Это смертное тело - Джордж Элизабет - Страница 89

— Но вы, как я понимаю, не стали рекомендовать и местный «Старбакс»?

— Я предложила ей выбрать место, в котором царит спокойствие. Не знаю, почему она выбрала это кладбище. Понятия не имею, как она вообще узнала о его существовании.

Иоланда прошлась по комнате, обошла вокруг стола раз, другой и снова заговорила:

— Я бы предложила ей что-нибудь другое. Мне надо было это увидеть. Или почувствовать. Но я не посоветовала ей держаться подальше от того места, потому что не видела опасности. — Она обернулась к Линли. — Вы знаете, что это значит, когда я не вижу опасности, мистер Линли? Понимаете, в какое положение это меня ставит? Я никогда не сомневалась в своем даре, а теперь стала сомневаться. Я не отличаю правду от лжи. Я не могу ее увидеть. И я не смогла защитить ее от опасности. Я никого не могу защитить.

В ее голосе слышалось такое отчаяние, что Линли вдруг посочувствовал ей, хотя он никогда не верил в экстрасенсорные способности. Мысль о защите кого-то, однако, заставила его подумать о камне, найденном в кармане Джемаймы. Талисман, оберег?

— Вы пытались ее защитить? — спросил он.

— Конечно пыталась.

— Вы дали ей что-нибудь перед тем, как она отправилась на эту встречу?

Нет, она ей ничего не давала. Иоланда пыталась защитить Джемайму Хастингс только словесно — «бормотала что-то», подумал Линли, — и это оказалось бесполезным.

По крайней мере, теперь им известно, что делала Джемайма в Абни-Парке. С другой стороны, они опирались только на слова Иоланды о том, что сама она делала на Оксфорд-роуд. Линли спросил ее об этом, спросил также, что она делала в день смерти Джемаймы. На это она ответила, что делала то же, что и всегда: встречалась с клиентами. В доказательство этого Иоланда показала регистрационную книгу.

Если Линли захочет, может обзвонить этих людей. На первый вопрос инспектора она уже ответила — сказала, что пыталась очистить проклятый дом, пока там еще кто-нибудь неожиданно не умер.

— Макхаггис, Фрейзер, итальянец, — пояснила Иоланда.

Линли спросил, знает ли она их всех.

Только в лицо. С Макхаггис и Фрейзером она разговаривала, с итальянцем не доводилось.

Не открывала ли она контейнеры в саду, спросил Линли.

Она посмотрела на него как на сумасшедшего. Чего ради она станет открывать чертовы контейнеры? Они не нуждаются в очищении, а вот дом — другое дело.

Линли не захотел снова начинать этот разговор. Он решил, что выяснил у Иоланды все, что мог. Для него эта книга была уже закрыта, если только мир духов не покажет ей что-то еще.

Глава 21

Когда Робби Хастингс остановился возле участка Гордона Джосси, он еще не представлял, что собирается делать, потому что Джосси солгал ему не только насчет желания оставаться с Джемаймой, но, как оказалось, и насчет того, когда он в последний раз с нею виделся. Об этом Роб узнал от Мередит Пауэлл, она позвонила ему, и ее сообщение заставило Роба отправиться к Джосси. Мередит побывала в полицейском отделении Линдхерста и представила им доказательство того, что Гордон ездил в Лондон в день гибели Джемаймы. Он даже ночевал в отеле, сказала Мередит, и об этом она также известила полицию.

— Но, Роб, — в ее голосе слышалось беспокойство, — думаю, мы совершили ошибку.

— Мы?

Мередит имела в виду себя и Джину Диккенс, в компании с которой отправилась к старшему суперинтенданту Уайтингу.

— Мы сказали, что будем говорить только с главным человеком в полиции.

Они попросили сообщить им местонахождение двух детективов, приехавших в Нью-Форест из Скотленд-Ярда, для того чтобы передать этим детективам важную информацию, и, конечно же, Уайтинг спросил, в чем она заключается. А как только узнал, тут же предложил им показать это. Они показали, Уайтинг положил документы в папку и спросил, откуда они это взяли.

— Джина не хотела ему говорить, Роб. Она, кажется, его боится. После она мне сказала, что он приезжал к ним на участок и говорил с Гордоном, и Джина тогда не знала, что он полицейский. Он не представился, и Гордон тоже ей ничего не сказал. Джина призналась, что похолодела, когда мы вошли к нему в кабинет и она его увидела. Она поняла, что Гордон, скорее всего, прекрасно знал, кто он такой, этот человек. И она чуть с ума не сошла от страха, потому что, если этот человек приедет к ним на участок и привезет с собой вещественное доказательство, Гордон поймет, откуда оно у него. И в самом деле, кто мог ему это отдать, кроме Джины?

Мередит еще много чего сказала, и Робби не смог переварить всю эту информацию. Билеты на поезд, квитанция из отеля. Все это обнаружила Джина Диккенс. Гордон Джосси, старший суперинтендант Уайтинг, Нью-Скотленд-Ярд… А потом еще и ложь Гордона насчет отъезда Джемаймы, насчет того, что в Лондоне у нее кто-то есть, что он, мол, хотел с ней остаться и это она его покинула, а на самом деле из дома ее, скорее всего, выставил Гордон.

Мередит сказала, что старший суперинтендант Уайтинг забрал и билеты, и квитанцию из отеля, но как только они с Джиной ушли из отделения, Джина рассказала о связи Уайтинга — «непонятно какой, Роб» — с Гордоном Джосси. Мередит поняла, что старший суперинтендант не станет передавать билеты и квитанцию в Скотленд-Ярд, хотя и не могла объяснить, почему она в этом так уверена.

— А мы не знаем, где их найти, этих детективов, — пожаловалась Мередит. — Я с ними даже еще и не говорила. Я их и не узнаю, если увижу на улице. Почему они ко мне не пришли? Ведь я была ее подругой, ее лучшей подругой, Роб.

Из всего этого разговора Роба больше всего поразила одна подробность. Ему не важно было, что старший суперинтендант Уайтинг получил потенциальное вещественное доказательство преступления; его не интересовало местонахождение детективов из Скотленд-Ярда и причина, по которой они не поговорили с Мередит Пауэлл. Главным для него было то, что Гордон Джосси ездил в Лондон.

Звонок Мередит застал Роба сразу по окончании собрания с лесниками Нью-Фореста, которое, как обычно, проходило в «Куинс-хаус». И хотя место это находилось неподалеку от полицейского отделения, в котором работал старший суперинтендант, Роб даже не подумал пойти туда и спросить Уайтинга о том, что тот намерен делать с документами, полученными от Мередит и Джины Диккенс. Он думал только об одном месте, туда он и отправился на своем расхлябанном «лендровере». Фрэнк вскочил на сиденье рядом с ним.

По отсутствию машин Роб понял, что хозяев нет, и решил обойти дом, словно хотел найти доказательство вины Гордона Джосси, выглядывающее из цветочных клумб. Он заглянул в окна, проверил двери, и то, что они заперты, хотя в этой деревне никто никогда дверей не запирал, показалось ему свидетельством самого худшего.

Затем он подошел к сараю и отворил дверь. Подойдя к автомобилю сестры, он увидел, что в замке зажигания старого «фигаро» торчит ключ, попытался сделать из этого какой-то вывод, но единственное, к чему он пришел, не имело смысла: Джемайма вообще не уезжала в Лондон, ее убили здесь и похоронили на участке, но это, разумеется, была полная ерунда. Потом он заметил, что на кольце, к которому подвешен ключ от зажигания, висит еще один ключ. Решив, что это ключ от дома, Робби взял его и поспешил обратно к дверям.

Он не знал, что надеется найти. Только понимал, что должен что-то сделать. Он открыл ящики в кухне. Заглянул в холодильник, в плиту. Затем прошел в гостиную, снял подушки с дивана и со стульев. Ничего не нашел и помчался вверх по ступеням. Одежда в шкафу была аккуратно развешана, в карманах ничего не было. Под кроватями тоже ничего. Полотенца в ванной были влажными. Ржавое кольцо в туалетном бачке говорило, что его надо бы отчистить. Роб заглянул в бачок, но и там ничего не нашел.

Снаружи залаял Фрэнк. К нему присоединилась другая собака. Робби подошел к окну и увидел сразу две вещи. Во-первых, домой приехал Гордон Джосси в компании золотистого ретривера. Во-вторых, пони по-прежнему находились в загоне. Роб готов был поклясться, что они из леса, так что они здесь делают?