Принцесса и воин - Фоули Гэлен - Страница 63

София обвила руками его шею и позволила уложить себя на спину. Потом он стал ласкать ее – медленно, со всей той нежностью, которую должен был проявить в ту безумную ночь, когда она отдала ему свою девственность.

Наконец, выгнувшись ему навстречу, она достигла вершины наслаждения и слезы брызнули из ее глаз. Гейбриел, глаза которого тоже увлажнились от слез, осыпал ее поцелуями.

– Я люблю тебя, – выдохнул он. Она прижалась к нему еще крепче.

– Я всегда буду любить тебя, – сказала она дрожащим шепотом.

Но она не осталась с ним на ночь. Перед рассветом София встала с кровати и бесшумно скользнула прочь, словно привидение в своем белом одеянии.

Он приподнялся на локтях, наблюдая за ней. Плоть его была удовлетворена, но ему все равно необходимо было чувствовать ее рядом.

Она остановилась в дверях и, оглянувшись через плечо, долго смотрела на него, словно запоминая. Потом выскользнула из комнаты и захлопнула за собой дверь.

Он лег на спину, прикрыл рукой глаза и попытался успокоить бешеное биение сердца.

Ему показалось, что она больше не вернется.

На следующий день София отправилась в поездку по стране, которой ей предстояло править. Ее сопровождала группа преданных ее отцу советников и отряд тяжело вооруженных королевских морских пехотинцев. Гейбриел тоже присутствовал там, не спуская глаз с толпы. Она знала, что он заметил несколько подозрительных типов, обычно собиравшихся там, куда она приезжала. София не думала, что это могут быть враги, и предоставила ему заниматься этим.

Ее единственная задача заключалась в том, чтобы убедить народ в своей любви и желании служить ему, общаясь с ним так же близко, как ее отец. Она сочувственно выслушивала людей. Она заверяла их, что помощь, которая позволит облегчить их судьбу, уже на подходе. Она была рядом с ними, обменивалась рукопожатиями со старшими, принимала цветы от детей, осматривала повреждения, причиненные войнами и последними землетрясениями. По правде говоря, землю немного потряхивало даже тогда, когда они переезжали из города в город. К вечеру, когда все они вернулись во дворец, София была безумно измучена. В целом это был великолепный, страшный и утомительный день.

Может быть, она устала от того, что долго была на солнце? – подумала София. Может быть, от общего напряжения обстановки? А может быть, у нее будет ребенок?

Вернувшись во дворец, она подумала, не найдется ли немного времени, чтобы вздремнуть, но, к ее удивлению, ее ждали Тимо и Нико.

Она крепко обняла их, радуясь, что снова видит своих верных телохранителей. Но хотя все они были рады видеть друг друга в добром здравии и несмотря на их поздравления по случаю ее прихода к власти, мужчины были серьезны и настроены по-деловому. Им не терпелось увидеться с Гейбриелом, так как они привезли информацию, которую он ждал.

Когда они вместе с ним удалились в смежную комнату, чтобы поговорить, София не пожелала оставаться в стороне. Она вошла к ними привела с собой отца Нектариоса.

Гейбриел позвал командира Блейка, который был приглашен на ужин.

Закрыв дверь, он мрачно взглянул на Тимо.

– Что ты узнал?

– Эти наглые мерзавцы расположились прямо у нас под носом – прошу прощения, ваше преосвященство.

Священник жестом показал, что прощает его.

– Они прячутся в средневековой крепости на Агносе.

– Но там практически одни развалины, – произнесла София.

– Что такое Агнос? – поинтересовался Гейбриел.

– Это один из самых мелких островов во всей нашей островной цепи, – ответила София. – Он почти необитаем, но там имеется старинная крепость, изначально построенная для защиты от турок.

– Как это предусмотрительно.

– Такое месторасположение позволило им остаться незамеченными с моих сторожевых кораблей, – сердито сказал командир Блейк. – Меня это страшно расстроило.

– Вы не могли все предвидеть. Эти люди знают, что делают. Ведь это специально обученные бывшие телохранители самого оттоманского султана.

– Телохранители, которые предали его, – конкретизировал Гейбриел.

– Слушайте дальше, – сказал Тимо с мрачной улыбкой. – Сам шейх Сулейман находится там. Их лидер.

– Ты его видел?

– Я видел имама, читавшего проповедь его последователям. Все они чертовы религиозные фанатики – простите, я не хотел никого оскорбить, святой отец.

Архиепископ Нектариос нахмурил лоб.

– Если бы нам удалось схватить шейха Сулеймана, – сказал Гейбриел, – мы могли бы использовать его как козырь при торге. Могли бы, например, предложить отдать его султану Махмуду в обмен на его решительные меры по обузданию Али-паши.

– Это означает снять ему голову с плеч? – вежливо поинтересовался Тимо.

– Я бы настоятельно рекомендовал так поступить, – сказал Нико.

– Не сомневаюсь, что у Махмуда будет искушение сделать это, когда он услышит, что Али-паша объединился с вымогателями, которые его предали, – тихо сказал Гейбриел.

– Сколько их там? – поинтересовался командир Блейк.

– По нашим подсчетам, около двух сотен.

– Так много?! – воскликнула София. – Разве смогут пятьдесят морских пехотинцев и вы втроем победить две сотни янычаров?

– Смогут, дорогая моя, если будут действовать без шума и иметь при себе большое количество взрывчатых веществ, – сказал Гейбриел. – Каково состояние ваших пороховых складов, командир?

– Там имеется в наличии все, что вам может потребоваться, полковник.

– А как насчет пороха?

– Вот это разговор! – заулыбался довольный Нико.

– Пятьдесят бочонков найдется без труда. А также несколько ящиков мин.

– Этого должно хватить.

– Гейбриел, что именно ты намерен предпринять? – спросила София, даже не заметив, что назвала его по имени в присутствии посторонних.

– Я хотел бы взорвать это логово вместе со всеми, кто находится внутри.

– Отличная мысль, – поддержал его Блейк. – Но к этой крепости будет нелегко приблизиться. Она расположена на крутом скалистом утесе, там негде укрыться. Что бы мы ни делали, они заметят наше приближение.

– Ну что ж, пока здесь нет наших самых крупных судов, прикрытие обеспечат суда помельче.

– Отлично. Но скажите им, чтобы пока держались позади. Когда мы нападем, единственным нашим преимуществом будет фактор внезапности.

– Когда это планируется? – спросила взволнованная София.

– Скоро. Мы должны нанести им сокрушительный удар, пока они не опомнятся.

– Мы готовы, – с довольным видом сказал Тимо.

– Командир, как вы думаете, нельзя ли начать атаку до рассвета? – спросил Гейбриел.

– Почему бы нет?

– Может быть, вам следует подождать, пока подойдут самые крупные корабли? – спросила София, чувствуя себя так, словно пытается плыть против течения. – На них больше пушек и людей, которые помогут вам.

– Нет, – тихо сказал Гейбриел. – К тому времени как сюда подойдут эти корабли, мы можем упустить шанс.

Она опустила глаза. Отец Нектариос заметил ее обиженный взгляд и с беспокойством взглянул на нее.

– Ну что ж, джентльмены, тогда Бог в помощь, – пробормотала она. – Извините меня.

Они поклонились. София вышла и удалилась в свою комнату.

Вся дрожа, она присела на краешек кровати и с чувством обреченности стала ждать Гейбриела.

Вскоре он почти беззвучно проскользнул к ней, закрыв за собой дверь. Она поднялась и замерла, увидев, что он одет во все черное, как в ту ночь в горах, и снова вооружен до зубов.

Когда он подошел к ней, она хотела отвернуться, чтобы не прощаться, как будто, если она так поступит, это его остановит и он не уйдет.

Он положил руки ей на плечи и нежно заглянул в глаза.

Слова были не нужны.

София изо всех сил обняла его, игнорируя многочисленные кобуры и ножны. Она крепко зажмурилась, чтобы сдержать слезы, выступившие на глазах, когда осознала, что, может быть, видит своего любимого в последний раз.