Шагающая смерть - Кейт Уильям - Страница 272

Дэв знал это; он был там, также как Катя и Брэнда Ортиз, и многие ученые, военные и корабельные джекеры в эскадре. На поверхности было до чертиков жарко, неуютно, но ему нужно было иметь, по крайней мере, одну руку обнаженной, чтобы принять переводческий комель. И во время последней встречи с Нага под поверхностью Генну Риша, он фактически вышел из безопасности контролируемой среды уорстрайдера, чтобы иметь возможность дотронуться до чужеродного существа, не имея на себе ничего, кроме корабельного костюма и маски.

Он был абсолютно уверен, что имперские и гегемонийские власти намеренно манипулируют данными, чтобы возможность связи с ДалРиссами казалась еще более сложной и опасной, чем на самом Деле. Это была одна из причин, по которой он настаивал на таком количестве телеуправляемых разведчиков. Он хотел войти в систему Алии, как будто абсолютно ничего не знал о планете, ничему не веря и добывая знания независимо от того, что Конфедерация узнала из баз данных Империи или от имперских ученых.

Он начал подозревать, что самым разрушительным оружием, которое каждая из сторон могла применить в войне, были не термоядерные боеголовки, километровой длины корабли-драконы или новые и более мощные уорстрайдеры. Ключевым оружием в любой войне была информация, и Дэв собирался собрать как можно большее количество этой желанной собственности, прежде чем быстро изменявшаяся тактическая ситуация принудит его броситься в бой.

Время шло, и РД-40 преодолели широченную пропасть между собой и чужим миром, сворачивая с прямого курса, чтобы приблизиться к планете с нескольких направлений. На полпути к цели они разделились на две группы, одна из которых продолжала ускоряться, в то время как другая отключила двигатели, готовая начать торможение. После гонки в течение восемнадцати минут первая группа неслась со скоростью примерно шесть сотен километров в секунду, проскакивая между кораблями имперской эскадры так быстро, что только оружие, направляемое высокоскоростными ИИ, имело шансы попасть в них.

Даже на этой скорости, однако, управляемые ИИ сенсоры собирали за короткое время огромное количество информации, направляя ее назад по лазеркому на корабли Конфедерации. Вскоре имперские корабли были изучены достаточно хорошо, чтобы опознать их. Два крейсера класса Йари носили имена «Асагири» и «Нагината»; фрегаты назывались «Хайатэ» и «Реппу». Это были двадцатичетырехтысячетонники класса Араши. Два самых маленьких корабля оказались тысячедвухсоттонными корветами – «Саги» и «Хатукари».

Вспышки обозначили запуски ракет с имперских военных кораблей. Впитывая всю световую и радарную энергию своими нанокамуфлированными корпусами, зонды были почти абсолютно невидимыми для невооруженного глаза и радаров. Однако эта невидимость достигалась недешево. Энергия впитываемая должна уравновешиваться энергией выделяемой. Дистанционные узлы представляли собой четкие инфракрасные цели, и плазменные следы от их двигателей можно было легко отследить.

Имперские ракеты с инфракрасным наведением развивали, по крайней мере, такую же скорость, как и РД-40, или даже больше. Сложность состояла во временной задержке. При расстоянии в шестьсот тысяч километров свет преодолевал пропасть между эскадрой Конфедерации и зондами за две секунды. Визуальной и сенсорной информации, собранной одним из разведчиков, требовалось две секунды, чтобы пройти по лазеркому к пилоту, и еще две секунды уходило на то, чтобы его команды достигли крохотного бортового ИИ, всего четыре секунды… но к этому времени высокоскоростной зонд пролетал почти две тысячи четыреста километров.

Четыре секунды значат немного, когда имеешь дело с десятками тысяч километров пространства. Однако при прямом контакте с боевыми кораблями противника четыре секунды становятся вечностью, фатальной вечностью, когда долями секунд измеряется разница между успешным маневром и попаданием ракет. Когда РД-40 приблизились к ШраРишу, имперские силы на орбите начали реагировать, вначале беспорядочно, но затем растущим огненным шквалом ракет и лазерных лучей.

Телеуправляемые зонды погибли один за другим во вспышках ослепительного света, когда ракеты врезались в свои цели или разрывались на небольшом расстоянии, прошивая тонкие корпуса зондов облаком мелких осколков, в результате чего аппарат превращался в стремительно несущееся облако раскаленных обломков.

Космическая битва у Алии началась. До сих пор в обмене ударами единственными жертвами были пластик, дюрасплав и электроника.

Но с привлечением таких огромных энергий и такого большого количества людей, сражение не могло долго оставаться бескровным.

Глава 14

Дэв оставался подключенным к зондам, слушая, как капитан Дюрье координирует далекий фланг сети телеуправляемых снарядов и работу операторов. Тихие переговоры пилотов перемежались краткими распоряжениями капитана Дюрье.

– Семьдесят два, семьдесят пять, восемьдесят один, это «Облако», – говорил Дюрье. – Отклоняйтесь на три-пять-один плюс ноль-один-один. Дайте приближение на цель Танго-один-девять.

– Понял, «Облако». Семьдесят второй уходит влево и выше. Танго-один-девять на курсе, я на подходе.

– "Гнездо", это Восемьдесят первый. Вас понял. Курс взят, я на подходе.

– Зонд Семьдесят пять, Семьдесят пять, на связи «Облако». Вы меня слышите?

– "Гнездо", это Семьдесят пятый! У меня три Игорь-Катя заходят по вектору! Не знаю, смогу ли уклониться!

– Семьдесят пятый, «Облако», вас поняли. Поддерживайте полное g и уходите вправо на ноль-пять-один плюс ноль-семь-три.

– "Гнездо", Семьдесят пятый! Не могу оторваться! Они на хвосте! Я не могу!

– Зонд Семьдесят пять уничтожен, – звучно и неспешно сообщил голос ИИ «Орла».

В двух световых секундах один из зондов только что был разрушен, в то время как где-то на борту одного из кораблей Конфедерации пилот, подключенный к зонду, отсеченный от своего подопечного, пробуждался в модуле ВИРкома. Дэв проверил инвентарный список и увидел, что потеряно уже двадцать восемь зондов дистанционного управления.

Но в целом операция удалась. Через пятнадцать минут вторая группа зондов, которая сейчас замедлялась до скоростей всего лишь в несколько километров в секунду, приблизится к ШраРишу и начнет в точных деталях картографировать мир. Остальные либо огибали ШраРиш и выходили за пределы досягаемости имперской эскадры, либо превращались из картографических снарядов в противокорабельные ракеты.

Шансы такого дистанционного зонда достигнуть корабля были ничтожны. При, невероятных скоростях РД-40 их пилоты мало что могли сделать, кроме как повернуть свои стрелы в направлении вражеской цели и надеяться на лучшее. Они почти не могли маневрировать, а четыре секунды задержки между тем моментом, когда сканеры зонда обнаруживали что-то на своем пути, и мгновением, когда команда его пилота достигала бортового ИИ кораблика, делали хорошую отладку курса или комплексные маневры невозможными. После прохождения полумиллиона километров на ускорении в 50 g у них оставалось мало топлива; так что, когда коллапсировали их внутренние поля, взрыв плазмы был чуть мощнее, чем просто удар стандартной боеголовки.

Несмотря на все это, зонд Три-три умудрился взять курс на «Асагири», подходя к легкому крейсеру с борта. Слушая симфонию математических вычислений, поющих у него в мозгу, джекер подождал, пока зонд не оказался примерно в тысяче двухстах километрах от цели, прежде чем запустил двигатель. Через две секунды на расстоянии шестисот тысяч километров от флота Конфедерации, зонд Три-три вспыхнул, как ядро маленького солнца. Удар, как потом выяснилось, оказался близким промахом, взрыв резко вспыхнул на фоне черноты пространства в двенадцати километрах от корпуса крейсера. Принимая во внимание дистанции и скорости, это было действительно точнейшее попадание. Расширяющееся облако плазмы и расплавленных осколков врезалось в корпус «Асагири» через долю секунды после взрыва.