Тайна в наследство - Деверо Джуд - Страница 59

— Но в завещании Джимми…

— В завещании сказано, что деньги переходят к его брату и сестре. Но если на суде удастся доказать, что они ему не родственники… Бейли, раз уж вы живете там, вы не нашли никаких подтверждений родства Атланты и Рея с Джеймсом?

Бейли не хотелось рассказывать ему о снимке, найденном в обувной коробке Мэтта. Не хотелось вновь обращаться к прошлому. Лучше бы в нем остались и Рей, и Атланта, и Джимми вместе с ними.

— Значит, вы что-то разузнали? — догадался Филипп. — Что именно?

Она вздохнула. Лгать она не умеет даже по телефону.

— Ничего. Только видела снимок с Атлантой и Реем. Их сфотографировали еще, подростками.

— Господи! — воскликнул Филипп. — Бейли, вы не представляете себе, насколько это важно. Вы просто обязаны узнать про них все, что только возможно. Если бы я смог доказать, что в кровном родстве с Джеймсом они не состоят, то остановил бы это безумие. И если вы знаете кого-нибудь, кто знал, женаты вы были по закону или нет…

— Не нужны мне эти деньги! — перебила Бейли, сорвавшись на крик.

Ей представились слепящие вспышки, толпа репортеров, вопросы — вплоть до самых дерзких и бесстыдных.

— Дело касается не только вас! — повысив голос, возразил Филипп. — Эти двое закрывают и распродают все компании Джеймса. Без работы остаются тысячи, а может, и миллионы людей. Так вы поможете мне или нет? — Телефон снова отрывисто пискнул. — Пообещайте хоть что-нибудь разузнать. Поклянитесь мне. Это очень, очень важно!

— Ну хорошо, — нехотя согласилась Бейли. — Я… — Она не договорила: связь оборвалась. — Сделаю все, что смогу, — сказала она и поморщилась.

Она положила трубку и услышала тихий стук в дверь.

— Да?

Вошел Мэтт.

— Все в порядке? Я слышал, звонил телефон.

— Да, — кивнула она.

Филипп не только разбудил, но и растревожил ее. В последнее время она начинала забывать, что когда-то была толстушкой-женой Джеймса Мэнвилла. Прошло немало дней с тех пор, как она пыталась представить себе, что сказал бы или что сделал бы Джимми в том или ином случае. Она боялась, что Арлин или Кэрол проговорятся, но обе привыкли хранить секреты. Однажды Кэрол спросила: «Думаешь, я хочу, чтобы все узнали, что мой муж работает на миллиардеров?» Бейли рассмеялась: последнее слово Кэрол произнесла так, словно считала богатство заразной болезнью.

— Просто давний друг звонил, — объяснила Бейли, не глядя на Мэтта. — Он как раз празднует день рождения.

Мэтт не шелохнулся, и она поняла, что ее вновь уличили во лжи.

— Ясно, — ледяным тоном ответил он. — Или просто номером ошиблись. — И, не давая Бейли шанса оправдаться, скрылся за дверью.

Бейли услышала его шаги на лестнице, ведущей в мансарду. Опять он собирался не спать, а провести ночь за работой.

Бейли попыталась заснуть, но из головы у нее не шел разговор с Филиппом. Почему он ни словом не упомянул Кэрол? И дочерей? Он не мог не знать, что вся его семья сейчас в Виргинии, вместе с Бейли. Или Филипп об этом даже не подозревал?

Проворочавшись почти час, Бейли встала, оделась и вышла на кухню. К тому времени как проснулся Алекс, она успела напечь шестидюймовую стопку тонких, как бумага, блинчиков и приготовить к ним четыре разных соуса. Мэтт тоже вышел к завтраку, но почти ничего не ел и все время молчал.

Даже когда Алекс попробовал поддразнить его: «Повезло тебе, старина, — совсем нет аппетита. В твоем возрасте набрать лишний вес — раз плюнуть», Мэтт пропустил его слова мимо ушей.

— Что это с ним? — спросил Алекс, когда Мэтт уехал на работу.

— Да так… взрослые заботы, — неопределенно отозвалась Бейли, словно разговаривала с пятилетним ребенком.

— А-а, секс, — улыбнулся парень. — Ты права: где уж мне разбираться в сексе, при таком-то отце!

— Секс тут ни при чем, — усмехнулась Бейли. — Тем более между мной и Мэтью Лонгейкром. Можешь мне поверить.

— Да? — Алекс свернул в трубочку еще один блинчик и наполнил его соусом из сыра рикотта и апельсинов. — А в чем же дело? У старины Мэтта ничего не выходит? Потому что других причин я не вижу.

— О чем ты вообще говоришь?

— О страсти, старой доброй страсти. Вроде той, из-за которой вспыхивали войны. Он пылает к тебе такой страстью, что того и гляди лопнет.

— Ты с ума сошел! Ешь скорее, в школу опоздаешь!

— Можешь мне не верить, но если ты подойдешь к нему и положишь руку на…

— Вон! Убирайся из-за стола! Иди лучше учись, а то станешь таким, как твой отец!

Алекс подхватил учебники и поспешил к двери. Бейли услышала, как перед домом остановился школьный автобус.

— Не стану, я все равно симпатичнее! — отозвался Алекс, обернувшись у самой двери, усмехнулся, и Бейли рассмеялась.

Глава 20

Рекламный ролик имел огромный успех. Смотреть его в доме Бейли собрались все, и ей пришлось признать, что мужчины, убедившись, что их жены и подруги твердо намерены вести свой бизнес, нашли в себе силы порадоваться за них.

— Я так завелась, что у нас с Риком случился лучший секс за всю нашу жизнь! — призналась Пэтси. — Теперь он мечтает, чтобы я основала вторую компанию. А что у вас с Мэттом?

— Ждем третьей, — выпалила Бейли под хихиканье Пэтси.

Бейли накрыла стол на свежем воздухе, но все так нервничали, что в ожидании рекламы не смогли проглотить ни крошки. На минуту Бейли отступила в сторону, исподтишка наблюдая за всеми. Мать Тереза однажды сказала, что больнее всего людей ранит не бедность или болезнь, а чувство, что они никому не нужны. И теперь, глядя на людей, собравшихся у нее под тутовым деревом, Бейли понимала: мать Тереза права. Все присутствующие здесь женщины, в том числе и сама Бейли, за последние несколько недель изменились до неузнаваемости, и все потому, что в их жизни появилась цель.

Самые заметные перемены произошли в Арлин. Пока Арлин увивалась вокруг Джимми, Бейли терпеть ее не могла, втайне считая нахлебницей и паразиткой. Но для компании Арлин оказалась ценным приобретением. Благодаря бесконечным дегустациям за последние несколько недель она прибавила в весе. Арлин отвергла половину предложенных Карлой вариантов дизайна, заявив, что все это — «шик для голытьбы». «Осторожнее, — предостерегла Бейли, — не то выдашь свое происхождение». В конце концов благодаря Арлин они остановились на простом варианте этикетки, которая придавала их продукции элегантный и стильный вид и вместе с тем говорила о ее доступности.

Кэрол положительно повлияла на Вайолет, которая сбросила фунтов двадцать. Бейли уже несколько недель не видела ее с косячком в руке.

— Пора! — объявила Кэрол, все на долю секунды замерли, а потом бросились к дому.

Сыновья Пэтси и Алекс застряли в дверях, точно рассчитав время, когда между ними окажется Карла.

— А ну, прекратите! — прикрикнула Пэтси, шлепнув ближайшего из сыновей свернутым в трубку каталогом.

Захохотав, мальчишки попятились, пропуская Карлу вперед.

Бейли присела на диван рядом с Мэттом, все затаили дыхание: трансляция матча прервалась на время рекламного блока. Машинальным жестом Бейли взяла Мэтта за руку.

В рекламном ролике женщина и двое детей (Кэрол, ее младшая дочь и Карла) уныло сидели в гостиной, уставившись в телевизор. Комната выглядела запущенной, одежда на всех троих — некрасивой и неряшливой. Внезапно в гостиную врывался отец семейства (Алекс с приклеенными усами) и объявлял, что пригласил на ужин своего босса с женой. «Ты извини, дорогая, — продолжал он, обращаясь к жене, — но я сказал ему, что ты отлично готовишь».

Кэрол отвечала, что на ужин у нее тушеное мясо.

— Но что же мне подать сначала, а что — после главного блюда? — расстраивалась она.

Появившись в кадре, Карла объявляла:

— А я знаю, мама! Те самые консервы, которые ты недавно купила!

Следующие кадры показывали в ускоренном темпе: пока Карла одевала мать (особенно смешно натягивая на нее колготки), сама Кэрол вскрывала банки продуктов компании «Тутовое дерево» и красиво раскладывала закуски на блюдах. Не сидела без дела и младшая дочка: вытащив из морозилки покупной фунтовый кекс, она поливала его сиропом с целыми ягодами черешни.