Освобождение шпиона - Корецкий Данил Аркадьевич - Страница 91

— Да Боже упаси! — искренне ужаснулся Леший.

Она глубоко затянулась, прищурив на Лешего глаза,

выдохнула уголком рта.

— Повторяю, вы мне нравитесь, молодой человек. Несмотря даже на то, что вы майор ФСБ...

— В отставке, — напомнил Леший.

— Это плюс, - кивнула Лидия Станиславовна. — Но моя дочь должна в первую очередь получить образова­ние. А также во вторую и в третью очередь тоже. Я так считаю. Любые попытки помешать ей в этом — наме­ренные или непреднамеренные типа «ах, так получи­лось» — я буду рассматривать как прямой вызов лично мне... Понимаете, о чем я?

— Вы мне тоже нравитесь, Лидия Станиславовна, - признался Леший. — Как будущая теща.

— Не подлизывайся, — махнула рукой Лидия Стани­славовна. — А то, понимаешь... Очень не хотелось бы вступать в конфликт с органами правоохраны.

— Понимаю, — сказал Леший.

Она усмехнулась, вздохнула и посмотрела на Лешего совсем другим взглядом. Грустным. Теплым. Даже не­множко по-матерински теплым.

— Черти вы, — сказала она. — Все равно ведь сделае­те по-своему...

Из спальни показалась Полина при полном параде, на каблуках и с театральной сумочкой в руке.

— Ну, как? — спросила она.

— Жжошь, — обронила Лидия Станиславовна, сме­рив дочь взглядом.

— Пойдет, — сказал Леший.

— Всё. Тогда мы побежали, мам. — Пуля на ходу гля­нула на себя в зеркало, открыла входную дверь. — Не волнуйся, одну лабу я сегодня сдала, вторая почти гото­ва. Пока!

— Пока, - сказала Лидия Станиславовна им вслед, глядя, как они спускаются по лестнице. Спохвати­лась: — Эй, куда хоть идете?

— На «Иоланту»! — крикнула Пуля.

— На «Иоланту»! — ахнула Лидия Станиславовна. — Он ведь опять уснет там у тебя! Это ведь даже не Роджер Уотерс! Это Чайковский!

— А кто такой Чайковский? - спросил Леший и рас­смеялся. — Не волнуйтесь, Лидия Станиславовна, я литр кофе выпил!

Через минуту они выезжали со двора в «фольксваге­не» Лешего. Пуля включила музыку, по привычке сползла на сиденье вниз, упершись коленом в перча­точный ящик, и смотрела на дорогу.

— У Евсеева с Мариной скоро будет ребенок, — объ­явил Леший, - Хлопец. Она на УЗИ вчера ходила. Даже фотка есть малого. Я ничего там не разобрал, правда.

— Вы помирились? — спросила Пуля.

— С Евсеевым? Давно, — сказал Леший. — Да и не ссорились как будто. Просто перестали вместе рабо­тать. Он нас, кстати, в гости звал. Обещал харчить на­стоящей французской кухней.

— А помнишь, как мы с тобой тогда тоже едва не рас­стались? — спросила Пуля.

— Помню, — сказал Леший коротко.

— Сейчас я даже не представляю, как могла тогда по- думать про тебя такое...

— Все позади, — сказал Леший. — Я ведь про тебя то­же всякое думал.

Пуля встрепенулась.

— Например?

— Например, что ты дура.

Она подняла брови.

— Ну-у... Скажем, сам-то ты у нас большой интел­лектуал... Как ты живешь без своего «минуса»?

Леший перестроился вправо и остановил машину в автобусном «кармане».

— Что такое? - спросила Пуля.

— У меня предложение, — сказал Леший. — Ни на ка­кую «Иоланту» мы не пойдем.

— А я и не собиралась, — сказала Пуля. — Очень надо смотреть, как ты дрыхнешь... По барам и к тебе домой, как обычно.

— Нет. Помнишь, ты просила меня, чтобы я показал тебе тайный город?

Она посмотрела на него.

— Конечно.

— Все еще хочешь?

— Да. А что...

— Нет. Я серьезно.

— Конечно, хочу! - Пуля выпрямилась на сиденье. — Что за разговоры!

— Но это надолго, — сказал Леший. — И будет труд­но. Твоя маман меня после этого точно на порог не пу­стит.

— Да ты не знаешь мою маман! — рассмеялась Пу­ля. — Она законченная авантюристка! Еще хуже, чем я! Она все понимает!.. К тому же, — добавила она, — души в тебе не чает. Любимый зять и — точка.

— Значит, идешь со мной?

Пуля приблизила к нему лицо, поцеловала в крае­шек губ.

— Да, дорогой.

— Тогда поехали. Надо еще взять кое-какой инстру­мент и переодеться... Ты не пожалеешь, вот честное слово!

Леший включил передачу, посмотрел влево, точно и уверенно вбросил машину в непрерывно двигающийся поток. Глаза его горели. Ярче, чем когда он заходил за Пулей.

Ростов-на-Дону, 2010 - 2011 г.