Тьма. Рассвет Тьмы - Тармашев Сергей Сергеевич - Страница 75

Далее. В Авлии тоже есть Белый Маг, это Великий Кэлорн, целитель, не имеющий себе равных, о котором знает весь мир. Помимо него в этой стране проживают два чародея Синего ранга — Валтанор и Хэйканор. В Мергии сейчас один Синий Маг, это знаменитый Ломенар, которого с Великим Кэлорном связывает давняя дружба. Оба этих весьма уважаемых волшебника — частые гости в Эльсириолле. В Нимии и Сабии на данный момент нет высших магов, но есть довольно много Лазурных волшебников, двое из которых занимают в этих Королевствах посты Верховных Магов. И, наконец, в Галтании есть Синий Маг Эманор, к которому мы и направляемся.

— Итого, — подытожил Лорд Наставник, — не считая вас, Ваше Высочество, получается семь человек, часто контактирующих с Эльфами. Любой из них может связаться с Детьми Богов, как только пожелает. Но если рождение волшебника высшего ранга — это всегда большая редкость, то Синих Магов в мире не всегда бывает столь немного. Бывали времена, когда в каждом Королевстве проживало по двое, а в некоторых и по трое Синих чародеев. Хроники скрупулезно фиксируют такие факты, ведь каждый Синий Маг — это гордость государства! Именно во времена расцвета Синих магов мы узнаем что-то новое об Эльфах и Детях Подгорного Мира. Как раз волшебники Синего ранга и привносят в этот кладезь информации свою лепту. Ибо высшие маги никогда и ничего не рассказывают о Детях Богов, и причина подобного их поведения всегда остается загадкой.

Лорд Тэрвис вновь воздел вверх палец, вспоминая интересные подробности, и заявил:

— В хрониках школы магов в Арзанне можно найти записи о поистине золотом веке Редонии, когда в нашем Королевстве проживало четыре Синих Мага и девять чародеев Лазурного ранга! В те годы Редония была законодателем мировых тенденций практически во всем, начиная от науки и заканчивая модой. А к'Зирдские тумены не решались даже приближаться к границам нашей страны! — Он грустно вздохнул и немного виновато добавил: — Что характерно, более Половины из этих магов не были уроженцами Редонии, а добровольно перешли в нашу страну благодаря продуманной политике Короля Эдрионга, прозванного в народе Мудрейшим. Именно он вложил несметные богатства в строительство Башен Магов по всей стране. С тех пор Редонию стали называть Королевством Девяти Башен. Это самое большое количество Башен, которое когда-либо существовало в одной стране. Все они пустуют вот уже тридцать лет и постепенно разрушаются под действием собственных магических потоков, пребывающих в хаосе. Если политика Редонии в отношении магов не изменится в течение еще тридцати лет, то от них останутся лишь развалины.

— Наставник, а почему мы никогда не проводили уроков в школе магов? — спросила Айлани.

Лорд Тэрвис лишь развел руками.

— Таково было высочайшее повеление вашего отца, — он пожал плечами. — Возможно, он не хотел, чтобы дочь Короля общалась с простолюдинами, или, быть может, считал, что персональный Наставник гарантирует более качественное обучение. В любом случае, наша школа магов уже не та, что была раньше! Мы, преподаватели, между собой в шутку называем ее «школой шаманов». Так как вот уже тридцать лет в ней обучаются лишь маги Красного и Оранжевого рангов. Даже желтые маги в школе встречаются лишь среди преподавателей.

— Неужели за все эти годы в Редонии не родилось ни одного волшебника выше рангом? — удивилась Айлани.

— Еще неделю назад за ответ на ваш вопрос меня бы в тот же день умертвили палачи Тайной Полиции, — покачал головой старый маг, — но теперь скрывать уже нечего. — Он посмотрел на Принцессу: — За эти годы преподавательский состав школы отыскал одиннадцать перспективных детей. Восемь из них при надлежащем обучении достигнут Зеленого ранга, остальные трое — Лазурного. Всех их мы тайно вывезли в Нимию и Сабию, оказав их семьям помощь в оплате услуг вакрийских моряков.

— Я понимаю, — грустно кивнула Айлани, — вы опасались, что люди отца расправятся с ними… — Она, опечалившись, замолчала.

— И с ними, и с нами, и с нашими семьями, — скривил губы старый маг, — все мы, согласно указу Короля, проживаем в Арзанне, и у каждого можно без труда отыскать слабое место, удар в которое не перенести, несмотря на всю нашу магическую силу… — Голос Наставника погрустнел.

— А я в детстве так хотела, чтобы у меня были друзья, как у маленьких волшебников из сказок Лимми! — Губы Принцессы тронула грустная улыбка. — Дочери фрейлин обычно навевали на меня тоску. Их всех всегда интересовало одно и то же: наряды, украшения, поездки с родителями во Дворец. Они словно маленькие копии своих мам. Никто даже не решился втайне от взрослых вместе со мной влезть в астрологический шпиль Цитадели!

— Вот и славные девочки! Как мило, что они прилежно слушаются взрослых! — снова подала голос Лимми. — Когда вы сделали это в первый раз, Ваше Высочество, мы искали вас четыре с половиной часа всем Дворцом! — Она округлила глаза, вспоминая ту давнюю историю. — Я даже не знала, что произойдет раньше: у меня остановится сердце от ужаса или Король прикажет отрубить мою никчемную голову за то, что я умудрилась потерять Принцессу!

— Это правда. — Лорд Тэрвис коротко улыбнулся и тут же спохватился, бросив взгляд на старую фрейлину — не заметила ли? — Я всерьез опасался, что графиню Лимми хватит удар. Она очень переживала за вас. — Он посмотрел на Принцессу: — Признаться, мне вы тоже доставили немало курьезных моментов. Особенно когда столь необъяснимым с научной точки зрения образом освоили заклинания наложения морока. Первые месяца три у дворцовых лекарей не было отбоя от работы: фрейлины и их дочери, усыпанные бородавками и с поросячьими пятачками вместо носов, шли бесконечным чередом!

— Они сами виноваты! — возмутилась Айлани. — Нечего действовать мне на нервы своими глупостями! Меня мало интересует, в каком ряду они стояли на балу в честь дня рождения кого-то из Принцев, и еще меньше — на кого и сколько раз посмотрел кто-то из моих братьев!

— И все-таки, с вашего позволения, Ваше Высочество, — заметил Лорд Тэрвис. — та шутка с Графиней Селин, когда ваш морок заставил всех принимать за к?Зирда-переростка, была… эээ… в некотором роде перебором.

— А, по-моему, было очень весело! — Айлани невинно хлопнула длинными ресницами — И братья долго смеялись! — Она озорно улыбнулась, вспоминая свою проделку.

— Разумеется, долго! Как и весь королевский Двор! Целых пять дней подряд! — сурово заявила старая фрейлина. — Ровно столько, сколько несчастная Графиня Селин провела в образе песочника! — Довольное выражение лица Лимми никак не соотносилось с осуждающими интонациями. — Говорят, все эти дни муж не позволял ей появляться за обеденным столом во время семейных ужинов! — Она мечтательно закрыла глаза. — Ах, какая ужасная это была шутка с Вашей стороны, Ваше Высочество! До сих пор помню, как будто вчера произошло!

— Графине не стоило нелестно отзываться о моем желании исцелять всех больных, а не только особ, принадлежащих к знатным и влиятельным родам! — мстительно заявила Принцесса. — Осуждать мои стремления мог только Король!

— И все же не надо было вкладывать в морок столько энергии, — нахмурился Наставник, — В результате развеять его оказалось не по силам никому.

— Ну, я же сама сняла его! — оправдалась Принцесса. — Потом. Когда отец попросил… — Она снова невинно захлопала глазками.

— О, да! — еще более осуждающе воскликнула Лимми. — Весь Дворец помнит это ваше «А кто это к нам пришел?», когда бедняжка Селин в образе к'Зирда явилась к вам на снятие морока! — Первая Фрейлина буквально таяла от удовольствия, вспоминая подробности. — Несчастную графиню до сих пор иногда встречают этой фразой! — Глаза Лимми загорелись кровожадными огоньками, и она запричитала: — Бедняжка Селин, ей было так тяжело! Мы все очень переживали за нее!

Принцесса бросила взгляд на млеющую старушку и улыбнулась тому, как лицо Лимми немедленно приняло сердобольное выражение. Их давняя взаимная неприязнь с Графиней Селин была одной из вечных тем для обсуждения придворных дам.