Рай беспощадный - Каменистый Артем - Страница 96

— Чего вылупился?

Ответил Дог:

— Не нравишься ты ему. Ему вообще никто здесь не нравится. Слышал бы ты, какие он сказки нам рассказывал. Даже Гору довел до рукоприкладства, а он ведь связанных старается не трогать — с благородными понятиями человек.

— Откуда взялся этот убогий? — без особого интереса уточнил Стар.

— Вот это как раз и пытаемся узнать. Может, ты подскажешь? Взгляни, что при нем было, — Дог указал на щит.

Присев, Стар повертел в руке свисток, затем потеребил между пальцами бусы. Покосился на Макса как-то странно. Перевернул шорты другой стороной, помял ткань, посмотрел часы, поднялся:

— Нет, Дог, ничем я тебе не помогу. Чужой это парень, а вот откуда взялся — думай сам.

— Он все расскажет, — уверенно произнес белый. Повернувшись к Максу, жестко, хлестко заявил: — Слышал? Ты расскажешь! Все рассказывают. Рано или поздно. Но у тебя есть выбор: сделать это добровольно или… Я знаю — ты уже попрощался с жизнью. Может, это и правильно. Но смерть ведь бывает разная. Ты можешь заслужить легкую. А можешь и остаться жить. Ты, конечно, не новичок и знаешь, кто мы, поэтому не веришь мне. Но зря. Среди готов немало европейцев — таких, как я. Нам нужны серьезные и крепкие ребята — если ты докажешь свою пользу, возможно, тебе позволят присоединиться. Но есть косяк: кровь нашего пролилась. И не уверен, что это единственная кровь. Мы знаем, что ты пришел сюда не один. У нас ночью умер один из воинов — морская змея укусила. Мы по местному обычаю решили похоронить его не в море, а в земле. И когда были на кладбище, заметили парочку шпионов. Тебя смогли захватить, но второй ушел — мы не нашли его среди рифов. Я думаю, что вы одни из тех, кто пытался захватить лодку гонцов на прошлой неделе. Если не хочешь кормить червей, расскажи все: где твои товарищи, сколько их, как вооружены. Если не заходят в поселки, то откуда достают воду, и почему их диксы не переловили. Мы и без тебя с ними разберемся рано или поздно, но если ты поможешь в этом, то и себе тоже поможешь.

Приблизившись, Дог совсем тихо, чтобы никто, кроме них двоих, не услышал, добавил:

— Новый Аларих недолюбливает белых — таких, как ты и я. Но зато очень любит тех, у кого все получается. Удачливых уважает. Понимаешь? Я на тебя зла не держу и смысла тебе мстить не вижу — ты ведь убил воина гонцов, а не моего. Белые должны держаться друг друга. Помоги мне, и я помогу тебе. У меня и без того дела сейчас хорошо идут, но, если сдашь этих козлов, — лишний плюсик будет. Аларих это оценит — разрешит тебе остаться с нами. Посиди пока в теньке, полюбуйся на этих неудачников. И подумай — как тебе быть дальше: дружить со мной или… Я не стану пытать тебя прямо сейчас — надеюсь, что ты подумаешь немного и примешь правильное решение. Время тебе даю ровно до окончания сиесты. Потом ты или рассказываешь сам, или мы вытаскиваем из тебя слова вместе с кишками. Все, отведите его к этим отбросам! Ну к вору с Бродягой посадите!

Когда Макса с помощью пинков погнали к ограде поселка, он успел увидеть еще одну любопытную сценку. Староста вновь присел возле щита, начал рассматривать свисток, а Дог ему в этот момент заявил:

— Если Люц не вернется через день или два, я заберу у тебя пятерых ребят и пойду к дальнему бую — у меня народу теперь не хватает.

Стар, не сводя взгляда со свистка, опять покосился на Макса и с каким-то непонятным выражением уверенно произнес:

— Люц вот-вот вернется. Не торопись.

Макс ничего не понимал. Этот гад явно узнал и свисток, и бусы, но даже глазом не повел. Ведь наверняка понимает, что Люц со своей вещицей не просто так расстался: не потерял, не подарил, не проиграл в карты. Но молчит. Играет в свою непонятную игру? Возможно…

Да какая теперь разница…

Дог не обманул: Макса действительно разместили в теньке. Под одной из каменных оград — он спиной к ней прислонился. Колодку, увы, не сняли — она уже начала доставлять не просто неудобства, а мучения. Хорошо бы набок завалиться, чтобы не мешала, но надсмотрщики не позволяют: тройка черных расположилась неподалеку, под небольшим навесом. Нельзя сказать, что глаз с пленника не спускают, но от их внимания ничто не укроется. В придачу последствия побоев добавляют «радости». Бока болят — хорошо, если ребра целы; левый глаз почти закрылся — взирает на мир через узкую щелочку.

Макс сидел здесь не в одиночестве. Слева, так же прислонившись спинами к стене, расположилась странная парочка. Белый мужчина лет двадцати пяти и африканец приблизительно такого же возраста. Негр — голый, на втором — что-то вроде замызганной набедренной повязки. Оба украшены ссадинами и синяками, как и Макс. Пленники? Что там Дог говорил? Вор и бродяга? Европеец похож на начинающего бомжа — зарос как орангутан, взгляд диковатый, с искрами безумия. Если черный вор, то можно поспорить на что угодно — пытался штаны стащить. Не верится, что готы отобрали у негра абсолютно все. Вон даже ему самому трусы оставили, а ведь его вина посерьезнее.

Покосился на солнце. Высоко стоит — в зените. Сейчас начнет спускаться, а затем, после сиесты… Как же не хочется об этом думать… Нет, Макс ни за что не выдаст товарищей, но это ведь не от него зависит. Готы умеют добиваться своего — Дог знал, о чем говорил. Сколько он сможет молчать? Догадаются островитяне вернуться назад — или кинутся на выручку, без разведки и подготовки? Что бы он сам сделал на их месте? Допустим, если бы Олег попался, или Муса, или Эн…

Белый тихо поинтересовался:

— Где ты взял меч?

— Какой меч? — не понял Макс.

Воровато покосившись на стражей, тот уточнил:

— Я видел, что у тебя забрали меч. Странный меч — похож на тесак заостренный. Где ты его взял?

Макс, отвернувшись, упрямо поджал губы. Но тот, правильно поняв причину его замкнутости, затараторил:

— Ты что! Думаешь я один из них?! Наседка камерная? Брось! Посмотри на меня — какой же я гот?! Просто давно уже не видел меча ни у кого. Разве что деревянные у этих макак. Скажи, пожалуйста, твой меч из бронзы или стали?

— А тебе-то что?

Уставившись Максу в глаза, мужчина горячо, глотая окончания слов, зашептал:

— Я видел корабли с черными парусами! Видел храм дракона! Видел мечи, похожие на твой! Видел людей, которые их носили! Я такой же, как ты! Скажи: где они? Вернулись в Земли Ящеров? Выжил хоть кто-нибудь? Или ты нашел другой город?!

— Земли Ящеров?! Да о чем ты вообще! Заболел?

— Я болен с самого первого дня. Трясучка… Оставила меня человеком, но теперь я дрожу… все время дрожу… Даже когда сплю. Меня из-за этого несколько раз в ямах закрывали, когда приходил в поселки, где меня не знали: думали, что превращаюсь в дикса. И еще я не потею. Вообще не потею. Это помогает сохранять влагу, но сколько раз я чуть не погибал из-за этого… Не веришь… ты мне не веришь… А давай договоримся? Я расскажу тебе о том, как встретил бронзовых людей. И как потерял их, тоже расскажу. А ты мне потом расскажешь, где их можно найти. Или хотя бы где ты их видел. А ты их точно видел — ведь у тебя их меч. У готов нет таких мечей, да и ты не гот — ты их добыча. Ну так что? Договорились?

Макс кивнул — хоть от смерти в одном шаге, но любопытство не дремлет. Этот человек очень странен, и слова его интригуют — хочется слушать и слушать.

Заодно и от темных мыслей отвлечется…

А когда мужчина начал рассказывать, Макс вообще выпал из реальности — с головой погрузился в чужую историю.

Неудивительно.

— У меня когда-то было имя, но теперь даже я его почти забыл, а другие и не знали никогда. Новая жизнь — новые имена. Теперь я просто Бродяга — тот, который никогда не останавливается. Я так много и так быстро странствовал, что даже готам непросто было меня поймать. Они пробовали это сделать уже дважды, и оба раза я уходил. Решили схватить легенду. Болтаю много, язык мой без костей, слухи обо мне пошли по островам, вот и захотели узнать все. Всю правду про корабли с черными парусами. Не страшилки детские, не сказки — чистую правду им подавай. Я, наверное, первый человек, который появился на рифах. Земной человек. Ни про какие светляки, или как их там… ФПС… Не знал я ничего такого и не слышал о них ни разу. Может, это был самый первый светляк, который испачкал нашу Землю. Я заметил его на краешке козырька подъезда. Издали подумал, что это фонарь поставили новый, ближе понял — неладное что-то. А потом и сам понимаешь, что произошло. Я упал в море неподалеку от Земель Ящеров. Если ты с русских рифов, то у вас их обычно называют Большой остров. Я его разглядел, когда залез на скалу, и уже к вечеру добрался. Поел кокосов. Знаешь, как трудно было их разбивать? У меня ведь ничего не было — никаких инструментов. О! Это было неописуемо трудно! Я собрал упавшие, в которых и пить-то нечего, а уж угрызть эту деревянную сердцевину было подвитом. Откуда мне было знать, что надо лезть на пальму за недозревшими? Ночью немного выспался, наутро пошел вдоль берега. Мне было очень хреново — трясучка донимала. Перед глазами все расплывалось, и я не сразу увидел корабль. Точнее, два корабля. С черными парусами. Даже свернутые, они остаются черными. Знаешь, этот цвет на фоне местного моря и кораллов почему-то резко выделяется. Заметно издали. Большие корабли — даже больше этой лоханки. — Бродяга кивнул в сторону протоки.