Паутина - Чубарьян Александр Александрович "Sanych" - Страница 59

Они приближались к общему блоку. На его пороге расположились Андерс и Лиска. Девушка вместо куртки куталась в плед.

– Андерс сказал, что это твоя знакомая, – произнесла Лиска, когда они подошли ближе.

– Что-то вроде того.

– Это аутизм?

– Нет. Кажется, нет, – неуверенно сказал Лекс. – Что-то другое… вроде бы. Но не аутизм.

– Похоже на аутизм, – сказал Андерс. – Смотрели «Шестое чувство» с Уиллисом? Там один мальчик мог видеть души мертвых людей и…

Лиска пнула его, и Андерс замолчал.

– Боюсь. Не боюсь. Боюсь. Не боюсь.

– Она попала в аварию, – уклончиво ответил Лекс. – И после аварии…

– Того? – Лиска повертела ладонью у головы.

– Сама ты того. У нее родители погибли… Блин, чего вы вылезли вообще? Идите работать! И вы тоже, – Лекс погрозил в окно, которое тут же опустело.

Ни Андерс, ни Лиска даже не пошевелились.

– Ну и чего вы расселись… эй, ты куда? Алина?

Алина остановилась напротив них, потом шагнула в сторону крыльца. Немка засеменила рядом. Андерс и Лиска расступились, и Алина, поддерживаемая Лексом, поднялась по крыльцу.

– Боюсь. Не боюсь. Боюсь. Не боюсь.

– Любит. Не любит. Любит… – в одной руке Андерс держал воображаемую ромашку, другой отрывал воображаемые лепестки.

– Да заткнись ты. – Лиска снова пнула Андерса, и тот покорно замолчал. – Леш, она нас понимает?

Лекс покачал головой.

– Нет. Эйзентрегер обещал помочь. У них вроде бы есть специалисты. Куда она идет?

– Боюсь. Не боюсь. Боюсь. – Алина замолчала, едва переступила порог «рабочей комнаты» – той, где происходило общение с исином француза.

Ее там не сразу заметили. Отлипнув от окна, хакеры вернулись к стене, увешанной мониторами. В центре плазма двести шестнадцать, с логотипом «Андроида» и заставкой активированного исина. Ее окружали два десятка мониторов поменьше, на них в прямом эфире демонстрировались все изменения, происходящие со спутником, который старательно подстраивался под запросы своего хозяина.

Жан сделал исину запрос найти самый лучший интернет-мем про Чака Норриса и его знаменитый удар с разворота. Самую лучшую шутку. По мнению Жана.

Теперь француз, развалившись на кресле, лениво отвергал все варианты, в то время как Словен, Индевять и еще пара парней следили за происходящими изменениями в коде.

– Согласно рейтингу форума Соулхантер следующая шутка занимает лидирующую позицию, – прозвучал голос исина из колонок, вмонтированных в плазму. – Если Чак Норрис сделает удар с разворота…

Переводчик исправно ретранслировал речь в наушники, переведя с французского в более удобный Лексу формат.

– Стоп, стоп! Мне не нужны рейтинги соулхантеров, – сказал Жан. – Мне нужна лучшая шутка по моему рейтингу, а не рейтингу с какого-то форума.

– Я пытаюсь определить критерии твоего рейтинга.

– Ты пытаешься повлиять на мое мнение, ссылаясь на источники. 

Я не хочу знать, кто еще согласен с моим мнением. Называй только шутку.

– Если Чак Норрис сделает удар с разворота, находясь в Арктике, она станет Антарктикой.

– Не нравится.

– Ты можешь оценить эту шутку?

– Не могу. Она не вызвала во мне никаких эмоций. Ищи следующую. Упс. Добрый вечер.

Жан замолчал, глядя в сторону входа, за ним посмотрели и остальные.

Секунд десять в комнате стояла тишина, затем голос исина произнес:

– Каждый самурай должен сделать сеппуку, узнав о существовании удара с разворота.

– Пауза, – скомандовал Жан и спросил у Лекса: – Что она тут делает?

– Зашла услышать твой вопрос.

– Какой вопрос? – не понял француз.

– «Что она тут делает?» К сожалению, она не сможет тебе ответить.

Алина сделала несколько шагов вперед и подошла к стене с мониторами. Только здесь она подняла голову и теперь смотрела прямо перед собой.

– Андерс сказал, что ты ее знаешь, – сказал Индевять. – Подружка?

Лиска при этих словах почему-то покраснела.

– Моя сестра, – ответил Лекс.

– У нее аутизм? – спросил Словен.

– Нет. У вас какие-то проблемы?

– Никаких проблем, – поднял руки Индевять. – Жан!

– Спутник, активация, – скомандовал француз. – Повтори последнюю шутку.

– Каждый самурай должен сделать сеппуку, узнав о существовании удара с разворота, – продиктовал спутник.

– Это лучшая шутка с канала аниме? – поморщился Жан.

Индевять тут же замахал на него руками, чтобы он не вступал в беседу с исином.

– Уточняю: ты хочешь узнать историю возникновения шутки или источник, в котором она занимает лидирующую позицию?

– Ни то и ни другое, – быстро ответил Жан. – Шутка не нравится. Ищи следующую.

– Потуши огонь.

– Функция недоступна.

На все команды Жана, которые спутник принципиально не мог выполнить – а это были, в общем-то, любые команды, не связанные с поиском информации, – следовал такой ответ. Функция недоступна.

Но только на команды, которые отдавал хозяин спутника. Если такую команду отдавал кто-то другой, спутник на нее вообще не реагировал.

До того момента, как Алина не произнесла:

– Потуши огонь.

– Функция недоступна.

– Потуши огонь.

– Функция недоступна.

– Потуши огонь.

– Стоп, стоп! Пауза. Режим паузы! – воскликнул Жан и, вскочив с кресла, очумело уставился на Алину: – Как он тебя слышит?

Алина замолчала. Потом повернулась и направилась к выходу.

– Эй! – Жан дотронулся до ее плеча, немка тут же протиснулась вперед и отпихнула француза. – Стой!

– Она тебя не понимает, – сказал Лекс. – Оставь ее.

– Не оставлю! Эй!

Немка с Алиной уже вышли за порог, Жан бросился за ними и наткнулся на Лекса.

– Оставь ее. Давайте работать.

– Ее надо вернуть, – к ним подошел Индевять.

– Не надо ее возвращать, – сказал Лекс.

– Ты что, идиот? – осведомился Жан. – Очнись! Эта твоя подружка только что хакнула мой спутник! Верни ее обратно, мы должны понять, как она это сделала.

И только теперь до Лекса дошло, как ответил исин. Фраза «Функция недоступна», сопровождавшаяся уже давно раздражающим звоном, была произнесена по-русски.

Которую переводчик зачем-то повторил на том же языке.

Глава 24. Лиса

Ватикан, 16 сентября 2007 года

Вместо запланированных пяти минут беседа с Серджи Пимонно длилась почти час. Нику пришлось ни много ни мало рассказать своему собеседнику всю свою жизнь, поэтапно.

– Ты знаешь, что это? – спросил итальянец в самом начале беседы, показав Нику серебристый предмет в виде лисицы.

– Детектор лжи? – сострил Ник, больше от волнения и нервозности, чем от желания показать свое чувство юмора.

– Я задам тебе несколько вопросов. Если ты не захочешь отвечать на какой-то из них, наш разговор будет окончен. Если ты солжешь, наш разговор также будет окончен. Вопрос первый: зачем ты сюда пришел?

Вопросов было много. После некоторых Ник раздумывал, не лучше ли будет окончить разговор и уйти. В основном эти вопросы касались его нынешней деятельности, связанной с модификациями «Стакса».

Иные вопросы были странными – про Четвертый рейх и каких-то фашистов. Про «Армаду», Синдикат и другие полуподпольные организации.

Но больше всего вопросов было о Синке. И о предмете в виде паука, который ей принадлежал.

Скрывать особо было нечего. Ник честно рассказал о двух периодах своей жизни, связанных с Синкой, о встрече с Мусорщиком, бывшем резидентом «Армады», у которого тоже был серебристый предмет.

Рассказал про Кирсана Илюмжинова и что с помощью лисы хочет найти Синку, за что, в общем-то, готов сделать достойное пожертвование на благо католической церкви.

Рассказал о последнем письме Синки и о том, как потом долгое время искал ее.

Серджи Пимонно выглядел удивленным. Или озадаченным. Или растерянным. Или все вместе. Кажется, он не ожидал, что его собеседник расскажет всю правду и в ней не будет никакой угрозы для папы и Ватикана.