Чары дракона - Керр Катарина - Страница 94

У Джилл внутри все сжалось и похолодело, но она улыбнулась, просто потому, что он так хотел доставить ей удовольствие.

– Родри, есть одна вещь, которую мы должны обсудить. Как ты знаешь, я начала изучать двеомер и…

– Ну, кто же посмеет тебя останавливать, даже если и обнаружат, чем ты занята? А судя по тому, что говорил Невин, ты в любом случае должна держать это в тайне. Моя любовь, я не понимаю. Единственный человек в мире, который может тебе сказать, что ты можешь и что не можешь делать, – это король, а судя по тому, что мне говорил Невин, король знает, как чертовски полезен может быть двеомер.

– Меня беспокоит другое. Время.

Он, моргая, уставился на неё.

– Мне потребуется много свободных часов, чтобы заниматься этой работой. Время и уединение, где я могу сконцентрироваться. Время, когда на меня не наваливается необходимость развлекать твоих гостей, и когда пажи не прибегают, чтобы спросить, какой сорт хлеба ставить на стол, и всякую подобную ерунду.

– Понимаю. – Родри долго размышлял, пожёвывая нижнюю губу. – В таком случае, нам придётся обеспечить тебе уединение, например в вечерние часы, после ужина. Вначале это может быть трудно, любовь моя, но достаточно скоро все установится, в особенности в зимние месяцы.

Джилл хотела кричать, орать на него: этого недостаточно! Но прикусила язык и не произнесла гневных слов, потому что знала: после того, как она начнёт говорить ей будет не остановиться, и слова неизбежно приведут к решению, которое она отказывалась принять. «Я не брошу Родри, не брошу!» Она повторяла это про себя снова и снова, как молитву Богине. В золотом свете лампы он выглядел таким красивым! Теперь он улыбался ей, он весь светился гордостью, потому что наконец получил своё, а её любовь к Родри разрасталась и обволакивала её, пока не показалось, что Джилл просто умрёт без него.

Тем же вечером, когда Тевилла укладывала Родду спать, Каллин взобрался на узкий выступ, тянущийся вокруг стен дана Аберуин, и прислонился к зубцу, чтобы насладиться видом. Далеко на западе последние солнечные лучи освещали поля и фермы, в то время как внизу, в гавани на юге волны накатывались на берег и казались серебряными в угасающем свете дня. Хотя вечер был прохладным и Каллин завернулся в хороший шерстяной плащ, он не страдал от холода. Вскоре придёт весна и начнётся период навигации. Каллин задумался, сможет ли регентша терпеливо ждать Невина, выдержит ли ожидание или отправит галеру с военными моряками через Южное море. Если это произойдёт, то Каллин намеревался отплыть на ней, несмотря на то, что ему будет больно оставить дома жену.

– Каллин! Можно с тобой поговорить?

Он повернулся, посмотрел вниз и внизу лестницы увидел Адерина и Калондериэля.

– Конечно, мой господин, в любое время.

Подвижный, как юный паж, старик поднялся наверх, а эльфийский военачальник следовал прямо за ним. Когда Адерин понюхал воздух и поднял вверх палец, чтобы проверить направление ветра, Каллин вспомнил (хотя и предпочёл бы это забыть), что мастер двеомера может превратиться в огромную серебристую сову и улететь, если у него возникнет такое желание.

– У меня есть новости, – объявил Адерин. – Из надёжного источника. Гвербрет Блейн из Пекля находится на пути в Элдис.

– Кузен Родри? – переспросил Каллин. – Так, это интересно.

– Более чем интересно. Завтра он покидает Кермор на корабле, направляясь в Абернауд. Я хочу встретить его там и отправить назад. С точки зрения теперешней политической ситуации, не очень хорошо, если он прямо сейчас войдёт в Аберуин.

– Дарил и Гваррик неправильно это истолкуют. Скорее всего, они продумают, что он – шпион короля, и очень болезненно это воспримут.

– Вот именно, в особенности, раз у Блейна с собой боевой отряд. И ещё одно: когда Родри доберётся домой, вероятно, будет лучше, если он встанет на причал в Абернауде или даже в какой-нибудь тихой маленькой гавани вроде Морлина, а не прямо заплывёт в осиное гнездо. Что приводит меня к главному вопросу. Я вот думал, не отправишься ли ты со мной? Нам также необходимо взять с собой остальных людей Родри, если позволит регентша. Они нам могут потребоваться.

– Можем и взять. Я, конечно, тоже поеду, если позволит госпожа. – Каллин повернулся к Калондериэлю. – Но я не вполне понимаю, что же делать с тобой в наше отсутствие. Может, стоит тебя запереть? Моя жена говорит, что девушка по имени Гломер находит тебя слишком привлекательным, и это навряд ли пойдёт ей на пользу.

– У малышки отменный вкус. – Калондериэль улыбнулся Каллину. – Я поеду с вами. Я знаю: весь Абернауд будет визжать при виде меня, но я хочу поприветствовать Родри, когда он ступит на берег. Подумай об эффекте: представитель эльфов приветствует Родри, как гвербрета и союзника.

Каллин присвистнул себе под нос.

– И впрямь эффектно, – сказал Адерин и его голос звучал до странного мрачно. – Ну, в любом случае, это все – только если Родри ступит на берег. Я молюсь всем богам, чтобы появился какой-то надёжный способ передавать послания через этот проклятый океан. Мне придётся что-то придумать. Блейн захочет знать, где его кузен, да и гвербрет – не тот человек, которого можно заставлять ждать.

Хотя Блейн знал, что путешествовать инкогнито невозможно для человека его ранга и известности, он постарался, чтобы его прибытие в Элдис прошло относительно тихо. По указу короля в мирное время любой человек имел право отправиться куда угодно в пределах королевства по своему желанию, независимо от того, кем он является: простолюдином или гвербретом; но на практике гвербреты оказывались значительно более ограничены в передвижениях, нежели простолюдины, в особенности если брали с собой почётную стражу из двадцати пяти человек. У Блейна не было желания обижать Кередика, гвербрета Абернауда, приводя с собой вооружённых людей в его владения. С другой стороны, он отказался путешествовать без них, потому что не мог предсказать, какая встреча ожидает его в Аберуине. Если Родри на самом деле мёртв, то Блейну потребуется очень быстро покинуть Элдис, и кто-то вполне может броситься за ним в погоню. Задолго до отъезда из Керрмора он отправил посыльного к Кередику, чтобы дать ясно понять: Блейн не ожидает никаких церемоний и помпезной встречи и остановится в Абернауде только на короткое время, в дане своего кузена, лорда Сибира, который проживает примерно в двух милях от самого города.

Поэтому Блейн удивился, увидев небольшую толпу людей, очевидно, солдат, которые ждали, пока судно встанет у главного причала Абернауда. Ещё больше он удивился, когда понял, что у них на одежде вышит красный лев – знак дана Гвербин. Вместе со своим капитаном, Комином, который следовал за ним, Блейн прошёл на нос корабля, в то время как моряки привязывали судно к швартовым тумбам.

– Это Каллин из Керрмора, не так ли? – заметил Блейн.

– Не знаю, ваша светлость. Я никогда с ним не встречался.

– А-а. А я встречался и готов поклясться: это он. Конечно, стал гораздо старше, чем в последний раз, когда я его видел. Теперь он служит капитаном у тьерины Ловиан. Что он здесь делает?

Тайна была открыта, когда гвербрет сошёл на берег и Каллин поспешил вперёд и поклонился ему.

– Рад видеть вас, ваша светлость. Меня отправил друг Невина, чтобы встретить вас.

Снова колдовство. Блейн вздохнул. На самом деле, он уже почти привык к мысли, что без колдовства никак не обойтись.

– Хорошо, капитан. А где друг Невина?

– Остановился в гостинице в городе, ваша светлость. Ждёт, когда у вас найдётся время поговорить с ним.

– Это лучше сделать как можно скорее. Я собираюсь останавливаться у моего кузена лорда Сибира, по северной дороге. Отправляйся за своим колдуном, капитан, и приводи его ко мне… – Блейн сделал паузу, глядя вверх, чтобы определить положение солнца. – Примерно в полдень. К тому времени мы должны покончить со всеми формальностями.

– Будет сделано. Примите поздравления с рождением сына, если только мне позволено вас поздравить. Посыльный от короля проезжал через Аберуин с новостью примерно три недели назад.