Свой путь - Руда Александра - Страница 61

На нашей кухне обнаружился Ряк, который с задумчивым видом инспектировал содержимое кастрюль.

– Вот ты-то мне и нужен! – обрадовалась я.– Кстати, вон та кастрюля моя, и если содержимое в ней уменьшится, я сделаю тебе какую-нибудь гадость.

Ряк выронил крышку из рук.

– Я просто забочусь о тебе,– сказал он.– Вдруг ты плохо питаешься, а Ирга крайним меня сделает.

– Сделает,– подтвердила я, наливая водку в кружку.– Я ему скажу, что ты меня объел.

– Да я бы эту гадость и не ел,– оправдывался Ряк.

– Ах, ты еще будешь хулить мою стряпню! – Я протянула ему водку и огурец.– Это особое диетическое блюдо!

– У тебя в кастрюле завонялось! – сказал Ряк, с опаской косясь на кружку.

– Доходит до кондиции.– Я пыталась вспомнить, когда же это я варила и что хотела с этим сделать? Может, это вовсе не еда, а клейстер или ингредиент для Лириной мази? Как только Ряк уйдет, надо будет проверить.– Выпей!

– А я не умру?

– Не знаю.– Я никогда не была сильна в иллюзиях, поэтому поспешила утешить страдальца: – Если что, Ирга тебя поднимет.

Ряк закатил глаза, помолился и выпил.

– Хорошо! – сказал он, хрустя огурчиком.– Только огурец очень горький.

«Первый блин комом,– подумала я.– Но хоть не исчез прямо во рту».

– А ты этот попробуй!

– О, этот вкуснее!

– Чудно! Завтра придешь и расскажешь о самочувствии.

– А что может быть? – Ряк схватился за горло.

– Может, еще захочешь, так я дам! – не стала пугать его я.

Когда Ряк ушел, я заглянула в кастрюлю. Фу, что же это такое? А! Это был овощной супчик. Я где-то прочитала, что он очень полезный. Видимо, у меня до него руки не дошли.

На следующее утро Ряк явился живой и здоровый и получил от меня выпить. Я поспешила к Отто.

– Не знаю, где он,– сказал мне сосед Отто по комнате, не переставая жевать.– Всю ночь где-то шлялся, вернулся грязный и несчастный, и опять ушел.

– Он хоть не побитый? – встревожилась я.

– Да нет, не похоже.

Я написала записку: «Отто, я нашла золотую жилу! Срочно ко мне!» и поделилась с Васом давно валявшимся у меня в сумке пакетиком конфет. Конфеты успели слипнуться от жары, но выкинуть их было жалко, а так я точно знала, что толстый гном употребит их по назначению.

Я сделала еще пару огурчиков, положила на стол, записав рядом время,– хотелось проверить, как долго продержится иллюзия.

Делать опять было нечего. Я пошла было на пляж, но на полпути в задумчивости не заметила залегшую в кустах парочку и перелетела через них кубарем. Парень, не останавливаясь, почесал спину, которую я задела ногами, и показал мне кулак. Я решила, что не судьба, и вернулась в комнату. Прихваченный по ходу у знакомых учебник по иллюзиям увлек меня надолго.

Вечером обнаружилось, что мои огурчики поблекли и выглядят ужасно. Птронька говорил, что его изделия живут по трое-четверо суток. Я была собой недовольна и легла спать рано.

На следующий день, когда я пристально наблюдала за новой партией иллюзий, ко мне пришел полугном.

– Отто, тут такое дело...

– Подождет дело,– перебил меня лучший друг.– У тебя есть духи?

– Конечно.– Я кивнула на тумбочку.

– Так,– Отто перебирал духи,– а какие тебе подарил Ирга?

– Вот, а что случилось?

– Я доверяю его вкусу! – полугном щедро полил себя духами.

– Я вот подумал, что если эти духи дарят девушкам, то они должны нравиться,– невнятно объяснил он.

– Так женские духи нравятся мужчинам, поэтому они их и дарят,– сказала я.– Они мужчин должны возбуждать или еще что-то. Я думала, ты это знаешь.

– Да? Ну ладно,– не расстроился Отто.– Не идти же мне теперь из-за этого мыться?

Я пожала плечами. Лучший друг меня удивлял, но вмешиваться в его жизнь я не хотела.

– Отто, мы можем хорошо заработать!

– Давай ты сама этим займешься? – Полугном вертелся перед зеркалом.

– Так я и занимаюсь.

– Вот и умничка! Все, мне пора. Можно, я с собой флакончик заберу?

– Ты опять на свидание?

– Да,– расплылся Отто в улыбке.– Любовь – это такое чувство!

– Я заметила,– пробормотала я, возвращаясь к огурчикам.

Своих знаний не хватало, поэтому пару дней я провела в библиотеке, приходя домой только ночевать.

– Отто заходил вчера,– сказала мне Лира.– Взял пару твоих побрякушек.

– Зачем?

Подруга пожала плечами.

– Совсем жадный стал,– решила я.– Своей пассии решил мои украшения подарить. Вернет мне тройную сумму!

Ночью меня разбудил тихий голос:

– Ола, Ола, проснись.

Я открыла глаза:

– О, пошел вон из моей комнаты.

– Поговорить надо,– сказал Ирга.

– Что ты тут вообще делаешь? Брысь отсюда, видеть тебя не хочу.

– Лиру разбудишь!

– Ты извращенец,– зашипела я на него.– Как я прихожу, так он спать укладывается. Я, между прочим, тоже сплю!

Я закрыла глаза и отвернулась к стене. Ирга примостился на краешке кровати. Я подвинулась к стенке. Ирга тоже. Я еще подвинулась. Некромант не отставал. Я уперлась носом в стену и стала думать, что делать дальше.

– Я по серьезному делу поговорить пришел! – зашептал парень мне в ухо. От этого шепота мне было горячо и щекотно.

– Говори и проваливай.

– Ты заметила, что с Отто что-то не то?

– Заметила.

– Что? – переспросил Ирга.

Чтобы ему было лучше слышно, мне пришлось перевернуться. Наглый тип тут же этим воспользовался, прижав меня к себе покрепче.

– Говорю, я заметила,– прошептала я, стараясь думать про свои огурчики, крепенькие, слегка изогнутые... Ой нет, не надо про огурчики! Я лихорадочно начала вспоминать эльфийский алфавит.– А как ты попал в мою комнату?

– Влетел в окно,– сказал Ирга.– У вас оно открыто.

Мне левитация не удавалась, поэтому мысли об огурчиках, и не только о них, сменила зависть.

– Ишь ты какой!

– Да, я такой,– без лишней скромности подтвердил Ирга.– Так что происходит с Отто?

– Он мне сказал, что влюбился,– сообщила я, стараясь отодвинуться от некроманта.

– Не ерзай,– прошептал он мне в самое ухо.– Ты так меня возбуждаешь.

Я замерла, жалея, что не могу превратиться в бревно.

– А в кого он влюбился, он тебе не говорил?

– Нет.– Я старалась шевелить только губами. Как назло, сильно зачесалась пятка.

– Тут такое дело...– начал Ирга.

– Отодвинься от меня,– попросила я, дотянулась до пятки и с наслаждением ее почесала.

– Тебе помочь? – поинтересовался некромант.– Я могу почесать. Где-то еще? Скажем, может, у тебя бедра чешутся? Или...

– Нигде больше,– сказала я, бросив взгляд на кровать Лиры. Подруга спокойно спала.

– Точно?

– Точно. Так о чем ты говорил?

– Отто влюбился в меня.

– Что?! – Я подскочила на кровати, наступив Ирге на что-то. Он охнул и попытался рефлекторно свернуться в клубочек, ногами припечатав меня к стене.

– Больно! – рявкнула я.

– Разбудишь, ох, соседку, ох...

Но Лира спала.

– Она за целый день в Доме Исцеления так намаялась, что теперь ее ничем не разбудишь.

Мы помолчали. Ирга скрипел зубами, я думала, сложив губы трубочкой.

– С чего ты взял, что Отто влюбился в тебя? Он же правильный гном!

– Я тоже так думал,– сказал Ирга.– Давай ты ляжешь сверху? Очень у тебя узкая кровать.

– Специально недавно принесла из подвала такую,– буркнула я.– Чтобы у всяких не возникало разных мыслей.

– И кто же эти всякие и что за разные мысли?

– Сам знаешь. И сверху я не лягу. Ни за что. И тебе не советую.

– Да я и не думал,– сказал Ирга таким тоном, что сразу стало понятно, что он думал, причем с подробностями.

– Все ты думал,– накинулась на него я.– А то, что ты на столько времени пропал, ты об этом не думал?

– Я занят был,– оправдывался Ирга.– А потом получил твое послание с рисунком. И решил не рисковать.

– И ты решил заявиться ко мне ночью, думая, что, разбуженная, я добрее?

Лира всхрапнула. Мы помолчали.

– Мне посоветоваться с тобой надо было,– сказал Ирга.– Я совсем недавно уложил на кровать твоего лучшего друга. И решил зайти к тебе.