заставить всю столицу в панике искать спасения, игрушечные убийцы за год или два могли бы запугать всех, но… Появился наглый самонадеянный юнец, который, пользуясь покровительством дяди-военного, полез не в свое дело. Я бы избавился и от него, «черные плащи», орки и наемные убийцы знают свое дело, но тут на сцену вышел ты… Ты — ааргх по кличке Малыш!

— Гр-р?! — непроизвольно вырвалось у меня. — С чего это я опять всюду крайний? Ничего не знаю, меня наняли, рычу и туплю, все по сюжету, не надо ля-ля…

— Какого «ля-ля»? — в свою очередь на минутку сбился злобный маг. — А-а, это была фигура речи… Солициус, гренис ан фаттум!

Золотой кубок воспарил со стола и медленно, с необыкновенной осторожностью вылил смешанную кровь двух детей на клинок меча. Лезвие вспыхнуло алым и задымилось… На миг мне даже показалось, что оно расплавится, но сталь словно закалилась в крови, воссияв еще ярче необыкновенным золотисто-сиреневым светом! Карланиус расхохотался приличествующим ситуации зловеще-громоподобным кваканьем…

— Это меч Силы, или меч Всевластия! Тот, кто владеет им, будет владеть миром! Ибо никому, кроме…

Эландер стряхнул с узких плеч Турома и Нетурома так легко, словно это были два тряпичных медвежонка, и стрелой взвился вверх, в длинном прыжке пытаясь перехватить заколдованное оружие. И ему это почти удалось! Почти… потому что, едва его пальцы коснулись рукояти, раздался негромкий взрыв, и голубая молния отшвырнула нашего друга к противоположной стене…

— Эльф-самоубийца, — улыбаясь, прокомментировал черный маг, — он даже не дослушал… Меч не подчиняется никому, кроме меня! Поступок храбрый, хоть и глупый… Но ради его храбрости я тоже буду благороден и верну вам детей! На время…

Он одним толчком отшвырнул двух несчастных ребятишек, которые абсолютно без сил повалились на пол… Мы переглянулись и бросились вперед. Гномы подобрали бессознательного Эландера, дядя Додо поднял на руки мальчика-Императора, а Сун обеими руками вцепилась в Эйвин. Глаза самой уродливой наемницы горели таким бешенством, что сейчас я не дал бы за жизнь Карланиуса ни гроша!

— Иди сюда, ааргх… — Волшебный меч прыгнул в руку волшебника, а кубок со стуком упал на пол. — Только ты и я! Остальных я убью потом. Смотри…

Он коснулся кончиком меча столика, и тот исчез, потом какого-то стула, валявшейся на полу алебарды, картины на стене, оконной решетки — все исчезло! Мгновенно, без звука и без следа…

— Впечатляет, не правда ли? И это еще не все… Возьми свое оружие.

Я молча нашел свой боевой топор, взвесил его, перекидывая из руки в руку. Мой наниматель Эшли так же молча, без объяснений нашел свою рапиру и встал рядом, плечом к плечу.

— Юный граф Эльгенхауэр-младший, — насмешливо покачал головой Карланиус, — Храбрый, глупый, самонадеянный, достойный потомок… не своего рода! Ты вновь на моем пути. Хозяин и наемник все так же неразлучны? Ну что ж…

— Минуточку, — оборвал его Эшли. — Что значит «не своего рода»? Вы смеете дурно говорить о моей матери или отце?!

— Я думал, твой дядя все рассказал тебе. Нет? А ты никогда не задумывался, почему он не женат? Почему у тебя нет братьев и сестер, даже двоюродных? Почему…

Маг мягкими, скользящими шагами пошел на нас, и моя рука дрогнула — я швырнул топор от бедра, без замаха, целя ему в голову! Негодяй даже не попытался уклониться или парировать мечом — черная туманная дымка поглотила мое оружие, не оставив от боевой стали даже щепотки пыли…

— Чудесно, не правда ли? Ни один предмет не может пробить защиту меча Всевластия, даже ваш глупый мамонт! Надо было просто убить его, как и всех имперских солдат из того отряда, а я проявил непростительную снисходительность. Впрочем, эту ошибку никогда не поздно исправить…

Мы с Эшли отскочили в стороны, уходя от коварного удара меча. Старый волшебник очень неплохо двигался для своего возраста, хотя скрип артритных суставов и выдавал его намерения. По крайней мере, я точно знал, куда он качнется, вправо или влево, и успевал убрать с линии атаки своего наивного хозяина.

— Тронный зал велик, но даже здесь вам негде спрятаться, — чуть покривил губы Карланиус, — Я не так молод, чтобы гоняться за вами вечно, поэтому…

Две гномьих секиры, полетевшие ему в спину и исчезнувшие без следа, чуток подсократили его речи. Он обернулся к Турому и Нетурому, уже не скрывая злобы:

— Маленькие бородатые мерзавцы! Вы будете следующими, а сейчас…

В два-три абсолютно нереальных прыжка он загнал нас в угол, и я едва успел выпихнуть с линии атаки Эшли. Правда, от моего пинка он отлетел кубарем шагов на десять в сторону и расквасил нос, но зато сейчас перед доведенным до кондиции магом стоял только я…

— Милый, не убивай его! Он мой! — грозно предупредила рычащая Сун.

— Как получится, любимая… — честно вздохнул я.

— О, это была последняя капля! — вскричал черный маг, вздымая меч над головой. — Умри же, несносный и неправильный ааргх!

С этим патетичным воплем Карланиус ударил со всей дури… Правда, правда, иначе это не назовешь. Мы, фронтирские, деремся ежедневно, а потому куда спокойнее относимся к таким вещам и в лишний пафос не впадаем…

Я легко ушел влево, а меч Силы врубился в каменную стену там, где только что была моя голова! В монолитной стене образовалась здоровущая дыра, куда и ухнулся не удержавший равновесие маг… Истошный визг Карланиуса резко оборвался хрустяще-хлюпающим звуком! Я осторожно посмотрел вниз — сухонькое тело мага повисло на острых пиках узорной ограды дворца. Его меч вспыхнул в последний раз, становясь со смертью хозяина бесполезной железкой…

— Извини. — Я виновато улыбнулся Сун.

Она показала мне кулак и улыбнулась, вытирая невесть откуда набежавшие слезы. А на меня вдруг напала дикая, свинцовая усталость…

Я на подкашивающихся ногах рухнул в самое большое кресло и, не думая ни о чем, достал из-за пазухи недочитанную книжку.

«Исходя из всего вышесказанного, единственное средство победить злого мага — это умом и хитростью обернуть его же силу против него самого. Не дайте закончить заклинание, пощекочите не вовремя, плюньте в ухо, отвлеките ударом в нос, не позволяйте достать волшебную палочку, еще лучше — украдите или подмените ее. Нанесите магу хотя бы одну царапину, а потом прячьтесь, когда демоны, вызванные им по вашу душу, отвлекутся на запах его крови. Будьте умнее, храбрее, предприимчивее, и вы непременно победите!»

Спасибо, вовремя. Я захлопнул книжку и прикрыл глаза. В сущности, ничего нового. Книга из разряда — прочитать и забыть, каких большинство. Умной литературы, интеллектуальной пищи для мозгов, вечно не хватает. Кажется, с такими мыслями я скоро стану самым занудным снобом-эстетом, уверенным в непогрешимости лишь собственного взгляда на мир и снисходительно презирающим все остальное. Как же им, однако, скучно жить…