Принцесса и воин - Фоули Гэлен - Страница 29

Некоторые вздрогнули, другие побледнели.

– Вот и хорошо. Тогда исполняйте.

– Да, сэр!

Когда люди разошлись, Гейбриел аккуратно опустил на запястья закатанные рукава, довольный тем, что сказал то, что хотел, и отправился искать сокровище, которое должен был охранять.

Он нашел Софию в утренней гостиной, расположенной в личном крыле дворца. Уютно устроившись на обитой атласом кушетке, София отвечала на корреспонденцию. Маленький белый пудель спал у нее на коленях.

Наверное, она почувствовала взгляд Гейбриела, потому что, оглянувшись, одарила его лучезарной улыбкой.

Она поманила его к себе, стараясь не побеспокоить спящую собачку.

– Добрый день, майор! Извините, я хотела сказать – полковник, – поправила она себя. Гейбриел подошел к ней и поклонился.

– Ваше высочество. – Он был безумно рад ее видеть, поэтому не сразу вспомнил о цели своего прихода. – Ваше высочество, нам нужно пройти по дворцу в порядке подготовки к балу. Возможно, сейчас для вас неудобное время?

– Вовсе нет.

– Тогда, может быть, начнем? – сказал он и предложил ей руку, чтобы помочь встать.

София поднялась с места, и они вместе вышли из утренней гостиной.

Прошлой ночью она лежала без сна и вертелась в своей кровати, думая о Гейбриеле, о том, как теперь будут строиться их отношения.

Она была благодарна ему каждой клеточкой своего существа за готовность поддержать ее и тронута его благородным бескорыстием. Он простил ее за ложь, согласившись, что это было необходимо. София ни капельки не сомневалась в том, что он сумеет обеспечить ее безопасность.

Однако в то же время находиться рядом с этим красивым, обаятельным мужчиной и держаться от него на почтительном расстоянии было настоящей сладкой пыткой. Теперь, когда Леона больше не было, ей хотелось, чтобы Гейбриел был рядом и можно было довериться ему, но она даже не подозревала, какие страдания будет причинять его близость, потому что все ее богатство и могущество не смогут дать ей того, о ком она мечтала.

Нежный взгляд Гейбриела и его обаятельная улыбка заставили ее еще отчетливее осознать, как дорого обходится ей ее долг, ради которого придется отказаться от удовлетворения ее женских прихотей. Но что ей делать? Он объяснил, что чувственная связь между ними лишь затруднила бы его работу. Если он ради нее готов пожертвовать собой, то она обязана как минимум во всем помогать своему новому начальнику службы безопасности.

Придется ограничиться дружбой. И Бог свидетель, за это она тоже ему благодарна. Нельзя усложнять и без того опасную работу.

К тому же София понимала, что дать волю чувствам нельзя. Влюбляться рискованно для любой женщины во власти. Наверняка именно так попала в беду Клеопатра, потеряв голову из-за красивого мужчины.

Если она не проявит осторожность, то может потерять все. Гейбриел, несомненно, имел ауру прирожденного лидера. Будучи закаленным в боях офицером, он гораздо больше привык нести ответственность за жизни людей на своих широких плечах, чем она.

Она сознавала также, что лорд Гриффит и другие высокопоставленные лица из министерства иностранных дел воспринимают ее, к ее досаде, не так серьезно, как следовало бы. Им было бы значительно проще, игнорируя ее, начать решать все вопросы с Гейбриелом – сильным опытным мужчиной аристократического происхождения, принадлежащим к их кругу.

Рано или поздно в голову ее драгоценного начальника службы безопасности может прийти мысль о том, что он мог бы и сам стать главным, если правильно разыграет партию.

Нельзя сказать, что она ему не доверяла. Он был с ней гораздо более искренним, чем любой другой мужчина, когда-либо проявлявший романтический интерес к ней. Но мужчины всегда останутся мужчинами.

Слава Богу, пока никакой угрозы борьбы за власть между ними не было.

Словно двое друзей, София и Гейбриел изучили процедуры безопасности, разработанные для ночи Греческого бала. Они смеялись и жестикулировали, выполняя каждый свою обязанность, но старательно избегали любого физического контакта. Это было весьма разумно, если учесть, что в коридорах и салонах было множество придворных, мимо которых им приходилось проходить.

София втайне радовалась тому, что наконец появился человек, который обращается с ней как с обычным человеческим существом. Когда Гейбриел категорически отказался вчера стать ее любовником, она боялась, что будет вынуждена снова ограничиться своей королевской ролью и, как всегда, окажется в изоляции, однако все было не так страшно. Дружба была все-таки лучше, чем совсем ничего.

Начав с бального зала, где будет происходить празднество, они прошлись по трем различным маршрутам, которыми она могла бы воспользоваться, если во время праздника вдруг возникнет какой-нибудь переполох.

– И еще один, – сообщил ей Гейбриел, когда они возвращались в бальный зал, чтобы он мог показать ей четвертый, и последний путь отсюда, который он запланировал для нее. – Самый интересный маршрут эвакуации я сохранил напоследок.

– Правда?

– Идем.

На сей раз он провел ее сквозь просторные помещения кухни, потом они спустились вниз по ступенькам и оказались в старинных винных погребах замка.

– Силы небесные! – воскликнула она, инстинктивно прижимаясь к нему, когда они спустились с лестницы в жуткий подземный лабиринт, слабо освещенный мерцающими фонарями; массивные подставки для хранения бочек и упаковочные клети тянулись, кажется, на целый акр под землей.

– Как только спустишься с последней ступеньки, первое, что ты должна сделать, – это снять с крючка фонарь, – сказал он. – Без него ты ничего не увидишь. Здесь слишком темно.

– И страшно, – пробормотала она. Когда он снова жестом указал на фонарь, она сразу же послушно взяла его.

– Следуй за мной, – сказал он и пошел вперед, глядя прямо перед собой.

Держа фонарь в одной руке, другой рукой она приподняла подол, чтобы он не касался грязного земляного пола, и скорчила гримасу, когда в полутьме пробежала крыса.

– Остановись, – сказал Гейбриел. – А теперь оглядись вокруг и посмотри назад.

Она так и сделала.

– Правильно. Итак, как только спустишься по лестнице, возьми фонарь и иди только вперед – иначе заблудишься и потеряешься, особенно если поддашься панике.

– Я буду спокойна, – заверила она его.

– Я в этом уверен, – сказал он, искоса бросив на нее восхищенный взгляд. – Твои телохранители рассказали мне, как ты вела себя в ночь нападения. Держалась молодцом. В любом случае иди прямо вперед и, отсчитав десять таких полок, сверни направо. – Взяв у нее фонарь, он повел ее в темноту.

Она следовала за ним по проходу между высокими полками. Дойдя до стены, Гейбриел остановился. В нескольких шагах от нее стояли три бочки.

– Загляни за них, – сказал он.

Подойдя ближе, она заметила, что за бочками находится дверца с полоской кожи вместо ручки. Когда он наклонился, чтобы открыть дверь, София, наблюдая за ним, поразилась тому, как изменилось его поведение. Казалось, что новые обязанности придали ему заряд бодрости.

– Должно быть, это придумал какой-нибудь средневековый барон лет этак шестьсот назад, – заметил он. – Тебе надо спуститься прямо вниз по лестнице. – Он открыл дверцу, за которой находился вход в абсолютно темный тоннель, который вел прямо вниз.

– О Господи, – пробормотала она.

Он опустил фонарь и осветил лестницу.

– Командир стражников, охраняющих ворота, сказал мне, что этот тоннель является одним из тайных подземных ходов замка. О его существовании знает всего лишь горстка людей. Принц-регент просит ваше высочество никому не раскрывать этот секрет, – добавил он.

Она кивнула:

– Разумеется.

Он закрыл дверцу, стряхнул пыль с рук и, вглядевшись в ее лицо, спросил:

– Что-нибудь не так?

– Ты действительно думаешь, что они нападут на меня в зале? Не сумасшедшие же они?

– Я не стал бы полагаться на их психическое здоровье.

– Мне кажется, что они скорее всего устроят еще одну засаду, когда придет время ехать на побережье, чтобы сесть на борт корабля, который доставит нас в Каврос.