Теория катастрофы - Горькавый Ник - Страница 37

— Какими шуточками?

— Вот такими! — Лвин помахал радужной бумажкой.

— Не понимаю тебя… положи на сканер, — попросил Бифф.

— Да ладно, — сказал, остывая, профессор и автоматически швырнул чек на стеклянную панель, — я уже почти не сержусь… И где ты раскопал такую артистку? Отличный розыгрыш! Я слышал про этот ваш клуб шутников…

Бифф внимательно всмотрелся в чек и поднял — сначала брови на середину лба, а потом — глаза на Лвина.

— Ты получил грант на свои исследования? — с изумлением спросил он.

Профессор поперхнулся от злости и свирепо вытаращил глаза. Это уже слишком! Шутка зашла слишком далеко! Он отключил экран, не прощаясь. Но что-то его зацепило в морщинистой морде профессора Биффа.

Лвин быстро соединился со своим банком. Чек продолжал лежать на сканере.

Служащий в галстуке — солидный банк, без роботов! — быстро пощёлкал клавиатурой и вежливо спросил:

— На какой счёт вам положить эти деньги? На текущий или сберегательный?

— Сколько там? — слабым голосом спросил профессор.

— Два миллиона золотых долларов! — позволил себе чуть-чуть удивиться служащий.

Ошеломлённый профессор то ли пискнул, то ли присвистнул и невежливо прервал связь. Нашёл и лихорадочно напялил очки и, не веря своим глазам, стал рассматривать переливающуюся бумажку. Потом Лвин схватил изящную голографическую визитку, валяющуюся на столе. На ней были написаны только три слова:

и номер т-фона: 703?703?703.

Профессор свирепо хлопнул себя по лбу, вскочил как ошпаренный и подбежал к окну в тёмную осень. Посмотрел наружу невидящими глазами, потом резко повернулся на месте, тяжело дыша.

Вдруг он застыл и удивлённо схватился за колено. Нога совсем не болела.

Атмосфера в кабинете Никки была накалена, но не из-за жаркого светила, подползающего к правой раме окна.

На мониторе маячила хмурая физиономия под давно не бритой лысиной. Детектив Спенсер перевёл глаза с Никки на сидящего рядом с ней Джерри и сказал:

— Расследованию помогли коммодор Гринин и космическая диспетчерская служба Спейс Сервис. Нам удалось установить, что десятиметровый астероид, сброшенный на обсерваторию вашего отца, пришёл из участка космоса, где вёл геологическую разведку корабль космического флота компании «Спейс минералз».

— Кто владелец компании? — нетерпеливо спросила Никки. — Король Симмонс?

Спенсер мрачно посмотрел на молодую королеву.

— Хуже, гораздо хуже… — сказал он с горечью. — Это собственность самого короля Дитбита, фактически — императора Южных династий.

Сыщик, не сдержавшись, выругался.

Никки даже рот раскрыла от неожиданности.

— Дитбит?! — потрясённо спросила она. — Сам император Дитбит? Отец принца Дитбита?

Сыщик не отвечал, а только сочно богохульствовал, жалея, что ввязался в это дело.

Джерри сидел бледный и выпрямленный. Никки взяла себя в руки:

— Какова вероятность вины?

— С учётом других факторов, включающих тесное союзничество с королём Симмонсом и значимые корреляции с шестью убийствами из вашего списка… вероятность того, что искомый преступник имеет отношение к династии Дитбита, составляет девяносто два процента.

— Выяснились ли причины убийств? Зачем они понадобились дитбитовской династии?

— Нет. Корреляционный анализ устанавливает связь между событиями, но не говорит о природе этой взаимосвязи. Я пытаюсь создать модель «эха преступления», чтобы вычислить людей и группы, выигрывающих от этих убийств, но это очень непросто. Мотивы часто остаются неизвестными, даже в случае раскрытых убийств. Мы имеем дело с запутанным преступлением, корни которого уходят очень глубоко…

Спенсер отключился, но от его сообщения в воздухе осталось напряжение.

И это напряжение требовало действий.

Джерри стоял у окна, отвернувшись от Никки, а девушка неслышно обсуждала что-то с Робби. Потом она спросила у компьютера вслух:

— Ты засёк номер, по которому директор Милич в прошлом году звонил старшему Дитбиту?

— Конечно, — ответил Робби.

— Набери, пожалуйста.

Через несколько секунд на экране появилось грозное лицо секретаря Дитбита.

— Откуда у вас этот номер?!

Никки проигнорировала её вопрос и сухо сказала:

— Николь Гринвич со «Стрейнджера» хочет поговорить с мистером Дитбитом.

— Я узнала вас, — секретарь Дитбита удивлённо расширила хищные глаза и продолжила более мягким тоном, — но Его величество Дитбит принимает только по предварительной записи и после беседы с его помощниками, запишитесь на приём и…

— Для меня данный разговор не очень важен, это вопрос жизни и смерти лишь для мистера Дитбита и его династии, — холодно сказала Никки и отключилась.

Через полчаса на экране зазвенел вызов.

— Мисс Гринвич, — сказала секретарша Дитбита, — мне поручено выслушать вас и решить вопрос о вашей беседе с Его величеством Дитбитом.

— Милочка, — высокомерно сказала Никки, — вы забылись. Может, вы напряжёте свои извилины и поймёте, с кем разговариваете? Вы ничего здесь решать не будете, этим звонком я делаю одолжение — первое и последнее — для мистера Дитбита. Больше не беспокойте меня по пустякам, — она снова отключила экран с ошарашенной секретаршей.

Через пять минут экран снова зазвенел, и на нём наконец-то появился сам Дитбит, коротко стриженный и горбоносый. Его лицо излучало власть, силу и опасность.

— У вас ко мне дело? — спросил он нетерпеливо и не здороваясь.

— Да, мистер Дитбит, — не спеша сказала Никки. — Я имею убедительную информацию о том, что ваша династия и вы лично причастны к гибели «Стрейнджера», к покушениям на меня, а также к смерти родителей моего друга Джерри Уолкера.

— Убедительная информация? — переспросил Дитбит с невозмутимым лицом. — Откуда?

— От умного верблюда, — грубо ответила Никки. — Теперь понятно, почему вы не стали преследовать меня за травму принца Дитбита, — с вашей точки зрения, я всё равно была обречена на смерть. Публичный конфликт между мной и младшим Дитбитом мог быть истолкован журналистами как причина покушения. Такая интерпретация бросила бы тень на династию и оказалась бы слишком близка к истине.

— Чего вы хотите от меня? — спросил по-прежнему спокойно Дитбит.

— Я откровенный и прямой человек, мистер Дитбит, — сказала Никки, — поэтому решила позвонить вам и спросить — правда ли это? Можете ли вы сказать, просто и честно: «Это всё — ерунда!»

Никки чуть подалась вперёд.

— Я не собираюсь подвергаться вашему допросу, — хладнокровно ответил Дитбит, отлично осведомлённый, что детектор лжи легко уловит враньё в прямых утверждениях.

— Вы понимаете, — откинулась в кресле Никки, — что ваш отказ красноречив?

— Меня не интересуют ваши догадки и соображения, — ледяным тоном сказал Дитбит.

— А зря, — сказала не менее холодно Никки, — ваша участь будет плачевна, если вы действительно виновны в гибели «Стрейнджера», в чём я уже не сомневаюсь.

— Вы мне угрожаете? — пренебрежительно поднял брови Дитбит.

— Самым непосредственным образом, — кивнула Никки. — Я брошу все свои ресурсы на борьбу с вами и вашей династией. Если вы не захотели сказать о своей непричастности к этим тёмным делам из-за глупой гордости, то я даю вам последний шанс избегнуть крупных проблем — просто скажите, что вы тут ни при чём.

— Я не буду играть в ваши детские игры! — сказал Дитбит чуть более напряжённым голосом.

Никки встала во весь рост. Лицо её было строго и величественно, как у судьи, объявляющего приговор.

И она на самом деле его объявила.

— Дитбит, я приговариваю вас к уничтожению. Ваша династия и ваши союзники тоже будут ликвидированы.

— Говорите больше, глупая девчонка, — засмеялся Дитбит, — вы уже наговорили на много лет тюрьмы.

— Всё-таки вы болван, Дитбит, — засмеялась в ответ Никки, — несовершеннолетнего не посадят в тюрьму за угрозы, а у моих адвокатов зубы не короче, чем у ваших. Не забывайте, что разговариваете с основателем и главой новой династии.