Последнее прощение - Келлс Сюзанна - Страница 57

Эбенизер Слайз пришел в восторг, увидев, как от взрыва склада боеприпасов рухнула сторожевая башня. Вот о чем он молился! Когда кто-то предложил подложить мину под некоторые из укреплений замка, лорд Этелдин ответил отказом. Это-де недостойный метод войны: нужно предупредить гарнизон о взрыве и дать время вывести людей из опасного места. Эбенизер не был так щепетилен. Обломки рушившейся сторожевой башни, принесшие смерть в замок Лэзен, горячили его кровь. Это месть Господня, властная рука Всемогущего, опустившаяся на землю. Бог был воистину велик!

Знамена парламентаристов под крики «ура» устремились вперед. Пожар отражался в мечах, пиках, шлемах. А впереди плыли флаги с цитатами из Священного Писания. Эбенизер улыбнулся Сэмьюэлу Скэммеллу и громко сказал:

— Бог силен в сражении.

— Воистину, воистину. — Скэммелл не верил своим глазам, перед которыми открылось зрелище клокочущей ямы, извергавшей в небо огонь и дым.

— Аминь.

Первые знамена круглоголовых пробивались сквозь старый пролом в стене и углублялись в огород, откуда поворачивали налево к Старому дому. Эбенизер пришпорил лошадь.

— Поехали, брат Скэммелл. Мы овладеем вашей невестой!

Скэммелл, спотыкаясь, устремился вперед, неуклюже переставляя ноги, и чуть не запнулся о собственный меч. Они тронулись туда, где слышались крики и звон металла.

Полковник Вашингтон ослеп, осколки камней повредили ему глаза, и он стал совершенно беспомощен. Он сидел с залитым кровью лицом и прислушивался к топоту вражеских ног во дворе.

Тоби, прорывавшийся сквозь коридоры Старого дома, встретил первого противника в прачечной. К Лэзену Тоби относился так же, как и его мать. Это был его дом, гнездо Лэзендеров, и ярость придала ему силы. Сначала один, потом другой солдат пали от его меча, и их окровавленные тела полетели в каменный желоб, где стирали белье. Рядом с ним Джеймс Райт орудовал топором, молча с ужасающей эффективностью зарубив двоих.

«Лэзендер! Лэзендер!» Тоби бросил свой боевой клич, выводя людей на пылающий двор. Он лишь мельком успел заметить поврежденный падавшими камнями дом, а потом его чуть не сбили с ног круглоголовые. Рядом с ними увидел флаг с цитатой из Второй Книги Царств: «Круши их острием меча». И Тоби крушил. Охваченный яростью и ненавистью, он зарубил знаменосца и воткнул меч в живот офицеру, попытавшемуся подхватить падавший флаг. Оказавшийся поблизости Джеймс Райт орудовал топором, поблескивавшим в свете пожара.

«Лэзендер! Лэзендер!»

На них направили острия пик. С пятнадцатифутовым оружием в руках круглоголовые чувствовали себя уверенно, и Тоби бессмысленно бил по древкам со стальными наконечниками. Как только он отбрасывал одну пику, ее место занимала другая и вновь норовила проткнуть.

— Назад, Тоби! — Джеймс Райт забыл о ранге и помнил лишь друга детства, с которым играл у ручья в лесу. — Назад!

— Будь они прокляты!

Он рубанул мечом, услышал, как тот зазвенел, ударившись об острие пики, увидел еще одну, а потом и ослепительную вспышку мушкетного выстрела.

Тоби словно обожгло — такой сильной была боль. Он выронил оружие. Пики нависали над ним, и Тоби не удержался на ногах. Джеймс Райт попытался подхватить его и оттащить, но круглоголовые не давали передышки. Пришлось отступить, ища спасения в лабиринте комнат Старого дома.

Тоби застонал, перевернулся, попытался привстать, но сверкнул меч, и левую руку пронзила страшная боль. Он вскрикнул, упал назад, и вражеские сапоги затоптали бесчувственное тело. Как и многие другие, замок Лэзен пал жертвой предательства.

— Смелее! — приказала леди Маргарет собравшимся в галерее женщинам. — Смелее!

Она положила мушкетон на стоявший рядом столик, но Кэмпион заметила, что оружие не заряжено.

Из сада доносилась пальба. Инид завизжала, вынудив леди Маргарет гневно обернуться.

— Тихо!

Крики победителей эхом разносились по всему замку. Бойня почти завершилась. Защитников замка брали в плен, отнимали у них все ценное и гнали к конюшне, где двое предателей радостно приветствовали своих соратников. Один человек из роты капитана Тагвелла сорвал с себя кожаную куртку и попытался переплыть ров. Стоя у окна длинной галереи, Кэмпион наблюдала, как круглоголовые помчались к берегу. Они вытащили из-за пояса пистолеты, чтобы поупражняться в стрельбе по живой мишени. По серой воде расплылось красное пятно. Часть атакующих ломилась в церковь. Кэмпион знала, что будет дальше: они сломают ограду вокруг алтаря, сочтя ее папистской, и выволокут огромный тяжелый алтарь на середину церкви. Когда украшения будут уничтожены или обезображены, дом сочтут достойным Бога.

— Кэмпион! Ты будешь находиться рядом со мной! — властно приказала леди Маргарет. — Инид! Тихо! Мне бы не хотелось рассказывать твоей матери, что ты проявила слабость. Стой там, Кэмпион!

Кэролайн, все еще в ночной рубашке, поверх которой она набросила накидку, стояла по правую руку от матери, Кэмпион же слева от леди Маргарет. Леди Маргарет положила руку Кэмпион на плечо.

— Они не тронут тебя, дитя. Я об этом позабочусь. Фамилия Лэзендер кое-что значит даже для этого отребья.

Снова крики, теперь уже ближе, треск мушкетной стрельбы. В замке залаяли собаки. Солдаты смеялись. В кухне раздался чей-то визг. В длинной галерее после взрыва стоял едкий запах. В Старом доме победители срывали занавески, раздирали постельное белье, палили из мушкетов по мебели и картинам.

Кэмпион была перепугана, но не осмеливалась этого показать. Хватаясь за соломинку, она гадала, как поведет себя Эбенизер. Ведь он все-таки ее брат.

Милдред, у которой шерсть на спине стала дыбом, появилась из дверей галереи и бросилась прямо к своей хозяйке. Кэмпион подняла кошку и прижала к груди, ощутив прикосновение печати. Левой рукой девушка стащила ее через голову и замешкалась, не видя места, куда бы ее можно было спрятать. На всякий случай она опустила ее за лиф платья, туда, где белый полотняный корсаж туго обхватывал талию. Печать. Это она навлекла весь этот кошмар на Лэзен. Кэмпион не знала, где Тоби. В то утро у нее не было времени помолиться за него.

На громадной мраморной лестнице раздались громкие шаги, и Кэмпион отчаянно захотелось, чтобы это был Тоби. Она подумала, не лучше ли ей убежать, спрятаться, ускользнуть в суматохе, но сделать это она хотела только вместе с любимым.

В длинной галерее появился капитан Тагвелл. Он остановился, глядя на женщин, и выронил шпагу. Правая рука была окровавлена.

— Благодарение, Богу, вы не пострадали!

— Мы действительно благодарим Его, капитан. Что произошло?

Однако отвечать было некогда. На лестнице послышались новые шаги, на сей раз нескольких человек, и капитан повернулся к распахнутой двери. Его шпага взмыла вверх, задрожала, а потом медленно опустилась. В глазах Тагвелла застыла покорность. Миг, которого Кэмпион так страшилась, наступил.

В галерею вошли четыре человека. Под нагрудниками у них были кожаные куртки, талии перевязаны ярко-оранжевыми парламентскими поясами. Неразличимые в полумраке лица за стальными прутьями шлемов обратились в сторону женщин, потом все как одно к капитану Тагвеллу. Его разоружили и вытолкнули вон. Офицер с обнаженной шпагой направился к женщинам. Его сапоги громко стучали по разноцветным плиткам.

— Леди Маргарет Лэзендер?

— Это я.

Кэмпион почувствовала, как напряглась мать Тоби. Человек остановился. Он взял шлем за стальную решетку и, потянув назад, снял с головы. На темных волосах отпечатался след от кожаного подшлемника. Этого человека Кэмпион прежде никогда не видела.

— Меня зовут полковник Фуллер. Насколько я понимаю, вы сдаете мне замок?

— Это решать моему мужу. Я не буду столь самонадеянной.

Полковник Фуллер нахмурился. Он не ожидал такого ответа.

— Замок взят.

— Должно быть, если вы так говорите. Надеюсь, даже повстанец позаботится о безопасности женщин?

Фуллер снова нахмурился.

— Я не воюю с женщинами.