Гедеон - Эндрюс Рассел - Страница 26

— Хорошо, я ему передам. Но… э-э-э… над чем конкретно вы работаете?

— Я сообщу об этом мистеру Бартоломью, когда он позвонит.

— Понятно, но дело в том, что у меня нет на вас папки, и поэтому, когда меня спросили, над чем вы работаете, мне пришлось ответить: «Не знаю». И это правда. Может, потому он вам и не перезвонил, так что скажите мне…

— Гедеон. Скажите Бартоломью, что я пишу за Гедеона.

— Гедеон?

— Он должен знать. Скажите ему.

— Хорошо, если вы так просите.

— Да, пожалуйста.

Щелк.

Натан Бартоломью смотрел на молодую женщину, которая стояла перед ним. Она явно волновалась, не привыкла бывать в его кабинете. Женщина тяжело дышала, словно, после того как ее вызвали, бежала через весь коридор. Натан попытался вспомнить, боялся ли он начальства, когда был в ее возрасте, но безрезультатно. Слишком много воды утекло с тех пор.

— Эллен, — произнес Бартоломью, глубоко вздохнув, словно тема разговора была слишком болезненна для обсуждения. — Повторите, пожалуйста, все еще раз. Этот, как там его, Грэнбулл?

— Грэнвилл. Карл Грэнвилл.

— Утверждает, что он один из авторов Мэгги?

— Да, но на самом деле нет. Он говорит, что пишет книгу, которая называется «Гедеон», и что вы об этом знаете.

— А он сказал, с какой стати я должен об этом знать?

— Нет, мистер Бартоломью. Но я проверила все папки на авторов, там нет никаких записей о заключенном с ним договоре. Нет даже заявки на контракт. И о книге с таким названием тоже ничего нет.

— Ничего нет о «Гедеоне»?

— Нет, сэр. Я позвонила в расчетный отдел по договорам, на всякий случай. Такого контракта там тоже не было, и чек по нему не выписывали.

— О господи, — устало проговорил Натан, покачал головой и отвернулся. Но молоденькая ассистентка не спешила покинуть его кабинет. — Еще что-нибудь?

Девушка, волнуясь, закивала, причем так энергично, что Бартоломью засомневался, сможет ли она остановиться. Ее голова дергалась, как у китайского болванчика.

— Да, я проверила корреспонденцию, и действительно, там есть переписка с Грэнвиллом, — выпалила она. — Несколько недель назад его агент представил на рассмотрение роман, но Мэгги отказалась печатать книгу.

Эллен залезла в картонную папку для бумаг, которую до этого прижимала к груди, вытащила оттуда несколько листочков и помахала ими перед собой. Натан взял документы и папку и положил их на стол. Дождался, пока девушка перестанет кивать, и произнес:

— Спасибо, Эллен, я ценю вашу работу.

Референт повернулась, чтобы уйти, а Бартоломью начал укладывать бумаги в папку. Когда Эллен уже почти дошла до двери, он пробормотал, отчасти для нее, но скорее просто озвучивая свои мысли:

— На свете полно всяких придурков.

Затем нажал на белую кнопку селекторной связи и попросил секретаршу зайти к нему в кабинет.

— Офис мистера Бартоломью.

— Это снова Карл Грэнвилл.

— Мистер Грэнвилл, прошу вас, прекратите сюда звонить.

— Послушайте, у меня очень важное дело.

— Боюсь, что к нам оно не имеет никакого отношения.

— Боюсь, что оно касается именно вас. Мне необходимо знать, с кем я разговариваю. У меня неприятности, и нужно…

— Почему бы вам не обратиться к другому издателю?

— Да потому, что ваша компания и есть мой издатель! Понимаю, сейчас всем нелегко, но…

— Предложите свою рукопись еще кому-нибудь.

— Черт подери… Извините. Прошу вас, дайте мне возможность поговорить с мистером Бартоломью. Всего лишь пару минут, и, я уверен, все уладится.

— Это невозможно.

— Он знает, что я пишу книгу «Гедеон»? Кто-нибудь сообщил ему об этом?

— До свидания, мистер Грэнвилл.

Щелк.

В приемной на тридцать пятом этаже одетая в юбку и жакет в тонкую полоску женщина стояла у стола секретаря. Она объясняла девушке, что чрезвычайно занята, и, так как ее личный ассистент болеет, ей требуется помощь.

— Вначале, — говорила женщина в костюме, — позвоните в офис Элиота Аллена — вот его номер — и передайте, что мистер Бартоломью будет ждать его в половине первого в ресторане «Четыре времени года». Затем, — продолжила она, — напечатайте эти письма, их нужно отправить сегодня после обеда. Обычно мистер Бартоломью подписывает письма фразой «С наилучшими пожеланиями» и любит…

— Извините.

Женщина посмотрела на молодого человека, который стоял перед ней. Не похож на курьера. Слишком привлекателен и вдобавок хорошо одет. Взгляд, правда, какой-то странный, но ему это даже идет. Наверное, недавно устроился сюда на работу. Это хорошо. Все здесь слегка ее побаиваются из-за того, что она рядом с боссом. А новенький наверняка не будет от нее шарахаться. Уж он-то…

— Извините, вы работаете на мистера Бартоломью?

— Я его помощник-референт.

— Думаю, мы общались по телефону. Я тот самый…

— Карл Грэнвилл.

Когда посетитель кивнул, девушка похолодела от ужаса. О господи, это он. Тот самый псих. Больше всего на свете она боялась, что какой-нибудь сумасшедший ворвется в офис и нападет на нее. И вот вам пожалуйста. Мужчина уже достает что-то из кармана пиджака, протягивает ей… О боже, боже.

— Послушайте, я написал письмо мистеру Бартоломью. Прошу вас, передайте ему этот конверт.

— Письмо?

— Можете предложить что-либо получше? Мне лично больше ничего не пришло в голову. Происходит что-то весьма подозрительное, и он должен об этом знать. Я собирался отправить пакет по почте, но медлить нельзя. Хочу убедиться, что письмо передадут. Пожалуйста, отдайте ему это лично в руки.

— Он не сможет с вами встретиться.

— Если вы отдадите ему письмо, думаю, что он захочет меня увидеть.

— Марки, — произнесла референт мистера Бартоломью, обращаясь к секретарю приемной, — будьте добры, вызовите охрану.

— Что? — возмутился Карл. — Да перестаньте, какая охрана! Я хочу всего лишь оставить письмо!

— Немедленно уходите.

— Почему все так меня боятся? Что происходит?

— Вам же лучше будет, если перестанете надоедать. Уходите.

— Мне просто нужно убедиться, что Бартоломью получил…

Грэнвилл услышал, как открывается дверь лифта. Девушка чуть отвела взгляд в сторону, пытаясь рассмотреть кого-то за его плечом. Карл обернулся и увидел двух одетых в форму охранников, которые направлялись к нему. Почему-то он не удивился.

— Что здесь происходит? Какие-то проблемы? — спросил один из блюстителей порядка.

На секунду у Карла мелькнула мысль броситься к двери, ведущей в кабинет Бартоломью, сбив по пути охранника. Можно было еще схватить секретаршу и трясти ее до тех пор, пока она не позовет босса. Правда, подобные поступки вряд ли сочтут разумными.

— Я не знаю, что происходит, — ответил наконец Карл, покачав головой. — В этом-то и проблема.

Натан Бартоломью осторожно выглянул из кабинета. Мало у него неприятностей, так еще этот придурок хочет с ним встретиться! Один из авторов Мэгги, надо же! Едва что-нибудь попадет в газеты, от чокнутых просто отбоя нет. А уж это письмо вообще бред какой-то — секретный проект, аванс в полсотни тысяч долларов, убийство, совершенное пятьдесят лет назад! Господь Всемогущий! А Натану-то казалось, что его уже ничем не удивишь, особенно после прошлогоднего скандала, когда «Апекс» издал биографию Дженис Джоплин. «Таймс» опубликовала рецензию, а через неделю в офис заявилась какая-то дамочка, угрожая подать на компанию в суд. Дескать, она и есть сама Дженис Джоплин, и вовсе не умерла, а просто скрывалась от людских глаз все эти годы, а информация в книге — сплошная ложь. Судебное дело могло бы растянуться на долгие месяцы, поэтому пришлось заплатить ей две с половиной тысячи, чтобы отвязалась.

Выгодное дельце для таких вот психов!

Но воспользоваться смертью Мэгги, чтобы вытянуть из компании денежки, — ну просто ни в какие ворота не лезет! Неудивительно, что издательский бизнес в такой заднице!