Королева мести - Швейгарт Джоан - Страница 79

Эпилог

Гудрун скиталась целый год, но, в конце концов, нашла свой дом. И к тому времени не осталось ни одного гаута, который не знал бы, что империя гуннов, разделенная между сыновьями Аттилы, потеряла свою силу и начала разрушаться.

Гудрун отчаянно тосковала по Эдеко и часто размышляла о том, как могла бы сложиться их совместная жизнь. Но все же она была счастлива. Вместе с Сунхильдой и своей матерью Гудрун растила дочь в землях бургундов. У Хёгни и Гуннара успели родиться пятеро наследников, поэтому вера Гудрун в возрождение бургундского королевства воспряла с новой силой. В то же время ее народ приобрел навыки письма, которым Гудрун быстро научилась. Она умерла в мире, вскоре после завершения повествования о смерти Сигурда, о своем исцелении в землях франков и заключении в городе Аттилы.

К сожалению, Гудрун не дожила нескольких лет до победоносного похода Одоакра, сына Эдеко, на Западную империю. Одоакр стал первым императором из варваров. Это событие завершило падение Рима.

Примечание автора

Роман основан на песнях о Сигурде и Гудрун, известных читателю по «Старшей Эдде», и на истории германских и гуннских племен периода правления Аттилы. Легенды и история часто переплетаются друг с другом, а там, где этой связи недоставало, я взяла на себя смелость ее создать.

Послесловие редакции

Дорогой читатель!

Как и вы, мы с удовольствием прочитали роман Джоан Швейгарт, а, перевернув последнюю страницу, как и вы, наверное, задумались о том, что же именно автор взяла из исторических источников, а что додумала сама. Чтобы облегчить вам поиск, мы приводим ниже краткий исторический комментарий к «Песне о Нибелунгах» и краткое содержание этого произведения, откуда взяты все персонажи романа.

«Песнь о Нибелунгах» — история произведения

«Песнь о Нибелунгах» дошла до нас в десяти рукописях XIII–XVI веков и многих отрывках.

В новое время она стала известна с середины XVIII века: в 1757 году Бодмер издал последнюю часть Нибелунгов вместе с так называемой Жалобой (Klage) — небольшой лирической поэмой, написанной двустишиями и повествующей о том, как Этцель, Дитрих с Гильдебрандом, семья и люди Рюдигера и другие оплакивали павших (Chrimhildens Bache и die Klage, Zwei Heldengedichte etc., Цюрих). В 1782 году К.Г.Мюллер (Myller) издал полный текст Нибелунгов, но без всякой попытки к ученой критике и разбору. С начала XIX столетия появляются характеристики и разборы поэмы; один из переводчиков, Ф. Д. Гаген, уже в 1810 году стремится дать критическое ее издание, с разночтениями.

Честь первого строго научного исследования нибелунгов принадлежит К. Лахману. Горячий приверженец теории Вольфа в гомеровском вопросе, убежденный, что народные песни сами по себе — верх художественности, что их портят и разбавляют водой поздние поэты-собиратели, Лахман задался мыслью отделить в Нибелунгах подлинные песни от позднейших добавлений. Материалом для этого послужил тщательный анализ текста Нибелунгов. Из трех древнейших (XIII века) пергаментных рукописей каждая представляет особую редакцию: одна (гогенемская, ныне мюнхенская, — А) значительно короче всех других; другая (санкт-галленская, — В; в ней, как и в А, поэма называется Der Nibelunge Not — «Горе Нибелунгов»), к которой примыкает большинство рукописей позднейших и которая поэтому может считаться вульгарной, стоит в этом отношении посредине; третья (прежде тоже гогенемская, ныне в Донауэшингене, — С, Der Nibelunge Lied — «Песнь о Нибелунгах») представляет текст наиболее пространный. Лахман заключает, что А ближе всего к песням, а В и С — ее позднейшие распространения. С помощью приемов, несомненно остроумных, но иногда искусственных, из 2316 строф рукописи А он выбрасывает 745, а остальные 1571 разделяет на 20 песен, которые, по его убеждению, явились на свет между 1190 и 1210 годами (все остальные переделки, до С включительно, произошли в последующее десятилетие). Так как Лахман в то же время разъяснил основу поэмы и определил ее отношение к скандинавским сказаниям о Нифлунгах, то его выводы до 50-х годов считались общепринятыми.

Но в 1851 году обратили внимание на курьезное обстоятельство, скрытое Лахманом: число строф в каждой песне оказалось делимым на 7 — а он был известен как сторонник гептад, в своих работах по истории греческой поэзии. В 1854 году против теории Лахмана выступили независимо друг от друга два германиста: Гольцман (Untersuchungen ueber das Nibelungenlied) и Царнке (Zur Nibelungenfrage). Они отвергли возможность механически соединенных народных песен и пришли к заключению, что С ближе всех к оригиналу, а В и A — его сокращения. Разгоралась полемика (имевшая, кроме специального, весьма важное общее значение: речь шла об участии личности в создании памятников народной поэзии), так как на защиту теории Лахмана выступил его ученик Мюлленгоф (Zur Geschichte das Nibelunge па ot, 1855).

В 1865 году появилось исследование Барча (Untersuchungen ueber das Nibelungenlied), который, приняв остроумную догадку Пфейфера, что автором «Песни» был австрийский рыцарь Кюренбергер, писавший размером «Песни», отнес создание поэмы к 1150 году, а первую ее переделку — приблизительно к 1170. Из нее вышли независимо В и С; А же есть только плохое сокращение популярного текста В, который и должно класть в основу издания.

Новейшие исследователи сходятся во мнении о том, что первоначальную редакции поэмы в настоящее время восстановить невозможно, а следует стремиться к ее историческому объяснению и выделению разнообразных элементов, из которых сложил эту поэму единый автор; в настоящем своем виде поэма предназначалась не для пения, а для чтения в придворных кругах Австрии.

Сюжет поэмы построен на основе «Сказания о Нибелунгах», которое сложилось в эпоху переселения народов в землю прирейнских франков. Он состоит из двух несходных элементов. Первый — древнегерманская героическая сага (по мнению большинства, миф) о Зигфриде — убийце дракона, освободителе вещей девы Брунгильды, который попадает во власть злых братьев и теряет сокровище, невесту и саму жизнь. Вторая составляющая — историческая сага о гибели бургундского королевского дома в 437 году, в битве с гуннами Аттилы (Этцеля). В 453 году между немецкими племенами распространяется слух о смерти страшного завоевателя в ночь его брака с Гильдико, которую народный голос считает виновницей смерти мужа. Начинают искать мотив для этого деяния — и находят его в событии 437 года. В результате появляется сага о том, как Аттила, муж бургундской принцессы Гильдико, убивает ее братьев, королей Гундахари, Годомара и Гизлахари, и гибнет от руки их мстительной сестры, которая прежде была женой трагически погибшего Зигфрида. Как в убийстве Зигфрида, так и в гибели братьев Гильдико роковую роль играет сокровище, добытое ранее Зигфридом и потом возбудившее жадность Аттилы.

В этом слитном виде сказание рано распространяется по всем землям немецкого языка и уже в конце VI века (по мнению иных — в VIII) через саксов проникает в Скандинавию. Здесь оно подвергается переделке, воспринимает в себя кое-что из туземных сказаний о Гельге, убийце Гундинга, и становится предметом песен Эдды. После этого с ним сливается готская сага об Эрманрихе, принесенная сюда саксами не позднее VIII столетия.

Еще большим видоизменениям от времени и новых понятий подвергается сказание на материке (в скандинавской редакции менее единства и заметнее спайка), особенно в верхненемецкой редакции. С Зигфрида снимается всякая ответственность за вольно или невольно (вследствие питья забывшего) покинутую им Брунгильду; радикально изменяется обстановка его ранней юности (королевский двор вместо одиночества в диком лесу); Аттила отодвигается на задний план и освобождается от упрека в жадности; мстительницей является его жена, и мстит она не за братьев, а братьям за первого мужа; вставляются новые эпизоды и лица (например, Рюдигер, уже в Австрии), а вместе с тем устанавливается и новая локализация.