Коснись зари - Кицмиллер Челли - Страница 59

— Небезразлична. Ты? — Его голос подействовал на нее почти так же, как кнут. — Черт побери, да так оно и было еще два дня назад. Можно даже сказать, что ты — первая женщина, к которой я когда-либо был небезразличен. Я уже начал думать, что влюблен в тебя! Но все это до того, как ты предала меня, обманула с моим врагом. — Мейджер затрясся от ярости, и его карие глаза, потемнели. — Ты не знаешь, через что я прошел за эти двадцать лет по милости твоего любовничка, — выкрикнул он в раздражении. — Не было дня, чтобы я не сожалел о своем согласии прогнать Мурьету с этой земли.

Хеллер насторожилась.

— Кто-то нанял вас? Кто? — Она уже не обращала внимания на боль.

— Этого я не знаю и никогда не знал. Я только брал деньги и делал то, за что мне платили, не задавая вопросов. — Он посмотрел на нее сверху вниз. — Теперь одевайся. Мердок назначил тебе миленькое рандеву.

Рандеву? Кусая губы, чтобы не закричать от разрывавшей спину боли, Хеллер подошла к комоду и, с трудом нагнувшись, взяла длинную ночную рубашку из ящика, затем просунула в нее голову. Это была единственная одежда, которую она могла надеть. Наклонившись, девушка попыталась взять ботинки, но не смогла, и решила пойти без них.

— Боюсь, ваша тетя не одобрила бы подобное одеяние, дорогуша. — Мейджер с сарказмом указал ей на дверь, ведущую на веранду.

Гордо выпрямившись, Хеллер подняла голову и вышла. Две лошади были привязаны к тому самому дереву, в котором она оставляла Хоакину записки. Полагая, что одна из лошадей предназначена для нее, она собрала все свое мужество, взялась левой рукой за луку седла, вставила ногу в стремя, подтянулась… и тут же словно кто-то сзади вцепился ей в кожу когтями от шеи до талии, стремясь вывернуть ее наизнанку. Она сжала зубы, чтобы не закричать.

Как только Гордон оседлал вторую лошадь, он выхватил поводья из ее рук.

— Это чтобы у тебя не возникло соблазна сбежать, — насмешливо процедил он, а затем рысью направил лошадей к покрытому соснами холму в северной оконечности Эльдорадо.

Когда они остановились, вся долина лежала перед ними как на ладони. Хеллер увидела скалистый выступ, который вел к пещере. Внизу из-за стены деревьев, окружающих дом, выехал фургон, направляясь к выходу из долины.

Теперь она знала, что скрывалось за словом рандеву. Мейджер привел ее сюда, на вершину холма, чтобы наблюдать за засадой. Фургон и охранники, упомянутые в ее записке, были приманкой, которая приведет Хоакина и его отряд в западню.

Придерживая лошадей, Мейджер достал из кармана длинную веревку и связал руки Хеллер, а затем привязал их к луке седла.

— Похоже, на этот раз мне все-таки придется поблагодарить тебя. — Мейджер злобно осклабился. — Если бы не твоя глупость, Хеллер, Мурьета, возможно, смог бы отомстить. — Он наклонился и засунул ей в рот кляп, а потом потянулся за повязкой.

Хеллер тут же выплюнула кляп.

— Он выполнит свое обещание! — Она уже не старалась скрыть свою враждебность, и ее холодная улыбка выражала лишь презрение. — Независимо от того, что вы попытаетесь делать с ним, он всегда возвращается. — Она понизила голос почти до шепота: — Вы не можете убить его, Гордон. Никто не может убить Хоакина Мурьету.

Мейджер захохотал.

— Да что ты говоришь? Этот Мурьета бессмертен?

Она подняла подбородок и смело встретила его пристальный взгляд.

— Вы уже знаете ответ на этот вопрос. — Теперь ее улыбка скорее напоминала зловещую маску.

— Заткнись, черт бы тебя побрал! — Прежде чем она смогла произнести хоть слово, он снова воткнул ей в рот кляп, после чего завязал рот повязкой. — Бессмертных не бывает. Мурьета всего лишь человек — просто ему везло… до сегодняшнего дня.

Что ж, подумала Хеллер, возможно, она потерпела неудачу во всем остальном, но по крайней мере заставила его бояться. Если даже Хоакина убьют, победитель по-прежнему будет задаваться вопросом, не наступит ли тот день, когда призрак врага навестит его…

Мейджер приподнялся в седле.

— Теперь в любую секунду мы можем увидеть великого Мурьету. — Его зловещий хохот разнесся далеко над холмом. — Там, — произнес он, указывая на клубы пыли в долине. — Что я тебе говорил?

Хеллер оставалось только молча сидеть в седле и смотреть. Все же она набрала полные легкие воздуха и попробовала закричать, но кляп заглушил ее крик.

Мейджер снова рассмеялся:

— Кричи сколько влезет, мисс Высокомерие и Надменность, потому что теперь, черт побери, это не имеет значения — никто тебя не услышит.

Хеллер знала, что это правда, но все же не прекращала попыток, пока не начала задыхаться. Она видела, что Мердок и его банда спрятались за большой горой валунов, а наемники Мейджера ждали у поворота дороги. Слезы застилали ей глаза, струились по щекам, ее тело содрогалось от всхлипов.

Хоакин, Лино и весь их отряд сегодня умрет из-за нее. Ее план казался таким простым, таким безошибочным. Если бы только она не была такой самонадеянной и полностью продумала свои действия!

Прошло несколько секунд, прежде чем Хеллер увидела Хоакина и его людей вблизи от фургонов.

«Нет! Господи, нет! Пожалуйста, уведи их, Хоакин!» Но она знала, что он ничего не сможет сделать, что уже слишком поздно…

Неожиданно кучер повернулся на козлах и, увидев своих преследователей, начал как безумный хлестать лошадь. Однако, едва началась стрельба, он остановил фургон и поднял руки.

Теперь пришла пора Мердоку сделать свой ход. Подражая индейцам, он издал громкий крик, служивший сигналом к атаке, и тут же люди Мейджера окружили отряд преследователей.

Хоакин развернул лошадь и дал знак занять круговую оборону, но было поздно: враги подбирались к ним со всех сторон.

Как только до нее донеслись выстрелы, Хеллер привстала на стременах. Она видела, как сначала один человек упал с лошади, затем другой, третья лошадь, заржав, рухнула на землю, увлекая за собой всадника.

Хоакину ничего не оставалось, как дать команду отступать. Когда Охо и Сантос убили четверых наемников, пытавшихся отрезать им путь к спасению, отряд пришпорил лошадей и быстро исчез за деревьями, в то время как их командир, не переставая стрелять, обеспечивал прикрытие.

Внезапно Хеллер заметила Мердока сбоку Пригнувшись к земле, он медленно подкрадывался к Хоакину. Она попыталась закричать, но из-под кляпа вырвалось только невнятное мычание.

Мердок вытянул винтовку из седельного кожуха, прицелился и выстрелил.

Сердце Хеллер замерло.

Хоакин без единого звука упал в траву.

Подняв винтовку над головой, Мердок прокричал:

— Я достал его. Мурьета мертв!

Затем, спешившись, он направился к тому месту, куда упал поверженный противник, громко крича:

— Эй, великий Хоакин! Знаменитый бандит Калифорнии! Удача отвернулась от тебя, жалкий мексикашка!

Черное пятно мелькнуло в траве. Глаза Хеллер расширились, в ее сердце затеплилась надежда. И тут, обернувшись, она заметила, что Мейджер, уставившись в ту же сторону, медленно поднимается в седле, чтобы получше рассмотреть происходящее.

Не теряя ни секунды, Хеллер схватилась руками за седло и коленями сдавила бока лошади, та вздрогнула и заржала, привлекая к себе внимание Мейджера.

Мердок медленно продвигался в высокой траве в поисках своей жертвы, когда Хоакин, неожиданно выскочив из-за валуна, выстрелил в него почти в упор. В тот же момент его преследователь с выражением крайнего изумления на лице попятился и рухнул навзничь, а тот, кто, по его мнению, был уже мертв, вскочил на лошадь и умчался к деревьям.

Из груди Мейджера вырвался нечеловеческий рев, опустив поводья лошади Хеллер, он, не оглядываясь, галопом кинулся вниз.

Хеллер, изловчившись, дотянулась пальцами до поводьев. Повернув лошадь, она поскакала туда, где наемники Мейджера поджидали Хоакина. Стараясь оставаться незамеченной, она пересекла дорогу, направляясь к скалистому выступу пещеры, и лишь оказавшись выше линии деревьев, остановилась и оглянулась.