Королева мести - Швейгарт Джоан - Страница 17

Регана с горами связывала одна история. Некогда у богов был огромный сундук с золотом, которого там лежало больше, чем кто-либо когда-нибудь видел. Однажды они проиграли этот сундук в кости отцу Регана, Хицмару. Зная о том, что боги коварны и не успокоятся до тех пор, пока не вернут свои сокровища, Хицмар тщательнейшим образом их спрятал. Он решил поместить их в озеро под большим водопадом, который низвергался с обратной стороны холма, где Хицмар жил с Реганом и другими своими сыновьями. Он велел Андвари, младшему брату Регана, превратиться в щуку, чтобы присматривать за золотом. Это поручение стало подарком для Андвари. Гномы любили принимать обличия животных, чтобы ощутить их звериную радость. А на свете нет высшей радости, чем восторг рыбы, проплававшей весь день и всю ночь и не отягощавшей себя ни единой мыслью. Но Андвари нельзя было терять бдительности. Так же как и боги, становившиеся уязвимыми в человеческих телах, гномы рисковали потерять свое долголетие в образе животных. Однако золото долгие годы пребывало в безопасности, а Андвари полюбил свой подводный дом даже больше, чем родной, на холме.

И вот однажды вечером, когда брат Регана От превратился в выдру, чтобы навестить Андвари в озере, злодей Локи заметил, как тот выходил из дома, и проследил за ним до озера. Услышав, как От и Андвари беседуют о золоте, Локи тут же обернулся человеком, бросил камень в Ота, попал между глаз и убил его. Затем он отнес тело Ота в образе выдры туда, где собрались другие боги, чтобы обсудить свои дела. Там он рассказал, как проведал, где находится золото, и боги придумали план.

Тем же вечером несколько богов приняли образ людей и отправились с Локи к дому на холме, в котором жил Хицмар. В то время сам Хицмар, Реган и Фафнер, третий брат Регана, находились внутри. Боги показали Хицмару мертвое тело Ота и сказали, что вернут его к жизни только взамен на взятое у них золото. Но Хицмар был слишком жаден… Он догадался, что боги проследили за Отом. Теперь он боялся, что Андвари перепрячет сокровище в другое место. Хицмар давно уже скучал по золоту, которое Андвари унес в озеро. Что толку в сокровище, если он не мог им наслаждаться? И у Хицмара возник собственный план. Он сказал богам, что без Ота он как-нибудь проживет, а вот с золотом расставаться не станет. И коли боги убили его сына, то теперь должны заплатить за его смерть. Если боги вернут золото и пообещают больше никогда не пытаться снова его отобрать, то этого будет достаточно. Под руководством Хицмара Реган и Фафнер связали богов, пока те были в человеческом обличье. Свободным оставили только Локи, которого отправили к озеру, чтобы он заново отыскал золото. Ему поставили условие: если он не найдет золото, то боги останутся связанными навсегда.

Локи всю ночь сидел возле водопада, забрасывая сети и стараясь поймать щуку Андвари. Наконец, изловив Андвари, Локи пригрозил, что убьет его и проглотит целиком, если тот не покажет, где лежит сундук с драгоценностями. Андвари же настолько свыкся с образом рыбы, что не было ему теперь дела ни до богов, ни до золота. Он показал Локи, где нырять. И как только Локи его освободил, Андвари, смеясь, выскочил из воды и проклял золотой клад. Теперь золото несло неминуемую смерть всем своим обладателям, за исключением гномов, к которым Андвари еще питал теплые чувства.

Локи вернулся в дом на холме и под пристальными взглядами Регана, Фафнера и Хицмара выложил весь клад, предмет за предметом, из сундука на мертвое тело Ота. Потом он рассказал Хицмару и его сыновьям о проклятье Андвари и уверил в том, что он сам и другие боги сдержат обещание, поскольку проклятое золото им не нужно. Тогда Хицмар отпустил богов. После того, как они ушли, Хицмар сказал сыновьям, что сам перепрячет золото в известное только ему место. Реган и Фафнер вступили с ним в спор. Раз уж боги оставили им сокровища в качестве платы за смерть Ота, то им — как братьям — тоже причиталась его часть. Но Хицмар не стал слушать сыновей и, сложив все золото обратно в сундук, превратился в огромного черного медведя, чтобы уволочь сундук за собой. Однако не успел он взяться за сундук, как Фафнер обнажил свой меч…

Пока Реган орошал слезами тело погибшего отца, Фафнер унес сундук с золотом. И когда Реган заметил его отсутствие, тог уже спускался с холма. Мало того, он превратился в большого дракона, что было трудно даже для гнома, и мощными шагами сотрясал землю, удаляясь вместе с сундуком в сторону гор.

— Не могу в это поверить, Сигурд, — промолвила я. — Ты хочешь сказать, что вы с Реганом собираетесь разыскать золото, которое было проклято?

— Проклятье гнома не похоже на проклятье богов. Реган утверждает, что со временем оно теряет свою силу.

— А как же дракон? Фафнер? Он-то не потерял своей силы. Я слышала, как люди говорили, что видели в тех горах дым и языки пламени.

Сигурд молча теребил маленький железный молот, уменьшенную копню молота Тора, висевший на цепочке у него на шее. В его глазах мелькали хитрые искорки, и, вероятно, чтобы скрыть их от меня, он опустил голову.

— Реган говорит, что мы, он и я, вместе сможем одолеть дракона. Реган теперь стар и слаб и уже не так могуществен, как во времена начала мира. Но ум у него по-прежнему острее и изворотливее, чем у всех нас.

Я поднялась с камня.

— «Реган сказал это, Реган сказал то». Ты всегда веришь тому, что говорит тебе этот гном. Но откуда тебе знать, есть ли там вообще золото? Ведь единственное доказательство его существования — слова Регана. Если оно существует на самом деле, почему никто до сих пор его не нашел? Реган наверняка рассказывал эту историю уже очень многим.

— Гудрун, ты меня удивляешь! Что ты говоришь! Ты, так же как и я, знаешь, что не найдется ни одного гаута, настолько бесчестного, чтобы… А Реган — единственный, кому по праву…

— А дракон? Может ли Реган быть хитрее гнома-дракона, который все эти годы только и делал, что обдумывал способы уничтожения своих противников? Не говори мне больше ни слова о россказнях Регана. Нам и так есть о чем подумать здесь, в тени высоких гор. О римлянах, которым мы должны платить подать, чтобы жить в мире. И о гуннах, которые всегда хотят войны.

— Ты просто поражаешь меня, — покачал головой Сигурд. — Наверное, ты действительно изменилась. В Вормсе мои планы часто смущали тебя, но я никогда не думал, что ты выступишь против меня, как сделала сейчас.

Я упала перед ним на колени.

— Ни один из твоих планов еще не был так опасен, как этот, Сигурд. В детстве я вздрагивала всякий раз, когда Реган заговаривал о золоте и драконе. Наверное, я чувствовала, что придет день, и он втянет тебя в свою историю. Я этого не переживу. Если я тебя потеряю…

Сигурд соскользнул с камня, взял мои руки и тоже встал на колени.

— Умоляю, выслушай меня, Гудрун. Реган чувствует, что конец его близок. Он видит это во снах, в различных знаках… Кроме него и Фафнера, который тоже скоро скончается, на земле, наверное, больше не осталось ни одного гнома. И для того, чтобы умереть в покое и получить шанс попасть в Валгаллу, Реган должен отомстить за смерть отца. Он твердо настроен на это, уверяю тебя. Реган отправится в горы, со мной или без меня. Только он сам слишком слаб, чтобы убить дракона, оставаясь в теле человека, и слишком стар, чтобы превратиться в кого-то другого. Я должен пойти с ним. Хоть он и безобиден и никогда в жизни не брал в руки оружия, именно по его советам я развивал мастерство владения мечом. А благодаря его воспоминаниям о том, как он превращался в животных, я умею становиться сильным, как медведь, быстрым, как лиса, и бесшумным, как ястреб. Ты говоришь, что черпаешь во мне свою отвагу. А я черпаю свою — в нем. И я должен ему помочь.

Слушая Сигурда, я пообещала себе не произносить ни слова, чтобы больше не спорить с ним, решив, что лучше потерять его самого, чем его любовь. Но стоило ему закончить, как мой рот сам собой открылся, и все мои намерения рассыпались в прах.