Чары кинжала - Керр Катарина - Страница 85

Поздно ночью Невин попытался связаться с Адерином. Он ощутил мысли своего старою ученика — раненого, исполненного страдания и пораженного горем — так осязаемо, что слезы навернулись на глаза. Он прервал связь и оставил Адерина наедине с его бедой. Позже у них будет время поговорить и обсудить детали. Сейчас Невин узнал самое главное — Лослейн мертв. Он отошел от жаровни к окну и открыл ставни.

Далеко внизу лежал окутанный темнотой и тишиной небольшой городок крепости Гвербин. Где-то лениво брехала собака, вспыхнул во дворе фонарь… Спящие в домах люди не должны знать, какая опасность угрожала им и их лордам. Последнюю неделю он связывался с другими мастерами двеомера королевства, живущими в разных его концах. Некоторые из них шли по пути черной магии, но сейчас все они были настороже. Вскоре Невин получит известие о его исчезнувшем враге. Он надеялся на это, потому что был намерен принять против него меры в самое ближайшее время.

— Завтра мы увидим конец этой истории, — заметил он, обращаясь к звездному небу. — О, всемогущие боги, сохраните мою Джилл!

Лагерь готовился к сражению. Обоз переместили дальше на луг. Обласканная яркими солнечными лучами, армия Родри была готова к бою: всадники ждали приказа главнокомандующего у стен крепости Браслин. Родри расположил своих людей достаточно далеко от главных ворот — чтобы Корбин мог вывести из крепости все свои основные силы до начала сражения. Джилл сидела верхом на золотистом гунтере между Слигином и Родри. Сразу позади них был отряд из людей, отобранных для охраны Джилл.

— Запомни порядок движения, — сказал Родри, — ты отступишь назад и пропустишь остальных для того, чтобы окружить Корбина. А потом — он твой.

Джилл улыбнулась ему. Сейчас, когда подошло время действовать, ее страх рассеялся, остался лишь небольшой холодок под ложечкой. Конь под ней нетерпеливо перебирал ногами, готовый к выступлению. Вдруг над крепостью прозвучал сигнал серебряного горна. Джилл надела поверх шапки капюшон кольчуги, сверху еще шлем, приготовила щит и встала в колонну Родри. Когда звук горна долетел до них снова, она извлекла из ножен меч. Раздался скрип открывающихся ворот крепости Браслин. Основная колонна армии Родри во главе с Прайдиром двинулась вперед. Когда из ворот начали показываться всадники неприятеля, выстраиваясь в неровную линию для обороны, колонна стремглав бросилась в атаку. Над полем неслись боевые кличи, рой дротиков поднялся в воздух.

— Занять позицию! — скомандовал Родри своему отряду.

Люди окружили Джилл, держась от нее на расстоянии нескольких ярдов, оставив место для того, чтобы развернуться, когда начнется поединок. Она поднялась в стременах, окинув взглядом поле боя. Люди Корбина и Новека двигались верхом попарно, разгоняя толпу и прокладывая путь. Джилл увидела столпившихся вокруг Новека всадников. Прайдир сражался в центре этого скопища воинов.

— Двигаемся в сторону ворот! — прокричал Слигин.

Корбин выехал из ворот на черной лошади в сопровождении небольшого отряда. Родри дал своим ребятам команду «галопом вперед». Тут он разразился холодным дьявольским хохотом, идущим, казалось, прямо из времен Рассвета. Отряд галопом несся вперед и вклинился прямо в центр сражающейся толпы. Джилл ощутила себя листком, подхваченным ураганом. Когда они заходили флангом, орудуя мечами, то столкнулись лицом к лицу с воинами Корбина.

Впереди Джилл, словно одержимый, неистовствовал Родри, и она увидела, как в солнечном свете блеснул его поднятый кверху окровавленный меч. Он тяжело отбивался от двух всадников, в то время как Слигин пытался прорваться ему на помощь. Всадники работали мечами и проклинали все на свете, лошади вставали на дыбы когда люди предпринимали попытку продвинуться вперед. Хохот Родри сменился звериным рыком, и Джилл инстинктивно поняла, что он в смертельной опасности. Она рискнула подняться на стременах и увидела, что люди Корбина прорвали кольцо, окружавшее Родри, и расчищали проход своему господину. Корбин готовился к решающему броску, чтобы убить Родри, и только Джилл могла ему помешать.

В это мгновение Джилл словно обезумела. Кроваво-красный туман вспыхнул в мозгу, отчаянный вопль вырвался из ее уст, она не могла уже ни о чем думать. Джилл направила свою лошадь прямо к Родри. Она наносила мечом удары и хохотала как безумная. Человек на гнедом коне в изумлении повернулся к ней лицом. Джилл ударила — и удачно: всадник упал рядом с ней. Восход беспрекословно подчинялся, и Джилл ударила снова — в то место, где враг не был защищен щитом. Пока поверженный противник собирался нанести ответный удар, Джилл размахнулась и рубанула мечом по его левой щеке. С криком он заметался под копытами собственной лошади.

Напуганный происходящим, Восход взбрыкнул, и Джилл перелетела через него, прямо под ноги лошади Родри.

Недалеко впереди в толпе промелькнул украшенный серебром щит Корбина. Джилл мельком увидала его лицо — потное и оскаленное. Вот он замахнулся на Слигина. Слигин выронил меч и уцепился за седло, так что следующим ударом Корбин легко мог свалить его с лошади. Джилл вскочила на Восхода и бросилась на помощь, и как раз вовремя. Воспользовавшись замешательством противника, один из людей Слигина схватил его коня за поводья и побежал, спасая своего господина.

— Корбин! — прокричала Джилл. — Твоя Судьба пришла к тебе!

Он услышал ее — она поняла это по тому, как он вскинул голову и повернулся в ее сторону. Несмотря на то, что Джилл была вся покрыта пылью и потом, он, должно быть, понял, что перед ним девушка. Мгновение он оставался неподвижным. Заливаясь смехом, Джилл отражала удары, сыпавшиеся со всех сторон, и двигалась прямо на него. И тут он пришпорил своего коня и поскакал от нее, расталкивая своих людей. Один из них развернулся прямо перед Джилл, прикрывая его отступление.

— Трус! — прокричала Джилл и опять засмеялась.

Размахивая мечом, нанося тяжелые удары, едва успевая отбиваться, она преследовала всадника, вставшего на ее пути. Он помчался галопом, спасаясь бегством, так же как и его лорд. Восход перепрыгнул через очередную убитую лошадь, и они выбрались из толпы. В облаке пыли битва разгоралась по кругу. Здесь и там возникали стычки вокруг какого-нибудь лорда, по всему лугу рассредоточились сражающиеся пары. Те, кто был ранен, скакали куда придется. Черная лошадь быстрой рысью уносила Корбина.

— Ублюдок, — прошептала Джилл. — Восход, догоним его?

Гунтер бросился вперед так, будто сам преследовал жертву. Перепрыгивая через трупы, объезжая сражающихся, они мчались через поле, рискуя сломать себе шею на ухабах. Из-за шума сражения Корбин не мог слышать, как они приближались. Когда Восход сделал последний рывок, что-то помимо воли заставило Корбина оглянуться. Он ударил своего коня и в паническом ужасе черной стрелой понесся дальше.

— Стой! — крикнула Джилл. — Трус!

Восход тянулся как мог и старался удержать темп, но силы его были на исходе: вороной ускакал далеко вперед. Заплакав от злости, Джилл отпустила поводья. «Проклятый трус позорно сбежал с поля боя», — думала она. Вдруг вороной взвился на дыбы и тяжело рухнул на землю — стрела, пронзила его горло. Корбин едва успел отскочить, затем поднялся, озираясь в поисках меча. В приступе торжествующего хохота Джилл соскочила с коня и кинулась к нему. Ей показалось, что она заметила Калондериэля, скачущего ей на помощь. Корбин занял боевую позицию, держа наготове меч и щит. Покрытое пылью и потом, его лицо было мертвенно-бледным. Выкрикнув боевой клич, Джилл сделала обманный выпад. Корбин отбил ее удар мечом.

— Ну как, умею я драться или нет? — смеялась Джилл. — Ты должен умереть, Корбин. Надеюсь, тебе известно пророческое предсказание?

Джилл играючи отразила удар, нанесенный Корбином, и отпрыгнула в сторону. Кровь просочилась через кольчугу на его левой руке. Джилл увернулась и отразила ответный удар. С гримасой ненависти, Корбин раненой рукой бросил щит ей в голову. Джилл присела и скользнула вправо. Она нападала, парировала удары, маневрировала до тех пор, пока Корбин не оказался между ней и своей мертвой лошадью. Засуетившись, Корбин споткнулся, и Джилл нанесла легкий удар по лицу, словно поддразнивая противника. Кровь потекла по его щекам.