Любовь по расчёту - Хауэлл Ханна - Страница 25

— Нисколько не сомневаюсь!

Баллард проигнорировал ее сарказм.

— Я помог донести ваш гигантский буфет до дома Сары. В тот момент я уже догадался, что она ведет какую-то игру, но старался не обращать на это внимания.

— Должно быть, у Сары гораздо больше мозгов, чем я думала, если тебе, чтобы додуматься до этого, понадобилось полдня, — глядя на мужа исподлобья, произнесла Кловер.

— Как только мы оказались у нее в доме, она продолжила свой бесстыдный флирт.

Кловер не шевелилась. Казалось, она даже вздохнуть боится, и Баллард понял, что, несмотря на ее язвительный тон, она его выслушает.

— Я уже собирался домой, когда она предложила мне прохладительный напиток. Я согласился, но не столько из-за того, что хотел пить, сколько потому, что хотел расставить все по своим местам и сделать так, чтобы она никогда больше не вставала между мной и тобой. — Он выдержал ее взгляд и со всей искренностью сказал: — Я не буду клясться, что никогда не взгляну на другую женщину, милая, потому что мужчины в своих поступках не всегда руководствуются разумом, но я очень серьезно отношусь к клятве, данной перед Господом. Итак, я сказал Саре, что отныне я женатый человек и меня не интересуют те игры, которые она предлагает. Так что мы — кстати, очень недовольные друг другом — расстались несколько часов назад. Выходя из дома Марстенов, я чуть не столкнулся с мистером Грендаллом, который сказал, что купленный у меня жеребец подыхает, и буквально утащил меня с собой.

— С конем действительно все было так плохо?

— Да, но нам удалось его спасти. Кто-то отравил животину. Грендалл уверен, что это дело рук Диллингсуорта.

— Томаса? Ему-то это зачем?

— Не сумев заполучить эту лошадь, он не захотел, чтобы ею владел кто-то другой. От Грендалла я поехал домой, но у таверны увидел Эрона Сполдинга — он проявлял интерес к моим лошадям. Мы с ним выпили по паре кружек пива и заключили неплохую сделку. А потом, когда я вышел из таверны, на меня набросились двое. Они напали со спины и застали меня врасплох. Сбив с ног, они начали лупить меня по голове и ребрам.

Для Кловер все это прозвучало не очень убедительно, но, решила она, не стоит судить слишком поспешно. Баллард выглядел крайне уставшим и, безусловно, искренним. Она протянула руку и коснулась его затылка, обнаружив за его правым ухом крупную шишку, липкую от сочившейся крови. Рана отчасти подтверждала его слова, но не была достаточным доказательством того, что он говорит правду, и все-таки Кловер почти поверила ему.

— Свалился с кровати, не так ли? — пробормотала она, скорее по инерции продолжая язвить.

— Нет, просто эти парни пытались продырявить мой скальп. Все это было частью плана Томаса.

— Томас там тоже был?

— Нет, он просто нанял каких-то мерзавцев. Один из них разглагольствовал о том, что Диллингсуорт жаждет моей смерти, а второй в это время обчищал мои карманы. Мне очень повезло, что он заплатил им заранее, поэтому им не было смысла связываться с убийством. Кстати, сам Томас собирался явиться сюда утром, чтобы утешить скорбящую вдову.

— Какая забота с его стороны!.. — Она нахмурилась. — Ты правильно заметил, что в эту историю трудно поверить. С чего это вдруг Томас решил убивать тебя? Какую выгоду он может извлечь из твоей смерти?

— Томас все правильно рассчитал. Если бы меня вдруг не стало, ты вновь почувствовала бы себя одинокой и беспомощной, и у него появился бы шанс сделать тебя своей любовницей.

Кловер внимательно и серьезно смотрела на Балларда.

— Вылечив жеребца, я подписал себе смертный приговор. Вероятно, Диллингсуорту тотчас стало известно о том, что произошло в конюшне Грендалла, и ему показалось, что я слишком часто встаю на его пути. Завтра утром в грязном переулке возле «Хитрой собаки» должны найти мой окоченевший труп, и Томас придет к тебе с соболезнованиями и очередным гнусным предложением.

— И вынудит меня принять это предложение. — Кловер передернуло от омерзения. Возмущенная до глубины души, она не могла больше лежать. — Дай мне встать, Баллард!

— Нет, я еще не закончил свой рассказ.

Она шлепнула его по руке:

— Я не собираюсь никуда бежать и обязательно выслушаю тебя. Я просто не могу больше лежать на этой треклятой перине. Позволь мне подняться.

Баллард осторожно подвинулся, и Кловер, соскользнув с кровати, начала нервно ходить по комнате. Вскоре она остановилась возле умывального таза, наполнила его водой и поднесла его к прикроватному столику. Когда она принесла несколько полотенец, он понял, что она собирается обработать его раны. Размолвка явно шла на убыль.

Кловер закатала длинные рукава своей ночной рубашки и смочила полотенце в холодной воде.

— Что еще ты хочешь рассказать? Поскольку ты здесь, план твоего убийства, похоже, провалился.

— Да. — Он поморщился, когда она приложила ткань к шишке на голове. — Томасу не понравилось, что ты вышла замуж за меня — человека из другого сословия. А тут я еще задал ему хорошую взбучку, а потом, отказавшись от его довольно выгодного предложения, продал жеребца Грендаллу. Посчитав себя униженным этим двойным проигрышем, о котором достаточно быстро узнал весь город, он окончательно потерял голову и решил отомстить.

— Если я была так нужна ему, почему же он разорвал нашу помолвку?

Кловер начала осторожно протирать Балларду лицо и, смыв грязь и запекшуюся кровь, с радостью обнаружила, что синяки и раны оказались не такими страшными.

— Деньги, милая. Ты и раньше это знала. Томасу нужны деньги Сары. И он хочет их получить. А в постель он хочет заполучить тебя. Он думал, что ему удастся получить то и другое, но я своим появлением разрушил его планы. Знаешь, когда я отказался продать ему жеребца, он едва не задавил своим экипажем нас с Грендаллом.

— Томас ведет себя совершенно безумно, но почему же ничего подобного я за ним не замечала раньше?

— Ты никогда не оставалась с ним наедине. С вами всегда кто-то был, а он знает, как произвести благоприятное впечатление. Кроме того, любой мужчина в период ухаживания старается скрывать отрицательные стороны своего характера. Дорогая, посмотри еще вот здесь, — он чуть повернул голову, — не думаю, что они пробили мне череп, но убедиться в этом не мешает.

— Господи, какие звери. — Кловер осторожно провела пальцами по его густым волосам и обнаружила еще одну опухоль. — Вроде бы не так страшно — крови нет, но шишка довольно большая.

— Когда эти мерзавцы сбили меня с ног, кто-то из них крепко приложил меня по голове, чтобы я не поднялся. — Баллард провел рукой по грудной клетке и поморщился. — Эти гады основательно поколотили меня.

— Сними рубашку, я посмотрю.

Она ахнула, когда он скинул рубашку, — вся спина и ребра и были покрыты страшными сине-багровыми рубцами.

— Надо обязательно показаться доктору, пусть поставит какие-нибудь примочки и осмотрит раны на голове.

Кловер надела халат и направилась к двери.

— Ты куда, Кло? Мы же не договорили.

— Мы сможем поговорить чуть позже, пока будем ждать доктора.

Улыбнувшись одними глазами, Кловер вышла из спальни и направилась к матери, чтобы попросить ее послать за доктором. Коротко переговорив с матерью, которая с трудом удержалась от расспросов, Кловер поспешила обратно, поскольку хотела окончательно убедиться в достоверности рассказа Балларда.

— Матушка пошлет Молли за доктором. Надеюсь, он скоро придет, — сообщила она, вернувшись в спальню.

Баллард по-прежнему с мрачным видом сидел на кровати. Кловер присела на краешек перины и посмотрела на него.

— Теперь можешь закончить свою безумную историю.

— Это не безумная история, это правда.

— Я еще не до конца уверена в этом.

Вздохнув и чуть поморщившись от боли, Баллард продолжил свой рассказ. Он описал, как, стараясь не впасть в забытье, дождался, когда бандиты ушли, потом с огромным трудом встал на ноги и кое-как, шаг за шагом, добрел до дома. Кловер с сочувствием смотрела на мужа, и он понял, что она поверила его рассказу. В ту же минуту он осознал, насколько ужасно выглядело его отсутствие, если даже Ламберт и Шелтон подумали, что он забавляется с Сарой Марстен. И можно было понять, почему Кловер с таким трудом поверила его почти неправдоподобной истории. После того как Баллард закончил свой рассказ, прибыл доктор, и Кловер оставила его на попечение врача.