Шагающая смерть - Кейт Уильям - Страница 99

Между тем пехота роты С продолжала вести огонь, оттесняя понемногу толпу. Почему на уорстрайдерах не устанавливают звуковые станнеры? Даже флеймеры были бы лучше, чем ничего. Бесчувственные тела уже вповалку лежали на мостовой. Левое крыло толпы заколебалось, как огромный испуганный зверь, не желая ни двинуться вперед, ни отступить. Вопрос состоял в том, разбегутся ли все эти люди до того, как у пехотинцев кончится энергия.

Справа от Дэва мелькнуло что-то яркое. Он повернулся – новая опасность: группа молодых людей обошла правый фланг гвардейцев и ринулась на ведущих огонь пехотинцев. Отчаянная рукопашная схватка, грозившая перерасти в нечто большее.

А нападавших становилось все больше, они были повсюду, тесня гвардейцев.

– Рота С, отойти! – скомандовал Дэв. Те, кто мог, отступили. Другие продолжали сражаться в окружении бунтовщиков. Благодаря огромному численному превосходству последние свалили нескольких солдат на землю и разоружили их.

– Правое крыло, уорстрайдеры, вперед!

Каждый «Скаут» и «Скороход» были вдвое выше человека. Они шли медленно, неумолимо раздвигая толпу. Как бы отчаянно ни были настроены бунтовщики, лишь немногие могли стоять на месте перед приближающимся 20-тонным чудовищем. Дэв заметил, что «Скаут» Бев Шнайдер и «Скороход» Кенича врезались в человеческое море. Решимость толпы была сломлена, демонстранты стали поворачиваться и отступать в сторону Зала Гильдии.

На их пути оказался «Призрак» Дуарте. Несколько человек вскарабкались на фюзеляж, цепляясь за скобы на корпусе. Не обращая внимание на окровавленное тело полковника, они упорно стремились к заляпанному, в красных пятнах знамени, все еще свисавшему с мачты. Муирден попытался сбросить наглецов, поворачивая машину, но их было слишком много. Даже уорстрайдер можно победить, в данном случае числом и решимостью. Дэв видел, как LaG-42 качнулся, а затем заметно накренился – целая сотня бунтовщиков пыталась опрокинуть машину, уперевшись в ее ноги.

Развернувшись, Дэв двинулся вперед, разрезая толпу, погружаясь в нее подобно тому, как нож режет масло. Стоял оглушающий шум, рев многих тысяч людей заполнял весь объем громадного купола. Взяв в качестве мишени «Призрак», Камерон выстрелил еще одну дымовую гранату. Она взорвалась, ударившись о корпус LaG-42, едкие клубы белого дыма вызвали панику у атакующих, и они посыпались на землю, а некоторые и на своих товарищей. Другие отпрянули назад при приближении машины Дэва – жуткой голубоватой тени в тумане, который, поднимаясь с земли постепенно окутал все.

Один отважный молодой человек уцепился за башню «Призрака», все еще пытаясь стащить зеленое знамя. На его лице была газовая маска, и он не обращал внимания на дым. Дэв решил, что, возможно, это один из лидеров бунта. Быстрым, но мягким движением, Камерон протянул левую руку, пошевелив дюраллоевыми пальцами. Парень, наполовину ослепленный дымом, не заметил приближения уорстрайдера, но услышал что-то и обернулся. Глаза его за прозрачной маской расширились от страха. Дэв осторожно, но твердо схватил его за талию и снял с корпуса «Призрака», как кузнечика с травинки. Мужчина кричал и сопротивлялся, яростно размахивая руками и суча ногами, но Камерон легко повернул его вниз головой и поднял над толпой.

– Спасибо, лейтенант, – тяжело проговорил Муирден. Теперь, освободившись от нападавших, «Призрак» повернулся и осторожно отступил. – Я чист.

– Отойти назад, – сказал Дэв. – Всем подразделениям медленно отойти назад! Дайте им место!

Шум стал потихоньку затихать, толпа успокаивалась, словно внезапно у нее изменилось настроение. Люди, стоящие поодаль от основной массы, стали отступать и разбредаться. Газ-транквилизатор оказал свое действие.

– ВОКОГ, – вызвал Дэв, переключаясь на командную частоту, – ВОКОГ, это командир Голубых Улан.

– Продолжайте, Улан, – прозвучал голос в голове Камерона. – Мы следим за развитием ситуации.

Он догадывался, что так и будет.

– Вас понял. ДУ-30 начинают действовать. Нам нужна медицинская помощь, срочно.

– Принято, Голубой Улан. Медики уже в пути.

Эффект газа-транквилизатора проявлялся по-разному в зависимости от возраста, физического состояния, массы жертвы. Мгновенно действующий «газ-нокаут», столь популярный в ВИР-постановках, попросту не существовал, ведь то, что способно лишить сознания здорового, крепкого мужчину, вполне может убить девяностолетнего старика или ребенка. Газ-транквилизатор не лишал людей сознания. Он воздействовал на рецепторы мозга и центральную нервную систему, блокируя возбуждение, замедляя мысли и память, а иногда и нарушая двигательные реакции.

В результате, большая часть бунтовщиков забыла о том, что они сердиты. Эти люди бродили туда-сюда, ошеломленные, изумленные, потерянные. Некоторые страдали амнезией. Другие потеряли сознание и свалились на тротуар или же отреагировали неожиданно, поддавшись панике или истерии. Несколько человек лежали на земле, беспомощно дергаясь или судорожно вздрагивая, как будто в конвульсиях.

Дэв почувствовал, как в нем поднимается темная и мучительная волна боли. Определенно будут жертвы. Проклятие, когда орды кричащих безоружных граждан атакуют шеренгу пехоты или боевые машины, то жертвы должны быть! Он пытался свести их к минимуму, но…

Камерон просканировал растворяющуюся толпу, выискивая детей, которых заприметил ранее. Им, возможно, тоже понадобится помощь. От этого газа существовал антидот, но давать его нужно очень быстро. Где же медики?

– Нам следует помочь этим людям. Уберите оружие и подойдите к ним.

Те, кто бились в конвульсиях, могли проглотить язык или повредить голову, другие, заваленные своими товарищами после применения станнеров, вполне могли задохнуться. Подняв глаза, Дэв увидел, что до сих пор держит в руке тело бунтовщика, штурмовавшего LaG-42. Сейчас он напоминал тряпичную куклу – лишился сознания. Камерон осторожно опустил его на землю.

– Сержант Брюнер.

Сержант подбежал к машине и отдал честь.

– Да, сэр!

– Позаботьтесь об этом человеке. Думаю, он один из руководителей. Ребята из безопасности захотят допросить его.

– Да, сэр!

Дэв чувствовал усталость – неизбежное следствие подобных столкновений.

Из всех сражений, которые он провел за свою жизнь, это было одним из труднейших – противостоять мужчинам и женщинам, штатским, по большей части безоружным и при этом решительно настроенным добраться до него и его людей. И ведь ничего нельзя предпринять в ответ. Уорстрайдеры, конечно, чудесные боевые машины, но ведь они просто не предназначены для подобных ситуаций.

Дэву вдруг захотелось отключиться, остановить страйдер, вылезти из него и присоединиться к пехотинцам, которые разбрелись среди жертв, лежащих на мостовой. Однако поступить так он не мог. Приняв на себя командование батальоном он возложил на свои плечи и ответственность, требующую его пребывания здесь, где можно осуществлять связь, принимать распоряжение ВОКОГа, оценивать возможную угрозу.

Где же медики?

Три дня спустя Дэв стоял в офисе губернатора Према и описывал ход стычки в Ассирийском Парке. Вопросы задавал Прем, но в дальнем углу комнаты стоял третий – молчаливый, в алых одеждах – Омигато.

– Итог – двенадцать погибших, – докладывал Камерон, – и около 50 человек, которые нуждаются в госпитализации. – Он бросил взгляд на Омигато, затем пристально посмотрел на Према. – Медицинская помощь от ВОКОГа так и не пришла, Ваше Превосходительство. Я связывался с госпиталем в Винчестере. Они выслали флайеры скорой помощи и врачей-травматологов.

– Хм. Наверное, что-то напутали. Ваши потери?

– Один человек, Ваше Превосходительство. Полковник Дуарте.

– Да, да, конечно. Хороший человек. – Прем вздохнул. – Трудно будет его заменить.

– Ваше Превосходительство, майор Бартон – опытный офицер. – Бартон, командир 1-го батальона рейнджеров, находился сейчас с ротой В на Эриду. – Он будет прекрасной заменой.

– Мм. Как сказать. Честно говоря, я подумывал о замене командира роты А. Ведь полковник Дуарте совмещал две должности после того, как капитан Кох остался здесь. – Но… конечно же капитан Кох не вернется…