Тьма. Сияние тьмы - Тармашев Сергей Сергеевич - Страница 77

Ночью Принцесса проснулась от ощущения, что корабль замедляет ход. Она поднялась на постели и увидела старую фрейлину, торопливо надевающую дорожный плащ поверх ночных одежд.

— Что случилось, Лимми? — Айлани посмотрела в иллюминатор, но не увидела ничего, кроме ночной темноты. — Мы останавливаемся?

— Сию минуту, Ваше Высочество, — старушка зажгла масляную лампадку, — я все выясню и вернусь. Прошу вас, не покидайте каюту без охраны и не лазайте больше по мачтам!

— Это был бушприт, Лимми, — вздохнула Принцесса. — И после твоей вчерашней паники воины от меня уже не отходят.

Первая Фрейлина выскочила из каюты, бурча под нос о том, что это просто чудесно и вообще давно бы так, и вскоре звук ее шагов стих. Айлани встала и подошла к иллюминатору вплотную. Теперь, когда в каюте не было света, через него хорошо виднелась усыпанная звездами бесконечность неба, отражающаяся на черной поверхности океанской глади. Корабль действительно сбросил ход и теперь неторопливо дрейфовал посреди ночной тиши. Ничто не указывало на нападение или иную опасность, и Принцесса решила выйти на палубу. Затхлые запахи старого корабля вызывали желание сделать глоток свежего океанского воздуха, а еще она подумала, что сейчас лучшее время обратить взор на звезды. Ничто не умиротворяет сознание лучше, нежели созерцание звездного неба в полной тишине и безмятежности.

Последний раз она имела время для этого занятия в пустыне, когда они с Трэргом разыскивали Запретные Земли. С тех пор океаны забот поглотили ее с головой. Мысли о Короле навеяли щемящие сердце воспоминания, и девушка представила его голос, негромко звучащий в окутавшей Ратхаш ночи. В ту ночь она спросила у Трэрга, почему Дети Ругодара именуют Иглу Ранаалы Шипом Когтекрыла, и неожиданно он рассказал ей удивительно прекрасную оркскую легенду, подарившую звезде это имя. Легенду о подвиге бесстрашного Когтекрыла, погибшего в неравной битве с врагами, но спасшего свою Возлюбленную.

Однажды подлый Стервятник задумал получить себе прекрасную Возлюбленную могучего Когтекрыла, гордого воина Неба. Зная, что трусость и мягкотелость не позволят ему сокрушить бесстрашного воина, Стервятник собрал войско из тысячи своих недостойных соплеменников, пообещав им взамен отдать Небо, принадлежащее благородным когтекрылам. Он ублажил богатыми дарами злобный Мрак, и тот коварно проник в самое сердце Ночи. Попав во власть Мрака, Ночь сделалась бесконечной и столь темной, что свет ни единой звезды не проникал сквозь поработивший ее Мрак. И под покровом тьмы Стервятник со своими прихвостнями напал на гнездо влюбленных. Доблестный Когтекрыл устремился в битву и пробил в облаках их рядов брешь, через которую его Возлюбленная смогла ускользнуть из подлой западни. Улетая, она поклялась ждать его в месте их самой первой встречи. Могучий и бесстрашный Когтекрыл сражался яростно и беспощадно множество часов и перебил всех врагов. Но в этой кровавой битве он получил столь много тяжелых ран, что биение его сердца стало затихать, и храбрый воин понял, что жизнь покидает его.

Стремясь перед смертью последний раз, взглянуть на свою Возлюбленную, он собрал последние силы и полетел к ней. Но Мрак, сообщник трусливого Стервятника, оказался столь черен, что Когтекрыл не смог отыскать дороги и умер, так и не простившись с Возлюбленной. Долго она разыскивала его тело, и когда нашла, сердце ее переполнилось великим горем. Она взяла его боевой шип, обагренный кровью множества врагов, и взмыла в Небо. Возлюбленная летела множество лун, и дважды с тех пор в Ругодаре наступала Пора Цветения. Долетев до самых звезд, она поместила боевой шип бесстрашного Когтекрыла среди них и вложила в него свою Душу. И шип засиял ярким светом, превзойдя силу самых крупных звезд. Его свет пронзил Ночь в самое сердце и уничтожил Мрак. Увидев это, сам Рыгдард Кровавый восхитился доблестью Когтекрыла и верностью Возлюбленной. Он воскресил души влюбленных внутри звезды, даровав им возможность вечно быть вместе, и обрушил свой гнев на трусливых подлецов. С тех пор Шип Когтекрыла каждую ночь указывает путь Детям Ругодара, а стервятники навсегда обречены поедать разлагающиеся трупы.

Айлани печально вздохнула. Как жаль, что в Ратхаш оказался лишь один Проклятый Храм и нет никакой возможности вновь отправиться с Королем в подобный поход. Так, чтобы вокруг много дней не было никого, кроме них двоих. Принцессе вдруг нестерпимо захотелось вновь увидеть Иглу Ранаалы. Она быстро облачилась в походные одежды и покинула каюту. У дверей ее ожидала охрана, и потому пришлось смириться с тем, что телохранители пойдут вместе с ней. Однако посмотреть на звезды ей так и не удалось. Не успела Айлани миновать коридор, как ей навстречу появилась Первая Фрейлина в сопровождении лорда Тэрвиса.

— Почему корабль лег в дрейф, Наставник? — спросила Принцесса у старого мага. — Вы разговаривали с капитаном?

— Да, Ваше Высочество. — Волшебник плотнее закутался в плащ. — Мы наткнулись на следы морской битвы. Капитан сбросил скорость и спустил на воду шлюпку, дабы спасательная команда осмотрела обломки.

— Обломки? — удивилась Айлани. — Разве народ Вакри не рачителен настолько, что даже пиратские рода подбирают из моря все, что могло бы принести прибыль?

— В этом и странность, — согласился Лорд Тэрвис, — судя по всему, сражение было весьма жестоким. Возможно, осмотр даст нам пищу для размышлений.

Они поднялись на палубу и присоединились к капитану. Тот стоял у борта и следил за шлюпкой, медленно пробирающейся по усеянной всевозможными обломками воде. Сидящий на ее носу матрос держал в руках факел, и его неровный свет выхватывал из темноты плавающие вокруг предметы. Покачиваясь под действием легкого ветра, они отбрасывали рваные мечущиеся тени, и понять, что именно видит спасательная команда, с этого расстояния было невозможно.

— Обломками усеяно довольно обширное пространство, — доложил капитан, — я предпочел остановиться и выслать матросов для разведки, нежели продолжать движение и рисковать пробить корпус корабля о какой-нибудь острый обломок мачты.

Шлюпка вернулась через полчаса. Возглавлявший спасательную команду моряк отвесил Принцессе поклон и хмуро доложил:

— Бой был жестоким и закончился вечером. Пираты потопили здесь несколько торговых кораблей, и, судя по фрагментам их обшивки, торговцы принадлежали к разным торговым родам.

— Это странно, Вакри не ходят торговыми караванами, составленными из судов разных родов. Такое для них редкость, — задумался капитан. — Удалось определить, к каким именно?

— Слишком темно, — ответил моряк. — Да и обломки сильно обгорели. Чтобы разобрать их резьбу, нужно поднять что-нибудь на борт или дождаться утра. Только ждать я бы не стал — вода покрыта трупами.

— Стало быть, пираты вернутся, — изрек капитан, — вероятнее всего, утром, с рассветом. Раз они не подняли тела сразу, то причина может быть только одна: торговых кораблей было больше, и пираты преследуют остальных. Как только преследование закончится, не важно, с каким результатом, кто-то придет сюда собирать добычу. Они даже погибших торговцев поднимут, чтобы продать их родичам! Мы должны покинуть это место как можно скорее.

Услышав о погибших, Айлани вызвала Око Целителя и спешно превратила его в Биение Жизни. Кто знает, возможно, кто-то еще жив, как произошло с Сударем Миком. Но на этот раз в живых не осталось никого. Тем временем капитан сделал знак своему помощнику:

— Спускайте вторую шлюпку. Четверых гребцов на весла, одного матроса с факелом и двоих с баграми. Обе лодки пусть идут впереди корабля и отталкивают крупные обломки, представляющие опасность для корпуса.

— Но самое странное не это, капитан, — продолжил матрос, — в воде множество к’Зирдских трупов.

— Олдис Покровитель! — брови капитана взлетели вверх. — В жизни не слышал о к’Зирдах в море, даже о торговцах! Ты уверен?

— Уверен, Сударь, — качнул головой моряк, — и это не торговцы. Это убитые в абордажном бою к’Зирдские воины. Их ни с кем не перепутаешь.