Теория катастрофы - Горькавый Ник - Страница 64

Джерри замялся. Если он сейчас скажет ей правду, а завтра кто-нибудь начнёт расспрашивать библиотекаря, какими книгами интересовался младший Уолкер?

Он посмотрел в глаза Валентине и решился.

— Обещаете никому не говорить, что я искал?

— Какая-то игра с друзьями? — подняла брови библиотекарь.

— Нет, — помотал головой Джерри. — Можете считать меня болезненно скрытным человеком, но никому говорить нельзя — даже преподавателям.

Валентина внимательно посмотрела на взволнованного юношу, пожала плечами и кивнула:

— Хорошо, обещаю.

Джерри сказал:

— Мне нужны книги по мировому социальному моделированию. Не популярные, но достаточно простые, чтобы я смог одолеть. После их чтения я должен понимать профессиональный уровень трудов по метамоделированию.

— Какой необычный заказ… простые введения в социальное метамоделирование… — Валентина медленно двинулась вдоль полок, скользя по ним цепким взглядом. Вскоре она вернулась, держа в руках тонкую белую книгу, толстую в зелёной крепкой корке и чёрно-красный том, тоже толстяк, но в мягкой обложке.

— Начнёте отсюда, — подняла она белую книжку. — В детали вникать не надо — они устарели. Разберитесь с общими принципами. Потом этот учебник, — указала она на зелёную книгу. — Самые важные для вас — первые три главы и последняя, где излагается метамоделирование на основе матриц Василия Леонтьева. В конце вам придётся одолеть сборник статей, — кивнула Валентина на том в мягкой обложке. — Сами разберётесь, что там относится к вашей задаче.

Джерри взял в руки белую нетолстую книгу в уже пожелтевшей обложке.

— Это старая, но важная монография Форрестера по математическому социомоделированию, — сказала библиотекарь.

У юноши ёкнуло сердце: он вспомнил, что такая же бумажная книга стояла в библиотеке отца в их вирджинском доме. Джерри с трепетом посмотрел на титульный лист книги и сразу закрыл её — эта точно подходит. Отцовская рекомендация.

Зелёный учебник для университетов был приемлем по стилю изложения — авторы не злоупотребляли абстрактным языком, детально комментировали все выкладки и основные идеи, и Джерри решил, что сможет разобраться.

Сборник оказался близок к уровню, на котором была написана книга отца. В статьях сложные вопросы рассматривались спорящими авторами с разных точек зрения. «Хорошо, — подумал юноша, — это всегда помогает разобраться в сути проблемы».

— Всё подходит, огромное спасибо! — с радостью сказал Джерри, поняв, что именно таких книг ему не хватало.

Валентина довольно улыбнулась.

— Не отмечайте эти книги в моём файле! — попросил юноша.

Библиотекарь, привыкшая к педантичности в обращении с книгами, в затруднении покачала головой, а потом приглашающе махнула рукой и отправилась в глубь полок.

Джерри шёл за Валентиной вдоль стеллажей с десятками тысяч томов, и вокруг него витал аромат старых книг, отзвук миллионов слов, мыслей и судеб. Ему даже послышался какой-то многоголосый ободряющий шёпот, наполняющий гулкое пространство библиотеки.

Юноша прихрамывал и еле успевал за подвижной старушкой — его правая лодыжка ещё помнила приключение в ледяной марсианской пещере и мстительно ворчала на любую повышенную скорость.

Они подошли к хромированному агрегату, и Валентина загрузила в него книги, найденные для Джерри. Аппарат загудел и замигал.

Через несколько минут юноша получил свои книги и увидел точно такие же в руках библиотекаря. Он всмотрелся внимательнее и понял, что держит в руках копии — даже с пожелтевшими пятнами на обложке одной из них, только обложки всех трёх томов стали одинаково твёрдыми.

— Теперь это ваши личные книги, — сказала библиотекарь. — И должна отметить, что вы очень таинственный молодой человек.

— Но вы выполните мою просьбу — никому не говорить? — не удержался Джерри.

Валентина обвела тонкой рукой вокруг и грустно улыбнулась:

— В окружении такого количества умных и честных книг я давно разучилась обманывать и поступать мелко… И это очень усложняет мою жизнь, молодой человек!

У Джерри отлегло от сердца.

С книгами-помощниками работа пошла быстрее: юноша прорвался сквозь главный барьер сложности и понял основной принцип расчёта. Уолкер-старший составил систему социоуравнений, потом провёл их линеаризацию. Эта процедура превратила дифференциальные уравнения в алгебраические. Анализ чудовищной по размерам матрицы коэффициентов этих уравнений давал полную картину точек нестабильности социосистемы и ожидаемые траектории истории.

Джерри с удивлением узнал в работе отца знакомый математический приём:

— Я применял аналогичный подход для изучения нестабильностей колец Сатурна в курсовой на первом году Колледжа!

Но Тамми не удивилась:

— Ничего необычного — математике всё равно, что описывать: поведение снежных частиц в кольцах, поток товаров в экономике или взаимодействия людских подмножеств в социуме. Главное — суметь правильно применить эту всесильную парадигму строгости и найти уравнения, которым подчиняется система.

— Это для твоих кристаллических мозгов здесь ничего удивительного. А меня часто поражает — как математика, придуманная людьми, способна правильно описать столько разнообразных природных процессов.

— Кристаллизуй свои мозги, человек! Ты уже не обезьяна и должен учиться мыслить логически.

— Выключу! — пригрозил Джерри нахалке.

Неразгаданного в книге оставалось всё меньше и меньше.

Джерри изучил полученную отцом полную систему уравнений социодинамики человечества, её частные решения и вытекающие из них прогнозы будущего.

Очень помогла программа визуализации математических решений, которую подарила Юлия. С её помощью Джерри попадал в виртуальное пространство будущего, в котором запретные области высились заоблачными пиками, а оптимальные социорешения выглядели долинами или пологими перевалами.

Джерри часами бродил по горным хребтам и ущельям ожидаемого будущего; когда он останавливался возле особенно крутой стенки или развилки долин, то программа послушно объясняла, с какими особенностями исходных уравнений они связаны.

Самая длинная и крутая стена отражала лимитированность природных ресурсов, и вокруг неё нужно было искать обход. Одна из магистральных развилок будущего соответствовала выбору стратегии освоения космоса — левый каньон вёл в мир, где космические посёлки росли и становились независимыми анклавами цивилизации. Более мелкий правый рукав долины приводил к будущему, где космические базы полностью подчинялись задаче снабжения Земли ресурсами. Рано или поздно правая долина понижалась и упиралась в тупиковую яму, зажатую со всех сторон барьером перенаселённости планеты. Впрочем, выход из него был — в виде узкой мрачной расщелины глобального экологического кризиса, от которого вымирало большинство землян.

— Тамми, я думаю, что для точности предсказаний будущего должны меняться не только коэффициенты, но и сам вид социоуравнений. Те уравнения, которые отец обсуждал в книге, были оптимальны несколько лет назад. Сейчас их нужно подкорректировать, например, с учётом появления новой династии Гринвич со своими политическими интересами. Старые формулы дадут лишь приближённое решение.

— Согласна, Джерри. Эти уравнения нужно находить заново для каждой точки истории со своим раскладом социальных сил.

— Но как получить улучшенные формулы? В книге про это ничего не написано. Неужели отец нигде не изложил методику вывода социоуравнений?

Тамми прокопала весь кристалл, нашла и с торжеством преподнесла Джерри засекреченный файл.

— Что за файл? — не понял Джерри.

— Не знаю, — бодро ответила Тамми, — он же зашифрованный, и я никак не могу подобрать к нему ключ. Судя по уровню защиты, там должно быть что-то очень важное — похоже, именно отсутствующая в книге часть. Подумай, что мог твой отец выбрать в качестве ключа? Это может быть текст, звуковая дорожка или изображение.

Джерри сразу вспомнил медальон.