Сумасшедший отпуск - Форш Татьяна Алексеевна - Страница 61

– Нет. – Я уселась в стог, всем своим видом показывая, что не тронусь с места.

– И что, ты так и будешь здесь сидеть? До завтра?

– Если понадобится, – вежливо улыбнулась я.

Махнув рукой, Гришка вдруг развернулся и зашагал по дороге. Вскоре он свернул за угол забора и исчез. Я осталась одна, и меня это почему-то даже обрадовало.

Лиза

Ни о чем больше не спрашивая, нас проводили в микроавтобус. Мужчины разделились. Трое сели с нами, остальные забрались в грузовик, из которого тускло поблескивал золотистый бок шара.

Всю дорогу уфологи, совершенно нас не замечая, увлеченно обсуждали вчерашний день, а именно ту его часть, когда им на головы свалилось счастье в виде золотистого шара. Дарн, зажав рану рукой, угрюмо разглядывал мелькающие за окном деревья. Обеспокоенно поглядывая на него, я прислушивалась к разговору и думала, думала… Что теперь? Неужели столько усилий – и все впустую?

Прежде чем посадить в машину, нас еще раз обыскали. У Дарна забрали его чудо-трубку и нож, вывернули наши рюкзаки, но взяли только найденную в подземелье шкатулку, не удостоив вниманием свернутые в рулон картины.

Как бы мне не хотелось в этом признаваться, но у меня оставалась последняя надежда на Петю. Думаю, удастся уговорить его отпустить нас и выменять самоцветы на оставшееся в катакомбах золото.

В размышлениях я не заметила, как машины остановились у высоких железных ворот.

– Выходим! – Дверца отъехала, выпуская наших попутчиков.

Я поднялась, поправила рюкзак и оглянулась на Дарна.

– Идти можешь?

Тот только кивнул и, почти не прихрамывая, вышел вслед за мной.

У машины нас уже поджидали. Двое подхватили меня под руки и завели в распахнутые ворота.

– Лиза?

Я дернулась и попыталась обернуться на внезапно раздавшийся голос Галины, но мне не позволили.

– Пустите меня! Это моя сестра!

– Вот начальник приедет и разберется в ваших родственных связях. – Нас с Дарном провели по небольшому дворику мимо двухэтажного кирпичного здания, на крыше которого красовались три спутниковые антенны, и втолкнули в небольшую подсобку, прятавшуюся за домом.

Двери за нами захлопнулись. Я услышала, как в дверях заворочался ключ, и растерянно огляделась. Из мебели здесь оказались только сваленные у дальней стены доски и два колченогих стула. Сумеречный свет проникал через узкое и почему-то низко расположенное оконце.

Мой спутник невозмутимо уселся на пол и устало привалился к стене.

– Дарн. – Я подошла к парню. – Как нам отсюда выбраться?

Он пожал плечами:

– У меня забрали Луч. Остался только уловитель, но вряд ли он нам в этом поможет. Надо подождать.

– Я не могу ждать! У меня там Галка. Она же с ума сходит! – Я прошлась по комнатке и выглянула в окно. Кроме окрашенного темно-зеленой краской забора мне открывался небольшой асфальтированный участок, но я все равно не могла увидеть причину оживленных криков и шума, приглушенно доносившегося в нашу тюрьму. – Что там происходит?

– Скорее всего, они пытаются затащить челнок расков. Глупцы. Он никогда не достанется им.

– Но он уже у них. – Я села рядом.

– До поры до времени, – возразил Дарн и, скользнув по мне взглядом, уставился в окно. – И когда это время придет, нам лучше оказаться отсюда как можно дальше.

Я передернулась, вспоминая мерзкое, всепоглощающее чувство страха, которое эти твари использовали как оружие.

– Чтобы оказаться дальше, нам надо отсюда сначала выбраться! Даже если разбить окно, я сомневаюсь, что смогу в него пролезть. К тому же нам надо еще найти и забрать клад!

Дарн помрачнел:

– Найти я его смогу, даже смогу подчинить сознание одного или двух. Но с таким количеством людей я не справлюсь, а снова испытать на себе действие вашего примитивного, но действенного оружия не хочется. – Он потер окровавленную штанину.

– Больно? – Я коснулась его руки.

– Уже нет. – Дарн что-то поискал в кармане и протянул мне маленький кусочек металла.

– Что это? – Я озадаченно повертела его в пальцах, и тут до меня дошло. – Пуля? Но как? Когда?

– Это преимущество защитного рага. Он становится твоей второй кожей, и любые неестественные изменения в организме включают его особые свойства. В данном случае он просто изгнал из меня это.

– Очень больно было? – Пальцы сами разжались, и пуля покатилась по дощатому полу.

– Боль – всего лишь одно из чувств, которое подвластно разуму. – Он проводил взглядом тяжелый комочек. – О ней можно забыть.

– А что не подвластно разуму? – Я придвинулась ближе.

Дарн ответил мне долгим взглядом и усмехнулся.

– Я не знаю, как это называется, но очень хочу, после того, как исполню свою миссию, снова вернуться на эту планету. Сюда. К тебе.

– Но… я уеду в город.

– Я найду тебя. – Он помедлил и, обняв меня за плечи, притянул к себе.

Наслаждаясь жаром, идущим от его тела, я смотрела, как серость вечера сменяется ночью, и впервые в жизни чувствовала себя счастливой.

Глава 38

Галина

Ждала я недолго. Вскоре раздался шум и к базе подъехали две машины. Ворота открылись. Я поднялась, но, видя суету, подходить не спешила. Что-то оживленно обсуждая, несколько мужчин столпились у грузовой машины, на которой высился золоченый шар. Еще четверо вывели из микроавтобуса высокого рыжеволосого парня и худощавую, подстриженную под каре, темноволосую девушку, которая мне напомнила…

– Лиза?

Я бросилась к сестре, которую уже завели в ворота, но передо мной тут же выросли двое в камуфляжных костюмах.

– Вам сюда нельзя.

– Уходите.

– Девушка, которую сейчас привезли, – это моя сестра!

– Уходите. – Меня словно не услышали.

– Позвоните Петру. Скажите ему, что у ворот вашей базы его ждет Галина. Он вам все объяснит!

– Петр Михайлович здесь больше не работает.

– Освободите ворота.

Меня бесцеремонно отпихнули в сторону.

– Как не работает?! Он приказал вам искать мою сестру! Петр Мельников! – Зря старалась. Машина, в которой находился золотистый шар, начала разворачиваться, заставляя меня вернуться к облюбованному стогу сена.

Может, я что-то не понимаю, но мне ясно одно – Лиза здесь. А значит, я буду ждать до тех пор, пока не вернется Петр, а то, что он вернется, – я чувствовала! Знала!

Вскоре машина въехала во двор. Ворота закрылись, оставив меня наедине со сгущающимися сумерками.

Сколько я просидела – не знаю. Наконец темноту прорезали два луча. Машина! Сердце тревожно екнуло. Я поднялась и подошла к воротам. Машина подъехала, окатив меня светом фар, и остановилась.

Я подошла. Заглянула в окно.

– Привет.

– Ты давно здесь ждешь? Почему не зашла на базу? – Петр выбрался из машины и бросился ко мне.

– Не пустили. – Я улыбнулась, отвечая на его поцелуй. – Но они нашли Лизу. Она внутри. А еще мне сказали, что ты здесь больше не работаешь. Бред!

– Кто сказал? – Петр выпустил меня из объятий и прищурился, не сводя с меня требовательного взгляда.

– Невысокий. В очках. Он приехал вместе с Лизой и командовал, когда во двор базы сгружали шар.

– Значит, Федоров заранее все рассчитал. – Петр поморщился и, отступив от меня, облокотился на машину. – Галь, меня действительно уволили. В тот день, когда ты заплатила за меня деньги. Во всяком случае, в документе об увольнении стояло именно то число. Когда я показал снимки, Федоров просто попросил передать все материалы Вересову. Когда-то мы вместе работали, но вскоре он перебрался в город, и я его больше не видел. Говорили, что он устроился где-то в столице.

Петр помолчал.

– Галь, я приехал забрать вещи.

– А что потом? – Я подошла ближе.

– Меня не увольняют окончательно. Федоров предоставил на выбор две базы – для нового места моей дальнейшей работы. Одна в Казахстане, вторая на Севере.