Алые ночи - Деверо Джуд - Страница 75

— Хочешь сказать, застрелил?

— Да, и если бы Фрэнк опоздал хоть на минуту, Ариэль сейчас не было бы в живых. — Майк сделал паузу. — Но возникла непредвиденная проблема…

Заметив на щеке Майка знакомую ямочку, Сара вопросительно уставилась на него.

— Ты, видимо, рассказала Ариэль, как я раскачался на веревке и не дал тебе наступить на проволоку, чтобы не сработала ловушка.

— И что же Ариэль?

— Когда Фрэнк застрелил телохранителя Вандло, Ариэль попыталась сбежать, раскачавшись на веревке. И ее можно понять: ведь она не знала, кто такой Фрэнк. Но ему пришлось попотеть, гоняясь за ней. — Майк заулыбался. — Зато, если верить Фрэнку, ловить Ариэль ему понравилось.

Сара представила себе борьбу, которая развернулась между Фрэнком и Ариэль в ее черном белье, разгоряченной погоней. Да, пришлось признать Саре, Ариэль тоже наверняка осталась довольна.

— По-моему, они подходят друг другу, — заметил Майк, наклоняясь к Саре. — А ты… знаешь, за сегодняшний день я постарел лет на десять. Фэбээровцы достали меня вопросами, а мне хотелось только поскорее разыскать тебя. Где искать, я понял, как только мне сообщили, что ты здесь, на ферме. — Он провел ладонью по ее волосам. — Узнав, что на ярмарочной площади тебя нигде нет, я запаниковал. Но тут увидел Ариэль, а она сказала, что вы приехали вместе… Сара, не стоило тебе… — Тут он увидел, как переменилась в лице Сара, и осекся. — Хорошо, нотаций не будет, — поспешил заверить он. — Мне страшно думать о том, в какой опасности ты была, но я даже высказать не могу, как я рад, что ты поймала Митци! — Он взял ее за плечи. — А теперь, любимая, признаюсь честно: как бы мне ни нравилось то, что на тебе надето, я не желаю, чтобы другие мужчины видели тебя такой. Давай оденемся и выйдем к остальным, хорошо?

Но Сара крепко сжала ему руку, и Майк вопросительно посмотрел на нее.

— Ты назвал меня любимой.

Лицо Майка стало озадаченным.

— А раньше не называл ни разу. — Он все равно ничего не понял, и она объяснила: — Любовь! Ты никогда не упоминал любовь и меня в одном предложении.

— Думаешь, я женился на тебе, не испытывая никаких чувств?

— Ради расследования…

Майк шагнул ближе к столу, на котором сидела Сара, и встал между ее ног.

— В мире полно преступников и женщин, которым грозит опасность, но я еще ни разу не женился ни на одной из них только ради того, чтобы ее спасти. — Он поцеловал Сару в шею. — Я люблю тебя! — И поцеловал еще раз — в щеку. — Люблю сильнее с каждым днем! — Следующие поцелуи достались прикрытым глазам. — Когда я увидел тебя в беседке над трупом Вандло, всю в крови, и сначала даже не понял, жива ты или нет, я думал, что сейчас умру сам.

— Я тоже! — Сара поцеловала его. — А когда я поняла, что эта старуха и есть Митци, а ты в опасности, я…

— Тсс! — Майк прижал ее к себе. — Теперь все кончено, в понедельник я должен быть в Форт-Лодердейле. Как думаешь, мы успеем собраться? Только вот не знаю, на чем мы поедем.

— А что с твоей машиной?

— Похожа на решето — вся в дырках от пуль. Как вас угораздило затолкать Митци Вандло в багажник, полный оружия? Неужели вы не могли угнать другую машину?

— Я тут ни при чем, злись не на меня, а на Ариэль. Это она ее угнала, твоя обожаемая Ариэль, к которой ты бегал на свидания, даже когда уже был женат.

— Неправда, еще не был. И потом, она…

— Извините, если помешал, — заговорил появившийся в дверях Фрэнк, — но там все хотят видеть женщину, которая ухитрилась справиться с Митци.

— Сейчас выйдем, вот только уговорю Сару одеться.

— Ничего, нас вполне устроит и такой вид, — заверил Фрэнк, рассмеялся, заметив, как ревниво хмурится Майк, и удалился.

— Я так понимаю, картины, спрятанные в тайнике у мистера Ланга, были подписаны буквами Ч.А.Й.

— Да, — подтвердил Майк. — Чарлз Альберт Йейтс. Вчера мы с Люком вывезли отсюда целую картинную галерею. — Он снял Сару со стола. — Около сотни картин, и это еще не все. В той комнате было полным-полно старинных вещей, я даже не представляю, насколько ценных: и ящики с письмами, и старые дневники, и одежда. И килт с рубашкой, в которых Ланг плясал ночью 1941 года, — те самые, которыми мне в детстве прожужжали все уши. — Майк вздохнул. — Ума не приложу, почему до сих пор никто не нашел эту комнату.

— Мистер Ланг наглухо забил дверь гвоздями, — объяснила Сара, пока Майк помогал ей надеть длинное платье.

— Значит, ее содержимое видел только он. Логично.

— А как Митци разузнала про картины? Они ценные?

Он молчал.

— Майк, что такое?

— Я отправил несколько снимков этих картин фэбээровцам в Вашингтон. Сара, дорогая, ты миллионерша. Мульти-миллионерша.

Первой в голову Сары пришла радостная мысль: теперь им по карману ремонт Мерлинс-Фарм! И образование будущих детей! И спортивный клуб Майка! Улыбаясь, она посмотрела на него, но он хмурился.

— Во всем мире только ты способен стать несчастным, получив кучу денег.

— Это не мои деньги. Они твои, тебе хватит их на любые прихоти.

Сара с трудом сдержалась, чтобы не застонать. Майк давал ей понять: если она хочет расторжения совсем недавно заключенного брака, он не станет препятствовать.

— Как думаешь, Тесс сумеет распорядиться нашими миллионами?

— Конечно! — На щеке Майка вновь возникла ямочка.

Сара взяла его под руку.

— У мамы уже готов список желающих посещать твой зал.

— Значит, остается только выяснить, как убедить тебя регулярно посещать его.

— Я… — начала она, но умолкла: они уже стояли на крыльце.

Казалось, помимо пожарных, медиков и патрульных, сюда сбежался весь Эдилин. При виде Сары раздались дружные аплодисменты. Сара понимала, что большинство этих людей понятия не имеют, чем именно она прославилась, но твердо знают: город вправе гордиться ею.

Сара повернулась к Майку.

— Вперед! — подбодрил он. — Это твой час. Ты героиня! — Он пожал ей руку. — Отныне никто не посмеет сказать, что Сара Шоу заслуживает жалости.

Если прежде Сара сомневалась в его любви, то теперь все ее сомнения развеялись. Он раскрыл сложное дело, но был готов отступить и отдать ей лавры победительницы.

— Ньюленд, — громко объявила она. — Это фамилия человека, которого я люблю.

Майк усмехнулся:

— Да, миссис Ньюленд. Моя жена.

И Сара зашагала навстречу толпе людей, желающих поздравить ее, — но зашагала не одна, а рука об руку с Майком.