Тьма. Рассвет Тьмы - Тармашев Сергей Сергеевич - Страница 93

Трэрг неторопливо шел мимо рассевшихся на обочине воинов, воспользовавшихся остановкой для отдыха. Вся охрана каравана двигалась пешим строем, внутри под завязку заполненных товаром фургонов места хватило лишь магам, сударю Румаке и паре его приказчиков. На удивленный вопрос шамана, зачем пускать людей пешком по сыпучим барханам Ратхаш, тем самым сильно удлиняя срок перехода, торговец туманно улыбнулся и ответил, что в свое время все будут обеспечены транспортом. Пока же единственными средствами передвижения в караване были невысокие к'Зирдские лошадки, попарно запряженные в фургонную упряжь. Трэрг дошел до головы колонны и остановился, разглядывая лежащую впереди местность.

У пограничного форта дорога заканчивалась. Прилепившаяся к крепости деревушка, кормившаяся за счет обслуживания гарнизона, была выстроена вокруг последнего родника в этих местах, дававшего начало небольшому ручью, что перерастал в узкую речушку гораздо дальше в глубь Королевства. Такое решение Трэрг одобрил. Форт защищал деревеньку, деревенька следила за родником и облегчала быт гарнизону. И не пришлось включать родник в состав крепостной территории, ведь тогда в одной из стен неминуемо был бы сток Ручья, а это уже уязвимое место. Шаман посмотрел вдаль. За фортом начиналась пустошь, самое мертвое место во всем Эфрикке. Безжизненное, покрытое истрескавшейся глиняной коркой пространство, исполинским кольцом отделяющее знойные пески Ратхаш от цветущих человеческих земель. И здесь одно из мест, где ширина этого кольца наименее велика, что-то около одного дня пути. Не просто же так именно тут нимийцы выстроили пограничный форт, и именно здесь купцы водят свои караваны. Пустошь стоит миновать как можно быстрее, переход по ней сильно утомляет и людей, и коней. Глиняная корка притягивает к себе солнечные лучи, и в ее трещинах охладившийся за ночь воздух раскаляется и стремится подняться наверх, образовывая жаркую и душную воздушную подушку. Трэрг вспомнил свой переход переход по пустоши из Авлии в Нимию. Пожалуй, если бы не встреча с отрядом Графа Рэйнора, его несчастный конь точно не вышел бы из пустоши живым. Пришлось бы еще долго идти пешком.

— Милорд! — Трэрг обернулся. — Вот вы где! — К нему спешил сударь Рубака. — Все формальности улажены, можно отправляться в путь! — Он предложил шаману пройти к их фургону.

— Оформление торговых дел на границе всегда требует так много времени? — спросил Трэрг.

Они шли вдоль колонны к своей повозке, сойдя на обочину дороги, чтобы не мешать выстраиваться отрядам охраны, подгоняемым зычными приказами сотников. Глядя на действия воинов, Трэрг отметил, что состав каравана подобран из опытных бойцов, знавших свое дело. Это радовало. С другой стороны, раз сударь Румака вызвался лично возглавить путешествие, вряд ли бы он доверил свою жизнь случайным людям.

— Нет, обычно все происходит несколько проще, — улыбнулся торговец, но в связи с событиями, происходящими в Глеанне, правила и требования временно ужесточены.

— Разве власти ожидают, что оставшиеся в живых члены гильдии попытаются скрыться в Ратхаш? — удивился Трэрг, — а если даже и так, то почему нет? Вряд ли кто-то из них долго проживет в пустыне в эти смутные времена.

— Конечно, нет! — засмеялся Румака. — Ничего подобного не ожидается, да и какой глупец решится бежать к песочникам! Даже полнейший безумец не додумается до такого. Просто Королевский указ был один, а довели его до всех, вплоть до гарнизона этого форта. Вот они и вынуждены выполнять приказ и тщательно проверять всех, кто проходит через их участок. Как видите, до буквального исполнения подобной нелепости не дошло, местный легат далеко не глупый человек. К тому же мы знакомы вот уже несколько лет, мои караваны нередко проходят через этот форт, и ему известно, что я всегда был противником гильдии.

Они достигли своего фургона и полезли на козлы, усаживаясь за возницей. Румака привстал и махнул рукой, подавая сигнал к началу пути. Возглавляющий передовую сотню воин протяжно прокричал команду, и караван сдвинулся с места. Трэрг проводил взглядом оставшийся позади форт. Судя по количеству солдат на стенах, его гарнизон был заметно усилен. Возможно, это предосторожности, не лишняя в условиях резко возросшей к'Зирдской опасности, хотя вполне может быть, что это тоже связано с событиями, разворачивающимися в Глеанне в эти дни.

Ситуация с гильдией воров разрешилась даже лучше, чем ожидали торговцы. Весть о дерзком убийстве Начальника городской стражи в спальне собственного дома всколыхнула не только все графство, но и нимийскую столицу. Выяснилось, что телохранители Барона Чедиана сражались до последнего и даже забрали с собой в могилу нескольких убийц, трупы которых были обнаружены на месте боя прибывшими вскоре отрядами стражи. Моментально разнеслась информация о том, что в одном из тел, принадлежащих нападавшим опознали человека, являющегося правой рукой главаря гильдии воров. Известия о том, что главный блюститель порядка крупного города, благородный дворянин, принадлежащий к знатному и древнему роду, был подло убит в собственной и спальне даже не простолюдинами, но самым грязным отребьем общества, поставили дворянство на дыбы. Разразился скандал, в результате которого Король получил в игре дворцовых интриг крупный козырь и возможность продемонстрировать свою суровую справедливость. Руки у монарха оказались развязанными. На следующий же день Его Величество издал Указ, коим приговорил всех без исключения членов гильдии воров к смерти и двинул к Глеанне войска. Диласен с Румакой были уверены, что под этим предлогом войска Короля будут еще очень долго оставаться во владениях Графа, фактически лишая его контроля над собственной вотчиной. Впрочем, дворцовые дрязги торговцев интересовали мало. Более их радовал тот факт, что Глеанна оказалась окружена и заполнена королевскими войсками, четвертые сутки проводящими облавы на членов гильдии. Как и предполагалось, у королевских военачальников совершенно чудесным образом оказалась подробная информация о составе и тайных убежищах гильдии.

Караван втянулся в пустошь, и сразу стало труднее дышать. Сотники пустили воинов коротким шагом, и даже привычные к пустынному зною к'Зирдские лошади сбавили ход.

— Мы словно въехали на мост, что натянут над гигантским кипящим котлом воды. — Румака достал платок и отер со лба мгновенно выступивший пот. — Не переношу пустошь! Давненько я уже здесь не был… — Он посмотрел на Трэрга: — А вы, милорд, как я вижу, привычны к жаре? — Торговец весело подмигнул ему. — Или это такая магия, вроде Ледяных Жемчужин?

— Нет, — улыбнулся шаман, — у меня на родине ночами порой бывает совсем не жарко. Но мне часто доводилось бывать в песках, вероятно, потому и привык. Хотя, признаюсь, первый раз я прохожу через пустошь в такой бане.

— В этих землях так всегда, — вздохнул Румака, — днем очень душно, дышать нечем. Из-за этого ночной холод кажется еще сильнее, чем есть на самом деле. Хуже только в Редонии, там климат еще теплее, и в их приграничной пустоши еще жарче. Впрочем, они к этому привычные. — Торговец бросил на Трэрга мимолетный взгляд.

— Мне не доводилось бывать в Редонии, — ответил шаман, — но, насколько я помню ваши слова, сударь Румака, у них нет торгового союза с песочниками. Воевать с ними им тоже не приходится. Так что, получается, самое сложное для перехода через пустошь место именно здесь.

— Это точно, — болезненно поморщился торговец, вновь стирая пот со лба, — До восхода солнца я себе не завидую! А до завтрашнего полудня — тем более.

— Полагаете, при такой скорости хода мы успеем дойти до границы песков к полудню? — засомневался Трэрг, — за ночь люди устанут, и наша скорость упадет еще сильнее.

— К полудню мы будем ровно на середине пустоши, — Румака отрицательно покачал головой, — потому что с наступлением сумерек мы встанем лагерем и до рассвета не двинемся с места.

— Вот как? — удивился Трэрг, — я всегда считал, что ночь — это самое благоприятное время для перехода через пустошь.