Цифровая крепость - Браун Дэн - Страница 39

— Хм-м, — наконец произнесла она. — Вчерашняя статистика безукоризненна: вскрыто двести тридцать семь кодов, средняя стоимость — восемьсот семьдесят четыре доллара. Среднее время, потраченное на один шифр, — чуть более шести минут. Потребление энергии на среднем уровне. Последний шифр, введенный в «ТРАНСТЕКСТ»… — Она замолчала.

— Что такое?

— Забавно, — сказала она. — Последний файл из намеченных на вчера был загружен в одиннадцать сорок пять.

— И что?

— Итак, «ТРАНСТЕКСТ» вскрывает один шифр в среднем за шесть минут. Последний файл обычно попадает в машину около полуночи. И не похоже, что…

— Что? — Бринкерхофф даже подпрыгнул. Мидж смотрела на цифры, не веря своим глазам.

— Этот файл, тот, что загрузили вчера вечером…

— Ну же!

— Шифр еще не вскрыт. Время ввода — двадцать три тридцать семь и восемь секунд, однако время завершения дешифровки не указано. — Мидж полистала страницы. — Ни вчера, ни сегодня!

Бринкерхофф пожал плечами:

— Быть может, ребята заняты сложной диагностикой.

Мидж покачала головой:

— Настолько сложной, что она длится уже восемнадцать часов? — Она выдержала паузу. — Маловероятно. Помимо всего прочего, в списке очередности указано, что это посторонний файл. Надо звонить Стратмору.

— Домой? — ужаснулся Бринкерхофф. — Вечером в субботу?

— Нет, — сказала Мидж. — Насколько я знаю Стратмора, это его дела. Готова спорить на любые деньги, что он здесь. Чутье мне подсказывает.

Второе, что никогда не ставилось под сомнение, — это чутье Мидж.

— Идем, — сказала она, вставая. — Выясним, права ли я.

Бринкерхофф проследовал за Мидж в ее кабинет. Она села и начала, подобно пианисту-виртуозу, перебирать клавиши «Большого Брата». Бринкерхофф посмотрел на мониторы, занимавшие едва ли не всю стену перед ее столом. На каждом из них красовалась печать АНБ.

— Хочешь посмотреть, чем занимаются люди в шифровалке? — спросил он, заметно нервничая.

— Вовсе нет, — ответила Мидж. — Хотела бы, но шифровалка недоступна взору «Большого Брата». Ни звука, ни картинки. Приказ Стратмора. Все, что я могу, — это проверить статистику, посмотреть, чем загружен «ТРАНСТЕКСТ». Слава Богу, разрешено хоть это. Стратмор требовал запретить всяческий доступ, но Фонтейн настоял на своем.

— В шифровалке нет камер слежения? — удивился Бринкерхофф.

— А что, — спросила она, не отрываясь от монитора, — вам с Кармен нужно укромное местечко?

Бринкерхофф выдавил из себя нечто невразумительное. Мидж нажала несколько клавиш.

— Я просматриваю регистратор лифта Стратмора. — Мидж посмотрела в монитор и постучала костяшками пальцев по столу. — Он здесь, — сказала она как о чем-то само собой разумеющемся. — Сейчас находится в шифровалке. Смотри. Стратмор пришел вчера с самого утра, и с тех пор его лифт не сдвинулся с места. Не видно, чтобы он пользовался электронной картой у главного входа. Поэтому он определенно здесь.

Бринкерхофф с облегчением вздохнул:

— Ну, если он здесь, то нет проблем, верно?

Мидж задумалась.

— Может быть.

— Может быть?

— Мы должны позвонить ему и проверить.

— Мидж, он же заместитель директора, — застонал Бринкерхофф. — Я уверен, у него все под контролем. Давай не…

— Перестань, Чед, не будь ребенком. Мы выполняем свою работу. Мы обнаружили статистический сбой и хотим выяснить, в чем дело. Кроме того, — добавила она, — я хотела бы напомнить Стратмору, что «Большой Брат» не спускает с него глаз. Пусть хорошенько подумает, прежде чем затевать очередную авантюру с целью спасения мира. — Она подняла телефонную трубку и начала набирать номер.

Бринкерхофф сидел как на иголках.

— Ты уверена, что мы должны его беспокоить?

— Я не собираюсь его беспокоить, — сказала Мидж, протягивая ему трубку. — Это сделаешь ты.

ГЛАВА 48

— Что? — воскликнула Мидж, не веря своим ушам. — Стратмор говорит, что у нас неверные данные?

Бринкерхофф кивнул и положил трубку.

— Стратмор отрицает, что «ТРАНСТЕКСТ» бьется над каким-то файлом восемнадцать часов?

— Он был крайне со мной любезен, — просияв, сказал Бринкерхофф, довольный тем, что ему удалось остаться в живых после телефонного разговора. — Он заверил меня, что «ТРАНСТЕКСТ» в полной исправности. Сказал, что он взламывает коды каждые шесть минут и делал это даже пока мы с ним говорили. Поблагодарил меня за то, что я решил позвонить ему.

— Он лжет, — фыркнула Мидж. — Я два года проверяю отчеты шифровалки. У них всегда все было в полном порядке.

— Все когда-то бывает в первый раз, — бесстрастно ответил Бринкерхофф.

Она встретила эти слова с явным неодобрением.

— Я все проверяю дважды.

— Ну… ты знаешь, как они говорят о компьютерах. Когда их машины выдают полную чушь, они все равно на них молятся.

Мидж повернулась к нему на своем стуле.

— Это не смешно, Чед! Заместитель директора только что солгал директорской канцелярии. Я хочу знать почему!

Бринкерхофф уже пожалел, что не дал ей спокойно уйти домой. Телефонный разговор со Стратмором взбесил ее. После истории с «Попрыгунчиком» всякий раз, когда Мидж казалось, что происходит что-то подозрительное, она сразу же превращалась из кокетки в дьявола, и, пока не выясняла все досконально, ничто не могло ее остановить.

— Мидж, скорее всего это наши данные неточны, — решительно заявил Бринкерхофф. — Ты только подумай: «ТРАНСТЕКСТ» бьется над одним-единственным файлом целых восемнадцать часов! Слыханное ли это дело? Отправляйся домой, уже поздно.

Она окинула его высокомерным взглядом и швырнула отчет на стол.

— Я верю этим данным. Чутье подсказывает мне, что здесь все верно.

Бринкерхофф нахмурился. Даже директор не ставил под сомнение чутье Мидж Милкен — у нее была странная особенность всегда оказываться правой.

— Что-то затевается, — заявила Мидж. — И я намерена узнать, что именно.

ГЛАВА 49

Беккер с трудом поднялся и рухнул на пустое сиденье.

— Ну и полет, придурок, — издевательски хмыкнул парень с тремя косичками. Беккер прищурился от внезапной вспышки яркого света. Это был тот самый парень, за которым он гнался от автобусной остановки. Беккер мрачно оглядел море красно-бело-синих причесок.

— Что у них с волосами? — превозмогая боль, спросил он, показывая рукой на остальных пассажиров. — Они все…

— Красно-бело-синие? — подсказал парень.

Беккер кивнул, стараясь не смотреть на серебряную дужку в верхней губе парня.

— Табу Иуда, — произнес тот как ни в чем не бывало. Беккер посмотрел на него с недоумением.

Панк сплюнул в проход, явно раздраженный невежеством собеседника.

— Табу Иуда. Самый великий панк со времен Злого Сида. Ровно год назад он разбил здесь себе голову. Сегодня годовщина.

Беккер кивнул, плохо соображая, какая тут связь.

— Такая прическа была у Табу в день гибели. — Парень снова сплюнул. — Поэтому все его последователи, достойные этого названия, соорудили себе точно такие же.

Беккер долго молчал. Медленно, словно после укола транквилизатора, он поднял голову и начал внимательно рассматривать пассажиров. Все до единого — панки. И все внимательно смотрели на него.

У всех сегодня красно-бело-синие прически.

Беккер потянулся и дернул шнурок вызова водителя. Пора было отсюда вылезать. Дернул еще. Никакой реакции. Он дернул шнурок в третий раз, более резко. И снова ничего.

— На маршруте двадцать семь их отсоединяют. — Панк снова сплюнул в проход. — Чтоб мы не надоедали.

— Значит, я не могу сойти?

Парень захохотал.

— Доедешь до конечной остановки, приятель.

Через пять минут автобус, подпрыгивая, несся по темной сельской дороге. Беккер повернулся к панку.

— Этот тарантас когда-нибудь остановится?

— Еще пять миль.

— Куда мы едем?

Парень расплылся в широкой улыбке.

— А то ты не знаешь?!