Первый шаг - Быкова Мария Алексеевна - Страница 64

— А вам? — фыркнула я.

— А мне это совершенно безразлично. Ну как, мы идем или остаемся?

Вместо ответа я спрыгнула с подоконника и направилась по коридору, сопровождаемая неумолчным шелестом юбки.

Магистр оказался абсолютно прав. Мы не прошли и десяти шагов, как наткнулись на Хельги, весьма целенаправленно обнимавшего вампиршу — уже другую, светловолосую и кудрявую, кажется с некромантического факультета. Они слились в объятиях так плотно, что сложно было разобрать, где кончается один и начинается другая. Я, собственно, и не стала особенно к ним присматриваться; зато вампирша, вывернувшись из-за плеча Хельги, уставилась на нас как на привидение.

Дальше пары попадались через каждые полметра. Иные, знавшие меня или Рихтера (вторых было значительно больше, но и первых хватало с избытком), завидев меня, на секунду отлеплялись друг от друга и провожали нас изумленным взглядом. Взгляд этот медленно перемещался с меня на Эгмонта и обратно; судя по тому, как изменялись лица адептов, все они отлично смогли выстроить соответствующую логическую цепочку.

Я хохотала про себя, изо всех сил сохраняя на лице серьезное выражение. Странно, но даже реакция Полин теперь казалась мне скорее забавной, нежели пугающей.

В зале было гораздо меньше народу, чем когда я оттуда ушла. Наиболее выносливая часть все еще кружила по паркету, другая же, не столь приспособленная к длительным физическим нагрузкам, сидела вдоль стен и сосредоточенно обмахивалась чем придется.

На противоположной стене висело высокое зеркало; я глянула в него и обмерла.

В зеркале отражалась какая-то девица, определенно мне знакомая. Вид у нее был немного смущенный, но в общем-то радостный — еще бы, ведь выглядела она так, что давешним вампиршам оставалось только удавиться от зависти. Пушистые рыжие пряди спускались ей на плечи, обрамляя симпатичное лицо; платье, довольно закрытое, но зато сшитое — сколдованное? — точно по фигуре, подчеркивало все достоинства, которые у нее только были. С некоторым удивлением я признала, что достоинств имелось немало. Спереди юбка укорачивалась, доставая только до колен и демонстрируя очень даже красивые ноги.

— Такое платье я видел на одной эльфийской княжне, — негромко сказал Эгмонт. В его голосе явственно слышались нотки гордости за отлично выполненную работу.

— Но вы же не учитель превращений?

Он пожал плечами:

— Я магистр четвертой ступени. Идемте танцевать, студентка?

— Что? — Я споткнулась от неожиданности. — Зачем?

Эгмонт вздохнул.

— Вон там, — сказал он, указывая в дальний угол зала, туда, где виднелось ярко-розовое платье, — сидит одна из алхимичек, ваша соседка по комнате. Полин де Трийе, если не ошибаюсь, троюродная племянница Эллис де Трийе из Совета КОВЕНа. И она уже сейчас весьма любопытно косится в вашу сторону. Мне нужен конфиденциальный разговор, иначе зачем было уходить из коридора?

— Я не умею танцевать.

— Я тоже. Но сейчас, под градусом, это мало кого интересует.

Видят боги, у меня не было выбора. Моей хорошей репутации, за полным неимением таковой, уже ничто не могло повредить. Вдобавок во мне совершенно некстати проснулся боевой маг — я заинтересовалась тем, что так хотел сообщить мне магистр. В самом деле, если он заботится о… хм… конфиденциальности, это что-то да означает!

Маг решительно взял меня за руку, избавляя от необходимости озвучивать свой выбор. Я покосилась на танцующие пары, пытаясь сообразить, куда они девают вторую, пока еще свободную конечность. Сообразила; разобраться же в движениях оказалось сложнее.

Но секунд через тридцать я убедилась, что мое умение танцевать интересует зрителей в последнюю очередь. На лице Полин — ее я решила принять за индикатор — все едино отражалось такое изумление, словно я исполняла эльфийский стриптиз посреди кабинета бестиологии, для лучшей видимости взобравшись на чучело мгымбра чешуйчатого. Задействовав все свои запасы логики, я так и не смогла понять, что именно так ее поразило: то ли платье, по которому было ясно видно, что его сотворила не я, то ли Эгмонт, в паре с которым я танцевала.

Кстати, он не солгал мне, сказав, что не умеет танцевать. Но он был боевым магом с весьма приличным опытом — и двигался так, что я немедленно преисполнилась невольной зависти. Сомневаюсь, что в ближайшие лет так семь у меня получится хоть что-то похожее.

— Вы уже думали о том, где станете проходить летнюю практику? — спросил маг, отрывая меня от размышлений.

Я посмотрела на него с неменьшим удивлением, чем на Полин.

— Магистр Рихтер, сейчас же только начало просинца! До лета как пешком до Аль-Буяна…

— Значит, еще не думали, — констатировал он. — И зря. Вы лучшая студентка курса, и вам наверняка предложат практику при дворе. Вас устроит этот вариант?

— Нет, — твердо сказала я.

— Почему?

— Потому, что я собираюсь быть настоящим магом, а не притворным… прошу прощения, придворным, разумеется.

— Я надеялся, что вы ответите именно так… В таком случае как вам перспектива работы моим ассистентом?

— Вашим ассистентом? — рассеянно переспросила я. В этот момент мы как раз оказались рядом с Генри, и я не отказала себе в удовольствии полюбоваться его вытянувшейся физиономией вблизи. — А разве такая должность существует?

— Пока что нет. За полным отсутствием возможных кандидатов. Но если вы согласитесь, она появится.

— А чем нам предстоит заниматься?

Он пожал плечами:

— А чем обычно занимаются боевые маги? Вычеркните из списка Кансерратский легион, то на то и выйдет.

— А можно поконкретнее?

— Чудовища, исключая тех, что ходят на двух ногах и носят клинки. Стихийные бедствия, в том числе и магического характера. Вас, студентка Ясица, в перечень стихийных бедствий я, так и быть, не включаю. Хотя стоило бы… Если потребуется, вы сможете пройти курсы по контролю над климатом. Возможно — работа в ковенском Обществе Охраны и Регистрации Чародейства. Может быть — работа в ООП,[6] но это вряд ли. Зарплату не гарантирую, хотя, скорее всего, она будет. Зато за опыт ручаюсь… как и за то, что скучать вам не придется.

— Я подумаю, — серьезно сказала я. — Можно?

— Разумеется. Ведь, — он усмехнулся, — как вы отметили, сейчас только начало просинца.

— Когда мне нужно дать ответ?

— По окончании каникул, я полагаю. Вам хватит трех недель на размышления?

На размышления мне хватило и трех секунд, но этого я говорить не стала.

— За глаза.

— Вот и отлично, — подвел он итог.

Мы описали еще один круг, на этот раз пройдя совсем рядом от ошарашенно молчавшей алхимички. В глазах ее стояло немое недоверие; заценив степень такового, я немедленно возгордилась и мысленно погладила себя по голове.

Хотя, собственно, я-то здесь при чем?

Музыка смолкла. Воспользовавшись моментом, я вытащила свою руку из ладони магистра и отступила от него на шаг. Спиной я чувствовала взгляд Полин — честное слово, я бы не удивилась, если бы шлейф платья внезапно задымился.

Где-то далеко-далеко часы пробили полночь.

Все. Кончился старый год. Начался новый.

— С Новым годом, студентка Ясица, — ровно, без улыбки сказал Эгмонт.

Я хмыкнула, удивляясь сама себе. Как встретишь Новый год, так его и проведешь… еще полчаса тому назад мне было плохо. Очень плохо. И очень одиноко; не сказать, чтобы теперь я чувствовала себя всеобщей любимицей, но прежняя неумолимая тоска исчезла, точно ее и не бывало. Я — Яльга Ясица, Яльга-полукровка. Я должна быть одна, и я буду одна до тех пор пока не отыщется кто-то, кто будет таким же. Ибо я не хуже и не лучше прочих — я просто другая, и об этом никогда не стоит забывать.

Никогда.

И это, наверное, к лучшему.

И еще… я вдруг почувствовала неожиданно ярко и остро: мне девятнадцать лет, всего лишь девятнадцать, и путь мой развертывается передо мной, подобно отрезу ткани. Я не знаю, что ждет меня впереди; я не читаю будущее по чаинкам в пиале или по линиям на руке, но когда я смотрю вперед, то вижу солнце, освещающее дорогу.