Начало - Шрайбер Эллен - Страница 33

Он проводил меня до двери и шутливо куснул шею вампирскими зубами.

Я рассмеялась и попыталась вытащить накладные зубы у него изо рта.

— Ой! — воскликнул он.

— Ну не супер же клеем ты их приклеил!

— Рэйвен, ты по-прежнему веришь в вампиров? — спросил он.

— Я думаю, ты излечил меня от этого, — ответила я. — Но от черной губной помады я все равно не откажусь.

Он одарил меня долгим, божественным поцелуем.

Я уже повернулась, чтобы уйти, заметила на пороге пудреницу Руби с монограммой, подняла ее и открыла, чтобы поправить перед зеркальцем свою помаду. В нем отражалась передняя дверь особняка.

— Сладких сновидений, — услышала я слова Александра, но в зеркале он не появился.

Я обернулась. Александр стоял в дверях, но когда я снова заглянула в зеркальце, его не было!

Я снова обернулась, увидела, что мне в лицо смотрит дверная ручка, и отчаянно забарабанила в дверь.

— Александр!

Не веря случившемуся, я попятилась от двери, медленно отступила и уставилась вверх, на окно мансарды. Там загорелся свет.

— Александр! — позвала я.

Мой гот, принц, рыцарь ночи выглянул из-за штор. Глядя на меня со страстью и желанием, он коснулся окна ладонью. Я застыла на месте, а когда потянулась к нему, он отступил за занавеску.

Свет погас.

22

Рубеж

Моя детская мечта исполнилась, но она оказалась куда больше похожей на ночной кошмар, чем я могла себе представить. Всю ночь я лежала без сна, пытаясь разобраться во всем этом и понять.

Юноша, в которого я была влюблена, на самом деле вампир? Неужели мне предстоит провести всю жизнь с вурдалаком?

Надо же, я ведь часто воображала себе нечто в этом духе, но только вот отреагировала на свое открытие совсем не так, как это представляла. Я не схватилась за телефон, чтобы позвонить на телевидение. Пока мы с Беки ехали домой, я не сказала ни слова, только растерянно пялилась в окно, а подружка напропалую кокетничала с Мэттом.

Дома я заперлась в спальне и просмотрела все свои книжки про вампиров в поисках ответов, но ничего не нашла. Я повторяла себе, что люблю его, несмотря на то, кто он такой, что ни за что не выдам его тайну. Так-то оно так, но готова ли я ради него отказаться от всего того, что было моей жизнью, поменять мой мир на его, оставить моих родителей, Беки и даже Билли?

Я уставилась на собственное отражение в высоком зеркале так, словно видела его в последний раз.

Весь следующий день я провела на кладбище, расхаживая перед памятником баронессе, а как только солнце село за деревьями, направилась в особняк. Обойдя холм, я заметила, что ворота заперты, а когда забралась на забор, особняк показался мне еще более пугающим и одиноким, чем обычно. «Мерседеса» во дворе не было, и свет в окнах не горел. Я долго звонила в колокольчик, стучала дверным молотком, но ответа не дождалась, а когда заглянула в окно гостиной, то увидела, что вся мебель теперь оказалась в белых чехлах.

Я обежала дом, прижала нос к подвальному окну, и у меня перехватило дыхание. Ящики с грунтом исчезли! Сердце мое упало, в горле застрял ком, который невозможно было проглотить.

Я взялась за неплотно державшийся кирпич, с помощью которого раньше проникала внутрь, но когда потянула за него, выпал конверт, поперек которого было большими буквами написано мое имя.

Я подбежала к воротам и поднесла письмо к свету. Да, мое имя читалось отчетливо.

Я извлекла черную карточку. На ней кроваво-красными буквами были выведены простые слова: «Потому что я люблю тебя».

Я любовно погладила каждое слово кончиками пальцев и прижала письмо к сердцу. Слезы капали у меня из глаз, когда я устало прислонилась к воротам особняка.

Это был кол, вбитый в мое сердце.

Птички щебетали у меня над головой, и я машинально подняла глаза, чтобы увидеть, как они кружат над деревьями. Одна из них спикировала вниз и опустилась на железные ворота прямо надо мной.

Нет, это была не птица, а летучая мышь.

Она торжественно распростерла крылья, замерла и вперила в меня свой взгляд. Ее тень выделялась на тротуаре, дыхание попадало в такт с моим. Летучие мыши слепы, но взгляд этот как будто проникал мне в душу.

Я медленно потянулась к ней.

— Александр?

И тогда она улетела.