Тьма. Рассвет Тьмы - Тармашев Сергей Сергеевич - Страница 102

— Боюсь, мне сложно понять воинов, — покачала головой Принцесса, — сама мысль об убийстве живого существа мне претит, хотя я и понимаю, что в иных случаях другого выхода может и не быть.

— Ваше Высочество, — Вэйдин неожиданно стал серьезным, — раз уж речь зашла о гибели в бою, я хотел бы попросить вас об услуге.

— Что случилось?! — всполошилась Принцесса. — Вам нехорошо? Вы чувствуете следы ран?

— Нет-нет, — успокоил ее виконт, — с моим здоровьем все отлично, я в который раз имел возможность убедиться, что вы великий целитель. Дело в другом.

Он вытащил из-за пазухи висящий на цепочке небольшой медальон тончайшей работы и снял его с шеи.

— Сегодня я едва не погиб. Хвала Олдису Покровителю, он дал вам ту секунду, что стала решающей, — Вэйдин осторожно погладил светящийся мягким волшебным светом медальон, — но в другой раз такой секунды может и не быть и потому я хотел бы, чтобы эта вещица хранилась у вас. Так будет надежнее.

— Прости меня, грешницу, Олдис Покровитель! — зашептала Лимми, прижимая руку к сердцу. — Медальон Королевы Ариллы! И он… — она задохнулась от волнения, — и он сияет!

— Я снял его с тела Короля Эдрионга в ночь его подлого убийства, громко произнес Вэйдин, — тридцать лет я изо всех своих скудных сил боролся с тиранией Геордина, надеясь, что когда-нибудь истинная Королева и Наследник вернутся в Редонию и моя многострадальная Родина обретет мир и кой. Все эти годы медальон молчал, но даже безмолвным, он поддерживал во мне силы к борьбе и давал надежду. И вот, три месяца назад, когда мои силы давным-давно источила инвалидность, и от надежды не осталось и следа, однажды ночью он вспыхнул. Я не поверил своим глазам, но с тех пор медальон сияет ровным светом, что свидетельствует о том, что его собрат вновь лежит на груди, в которой бьется сердце Королевской Династии.

— Значит, Королева Арилла жива! — тихонько охнула старая Фрейлина, — невероятно! Тридцать лет никто не знал об этом наверняка!

— И сейчас никто не знает, Миледи Графиня, — отметил Виконт, — возможно, медальон чувствует биение ее сердца, а возможно, это сердце Наследника. — Вэйдин покачал головой. — Я не знаю. Мне неизвестно ничего: ни кто это, ни где он находится, ни каковы его планы, и входит ли в них заявить свои права на трон Редонии. Все, в чем можно быть уверенным, это лишь то, что кто-то из членов Королевской Семьи жив.

— Это… Хм… — Лорд Тэрвис нахмурился, — это может нести для Принцессы дополнительную угрозу…

— Благородство династии Эдрионгов всегда было образцом для подражания! — вскинулся Вэйдин. — Как вы могли предположить такое! — Его глаза сверкнули, словно вспышки молний. — Королева Арилла никогда не опустится до отмщения ребенку своего врага!

— А если медальон чувствует Наследника? — вступилась за волшебника Первая Фрейлина. — Откуда вам знать, как отреагирует он? С какими думами он жил в изгнании тридцать лет? Чего он желает? Кем видит он дочь врага, убившего его отца?! — Она вновь прижала руку к груди в религиозном жесте. — Прости меня, Олдис Покровитель, за слова мои, но мы не можем рисковать жизнью Принцессы.

— Наследник династии Эдрионгов не может не унаследовать от своих родителей все самое лучшее! — гневно заявил Вэйдин. — Принцессе ничто не грозит! Она — Белый Маг, в конце концов! Это сокровище для любой страны.

— Вы слишком идеализируете Эдрионгов, виконт, — возразил Наставник, — вы же сами только что упомянули, что ничего не знаете о том, кто надел медальон три месяца назад! Вполне может статься, что его намерения…

— А вы слишком долго просидели во Дворце, ставшем рассадником подлости и самых низменных человеческих черт! — вскричал Виконт. — И видите в каждом подобие семьи Геордина!

— Вы оскорбляете Принцессу, Виконт! — громко возмутилась Лимми. — Я прошу вас выбирать выражения в своих…

— Хватит! — рявкнула Айлани. — Достаточно, Леди и Лорды!

Ругань мгновенно стихла, и возбужденные накаляющимися страстями оппоненты воззрились на Принцессу.

— Вы позволите, Виконт? — Айлани протянула руку к лежащему в его ладони медальону.

Вэйдин молча отдал ей светящуюся вещицу. Принцесса взяла медальон и несколько мгновений смотрела на исходящий от него ровный и теплый белый свет.

— Кто бы это ни был, мы должны его найти! — заявила она и протянула медальон фрейлине. — Лимми, помоги мне застегнуть цепочку, — Айлани собрала руками тяжелую копну волос, обнажая шею, — и будь добра, поскорее!

— Все же я смею предупредить вас, Ваше Высочество, — нейтральным тоном произнес Лорд Тэрвис, — что борьба за трон редко бывает благородной.

— На троне Редонии сейчас восседает Дарнэт! — Принцесса хлестнула его взглядом, — Чудовище, убившее ради власти своего отца и по отцовскому же примеру добровольно ставшее марионеткой некроманта! Вы считаете, Наставник, что я не выучила этот урок благородства?!

— Прошу меня простить, — старый волшебник склонил голову, — я лишь заботился о вашей безопасности.

— Мы бы очень не хотели, чтобы вы подверглись еще одной угрозе, Ваше Высочество, — поддакнула магу Лимми, — их и без того вокруг нас великое множество!

— О моей безопасности будем думать тогда, когда придет время! — отрезала Айлани, — Сейчас же надобно думать о безопасности Редонии, стоящей на краю гибели! Выслушают ли меня Эльфы? Что они ответят? Захотят ли помочь? А если и захотят, то, зная их высокомерие и пренебрежение к делам Людей нетрудно догадаться, как будет выглядеть эта помощь! Некроманта изгонят, и я останусь один на один, если не со своим охваченным параноидальным безумием братцем, то с поддержавшими его дворянскими родами уж точно! Что я противопоставлю им, на чью поддержку смогу опереться? На городскую бедноту? Если я и получу трон, власть моя будет весьма номинальной, как у отца в периоды долгого отсутствия некроманта, когда знать забывала о жуткой страшилке! А за Королевой Ариллой пойдут не только простые люди, но и все провинциальное дворянство, а может, и не только провинциальное! — Принцесса решительно посмотрела на собеседников и подытожила: — Нам необходимо объединиться, во благо нашей Родины. Разбираться, кому достанется трон, будем после. Если моя Редония вновь станет цветущей и счастливой страной, я согласна добровольно отказаться от него. Я Белый Маг, и мне интереснее плести целительные заклятья, нежели дворцовые интриги!

Чем дальше карета Принцессы удалялась от сабийско-редонийской границы, тем менее враждебным становилось местное население. Люди в придорожных деревнях и поселках уже не смотрели на Айлани злобными взглядами, когда ее карета делала остановку, чтобы напоить лошадей, более дружелюбно стали вести себя и хозяева постоялых дворов, сдававшие комнаты для ночлега Принцессе и ее спутникам. Однако рисковать не стоило, и все дружно высказались за то, чтобы не делать попыток связаться с Верховным Магом Сабии или представителями власти. Как они отреагируют на появление в своем Королевстве Принцессы давних врагов, предугадать было трудно. Слишком велик был риск оказаться в заложниках. Посему было решено действовать по первоначальному замыслу и добираться до Таринны, где сразу же просить аудиенции у Верховного Мага Эманора.

В последнем перед границей с Галтанией городе Айлани убедилась в правильности принятого решения. Найти постоялый двор для ночлега удалось не сразу, все заведения в городском центре сообщали об отсутствии свободных комнат.

— Завтра местная школа бойцов на рапирах проводит открытый турнир всех желающих, — сообщил Вэйдин, заглядывая в карету. Он только что вышел из дверей очередного заведения ни с чем, — со всех окрестных поселений съехались бойцы, пожелавшие сразиться за призы и честь называться первым рапиристом города, а также многочисленные зрители. Так что найти свободные комнаты на весь наш отряд будет нелегко. Придется поискать ночлег на окраинах, в постоялых дворах попроще.

Лимми, как обычно, немедленно высказала все, что она думает о никчемном Наставнике, столь недальновидно избравшем такой нелепый маршрут, совершенно проигнорировав тот факт, что с самого начала их сабийского путешествия картой и выбором маршрутов заправлял Виконт. Уже привыкший быть крайним во всем, Лорд Тэрвис флегматично разглядывал в окно улицы вечереющего города, на перекрестках и площадях которых глашатаи зычно объявляли расписание завтрашнего турнира.