Проснись, моя любовь - Шоун Робин - Страница 45

— Мадам, очевидно, что этот долг довольно мучителен для вас, поэтому я избавлю вас от ответственности. Напоминаю вам, что Морриган — моя жена и мои отношения с вашей племянницей — не ваше чертово дело. Морриган, любовь моя, вижу, вы закончили.

Он вытянул из пальцев Элейн практически полную рюмку ликера и поставил ее на стол рядом со своим коньяком.

— Миссис Боули, мы желаем вам доброй ночи. Если до утра вашему мужу станет хуже, пошлите одного из слуг за врачом. Пойдем же, Морриган.

Кейти дремала, сидя у камина. Но стоило двери в спальню отвориться, как она вскочила и лучезарно улыбнулась. Лорд наклонился и легко поцеловал Элейн в губы.

— Я присоединюсь к тебе через несколько минут, — прошептал он.

Сердце Элейн подпрыгнуло к горлу.

— Не надо беспокоиться, милорд, я позабочусь о миледи.

— Спасибо, Кейти. Переодень ее светлость ко сну. В белые кружева, полагаю.

— Хорошо, милорд.

Раздев Элейн, Кейти через голову надела на хозяйку белую кружевную ночную сорочку. Она старательно расчесала длинные черные волосы, которые Элейн видела в своем отражении в зеркале.

— Да, мэм, вы сейчас действительно прекрасны, — сказала служанка, отступив, чтобы оценить свою работу. — Мы сейчас все подготовим, и я смогу заняться своей собственной постелью. Лорд, он сказал, что теперь я буду ночевать с вами. Я буду спать на этой маленькой кушетке, прямо здесь, у камина. Так я смогу поддерживать огонь всю ночь. Вы не простынете, и болезнь не вернется к вам.

Элейн скользнула под одеяла. Другой человек собирался присоединиться к ней, мужчина, называвший себя ее мужем. Что он сделает, если она откажет ему? И как ей отвергнуть его, чтобы действительно не показаться сумасшедшей, каковой ее считают родственники Морриган? Как поступила бы его настоящая жена в такой ситуации? Тихий звук раздался со стороны соединяющей двери. Она раскрыла рот, чтобы приказать Чарльзу уйти, так как у нее болит голова. Господь свидетель, Мэтью достаточно часто использовал это оправдание. Дверь раскрылась еще до того, как она успела вымолвить хоть слово. Рот Элейн захлопнулся. На Чарльзе был домашний халат. И больше ничего. Грудь, покрытая густыми вьющимися волосами, выглядывала между отворотами, не менее волосатые ноги виднелись из-под подола халата длиной в три четверти.

— Я только на секундочку, милорд. Я прям сейчас приготовлю себе постель, и затем мы все сможем предаться сну.

Чарльз замер, как будто его остановили. Глаза Элейн расширились.

— Ах, Кейти, я не думаю…

— Я помню, что вы сказали мне сегодня, милорд. И я уже сказала ее светлости, она нисколько не возражает, чтобы я ночевала возле нее. Я принесла свою собственную подушку. Я прилягу на этой маленькой кушетке, вот здесь. Она вполне подходящая для такой небольшой девушки, как я. Ни о чем не беспокойтесь, милорд. У нас все хорошо.

Загорелое лицо Чарльза потемнело.

— Кейти, сегодня ночью тебе нет никакой необходимости ночевать с ее светлостью. Я …

— Но милорд, вы же сказали мне! Я уже рассказала всем и каждому!

Смех защекотал горло Элейн. Они просто безумны. Все до единого!

— Кейти, сию же минуту уноси прочь свою прелестную маленькую задницу!

«Здорово! — подумала Элейн с негодованием. — Значит, у Кейти прелестная маленькая задница, а у нее, Элейн, она костлявая!»

Кейти метнулась к кушетке и схватила свернутые одеяла и подушку.

— Отлично! — фыркнула она, — Я стараюсь выполнять свои обязанности, и вот она благодарность! И не имеет значения, что подумают другие. И совсем неважно, что я не настоящая горничная для леди и никогда не получу должного обучения. Я сейчас же беру вещи и ухожу!

На Чарльза не произвело никакого впечатление возможное падение Кейти в глазах других слуг. Правый уголок его рта потянулся вверх, как верный признак хозяйской немилости. Кейти, со свернутой постелью в руках, чопорно склонилась в реверансе. Объемная черная юбка опустилась прямо в камин.

— Кейти, огонь! — завопила Элейн. Отбросив прочь одеяла, она выскочила из кровати. Кружевная сорочка запуталась в ногах. К тому времени, как она высвободилась, Чарльз благополучно отодвинул Кейти от камина и сбивал огонь с пылающей юбки.

Элейн выдернула одеяла из рук служанки и использовала их, чтобы помочь потушить огнеопасный материал. В течение нескольких секунд она и Чарльз успешно сражались с огнем. Кейти с рыданиями немедленно обрушилась на руки Элейн.

— Кейти, Кейти, ты в порядке? — Элейн провела руками по спине служанки, пытаясь выискать тлеющие участки, но ничего не обнаружила.

— Кейти, ты не обгорела? — она схватила девицу за плечи и потрясла, — Кейти, поговори со мной. Огонь проник сквозь одежду? Кейти, Бога ради, скажи же что-нибудь!

До Элейн медленно дошло, что рыдания прекратились. Оба — и Кейти, и лорд, уставились на нее так, как будто она потеряла рассудок.

«Кейти, Бога ради, скажи же что-нибудь!» — эхом пронеслось от одного конца спальни к другому. Голосом Морриган. С акцентом янки Элейн.

Элейн отстраненно наблюдала, как ее собственные длинные белые пальцы выпустили плечи Кейти, почувствовала, как челюсти сомкнулись со стуком, отчетливо различимым в мертвой тишине. Из камина вылетел тлеющий уголек, и лорд затоптал его. Кейти залилась смехом, ее маленькое лицо стало круглым и жизнерадостным.

— О, миледи! Я и не думала, что вы можете так быстро двигаться! Это просто чудо!

— Да. Настоящее чудо, — сказал лорд ничего не выражающим голосом.

Элейн с неохотой отвела взгляд от сияющего лица Кейти. Выражение лица лорда было таким же не читаемым, как и голос.

— Миледи, так здорово, когда вы подпрыгнули, ну совсем как нормальный человек! Моя ма, она сломала ногу, вы помните…

— Кейти, достаточно. Иди и приведи себя в порядок. Завтра скажи экономке, чтобы тебе выдали новое платье взамен обгоревшего.

Лицо Кейти покрылось румянцем.

— О милорд, спасибо! Спасибо вам!

Сделав реверанс, она поднялась только для того, чтобы снова присесть.

— Благодарю, милорд, и спасибо за то, что спасли меня. Я бы полностью зажарилась, если бы вы не вытащили меня из камина.

Идиотка. Это Элейн спасла ее, и как оказалось, за это и поплатилась. Самое малое, что Кейти могла сделать, — это поблагодарить того, кто это заслужил. Беспечное легкомыслие вскружило голову Элейн. Ощущение огромного облегчения смешалось с глубоким страхом. Все кончено. Наконец-то. Теперь ее отошлют в Бедлам.

Отступая спиной к двери, Кейти неустанно кланялась. Чарльз стоял спиной к огню. Пояс его халата ослаб, оголив длинное бедро, покрытое порослью волос.

Кейти развернулась, выставив на обозрение свою спину. Платье было полностью обожжено вплоть до талии, выглядывавшая из-под него нижняя юбка имела жеваный вид и волочилась вслед за хозяйкой беспорядочными лохмотьями. Повернувшись к Элейн и лорду лицом еще раз, служанка снова присела в поклоне, затем развернулась и открыла дверь. Лакей, стоявший в коридоре и намеревающийся в этот момент постучать в дверь, вместо этого попал Кейти в лицо. Завизжав, служанка бросилась назад в комнату.

Элейн подавила истерический смешок. Она уже в Бедламе.

— Что такое?

Сейчас в тоне Чарльза не было вопроса, только сплошное раздражение. Кейти повернулась.

— Милорд, — сказала она с негодованием, — там…

— Молчать! Ты, — взгляд Чарльза пришпилил несчастного лакея. — Что тебе надо?

— Больной господин, милорд, он хочет видеть ее светлость.

— Дай мистеру Боули его лекарства и передай, что он сможет встретиться с нею завтра, когда будет чувствовать себя лучше.

— Но он настаивает на встрече с ее светлостью, милорд. Он выглядит очень плохо.

— Тогда пошли за доктором, — раздраженно ответил Чарльз. Заметив свой распахнутый халат, лорд небрежно поправил его. — Ее светлость не может посетить его.

Слуга облизал нижнюю губу.

— Милорд, он выглядел очень расстроенным. Он сказал, что не будет принимать лекарство до тех пор, пока не увидится с племянницей. Сэр, он уверен, что умирает. Он сказал, что хочет покаяться.