Сумасшедший отпуск - Форш Татьяна Алексеевна - Страница 53

– Ты великолепный повар! – отвесила я ему искренний комплимент и в блаженстве откинулась на мягкую спинку кресла-кровати. – Где ты научился так готовить?

Дарн усмехнулся:

– На твоей планете. Просто не ожидал, что так надолго здесь задержусь. Вначале спасался взятыми в экспедицию припасами, а когда они закончились, пришлось переходить на местные деликатесы! – Он поднялся. Взяв овальный лист с остатками еды и лежавшими на нем странными, острыми на концах, но широкими палочками, заменившими нам вилки, Дарн засунул его прямо в тумбу, дождался, когда эта передвижная кухня исчезнет в плитах пола, и подошел ко мне.

– Хочешь спать?

– Не знаю. – Я посмотрела на экран, на котором на этот раз бились о пустынный берег такие реальные волны. – А расскажи мне о своей планете. И о себе.

Он сел в соседнее кресло и устало откинул пятерней волосы.

– А что тебе о ней рассказать?

– Ну… – Я полюбовалась на его гриву – странного темно-медного оттенка. – Начни с истории.

– История, как и у всех планет, на которых властвуют разумные существа, начинается с войн. Сначала были войны за земли, за власть, затем ценности поменялись, и начались войны за ресурсы, за напоенные водой равнины. – Он помолчал, разглядывая пол. – Хотя я, если честно, знаю о них из книг. Эпоха войн прекратилась тогда, когда власть на Лутане захватили Поддерживающие порядок и основали союз Правящих. Так возникла Правящая система Лутана. Но и то время мне не суждено было застать. Я родился уже тогда, когда над миром нависла угроза. Правящие сообщили об истончении защитной атмосферы и усилении солнечной активности. В то же время над городами возвели защитные купола, не пропускающие смертоносные лучи, полагая, что это поможет. Но планета продолжала разрушаться. Пустыни отвоевывали новые земли. Моря исчезли. Реки и иные источники воды были заключены в подземные резервуары, находящиеся под каждым городом.

Он поднял на меня глаза. Сейчас в свете ярких ламп они вообще светились двумя изумрудами.

– На Лутане даже возникла новая казнь – провинившихся перед системой не утилизировали как раньше, а просто выгоняли из города. Однажды так был наказан мой друг. Возможно, беднягу сожгло солнце, а может, убили изгои, но больше я его не видел.

– А за что его выгнали? – Господи, сижу непонятно где: сестре скажи – не поверит, непонятно с кем, но как же мне хорошо, спокойно и уютно! Слишком давно я не испытывала такого восторга от своего существования. С того дня, как заболела мама. А потом пришли кошмары.

Я мотнула головой, пытаясь отогнать воспоминания, и вслушалась в то, что говорил Дарн:

– …а когда нас с ним, после присвоения звания ученого, перевели из города класса «а» в город класса «с», я его долго не видел. Однажды он вдруг появился в той лаборатории, куда распределили меня, и рассказал, что ему выпала честь стать отцом. Конечно, он подписал все отказы, но те две сотни дней, что ему были даны на жизнь с избранной для него девушкой, полностью изменили его сознание. Он должен был забыть этот период его жизни – и не смог. Не помогла даже чистка памяти. Он на несколько дней исчез, а потом пришел ко мне вместе с избранницей и новорожденным сыном. Как он умудрился пройти через все границы, откуда взял разрешение на использование мгновенного перехода и вообще как он смог проникнуть на территорию города класса «а», для меня до сих пор загадка! Я дал ему код от подземной лаборатории. Она пустовала уже много тысяч дней. – Дарн замолчал. Поднялся, подошел к экрану и медленно провел по нему ладонью, стирая изображение неизвестного берега.

– А потом? – Я побуравила взглядом его спину.

– Потом за ней пришли. – Он развернулся и безошибочно уставился мне в глаза. – На Лутане проблема перенаселения, и поэтому каждый человек имеет свой код. И слишком мало места и воды для живущих в городах. Чтобы сохранить общество от войн, Правящие ввели кое-какие запреты. Создать семью могут только самые успешные. Почувствовать иллюзию семьи – дав жизнь, можно куда чаще. Все зависит от твоего потенциала и жребия.

– И что потом случилось с твоим другом и его девушкой? – Н-да, не хотела бы я оказаться на его планетке!

– Его изгнали за пределы города. Скорее всего, он погиб. А девушку вновь поселили в город класса «а».

– Мм… – сочувственно помычав, я постаралась перевести тему. – А что такое эти классы: «а», «с»?

Он подошел и опустился в кресло.

– Города класса «а» – это города, где живут мирные лутанцы. В таких городах есть лаборатории и ученые класса «а», которые поддерживают порядок и жизнеобеспечение, отвечают за здоровье и контролируют размножение. Города класса «с» – это закрытые города, где находятся секретные лаборатории и ученые класса «с», отвечающие за техническую безопасность городов, создание новейших видов оружия, лайнеров, челноков и других разработок и открытий. В таком городе я провел большую часть своей жизни. Города класса «е» – промышленная зона для тех, кто не отличился в этой жизни ни мозговым потенциалом, ни возможностью создать семью. В такие города также переселяют тех, кто исчерпал все свои резервы. Ученые класса «е» напрямую связаны с созданием биостимуляторов, так как они отвечают за работоспособность и продолжительность жизни работающих. А также и за утилизацию.

– Мрачная система! – Я передернула плечами. – А ваше правительство, ну или кто вами управляет, – живут в городах класса «а»?

– Не совсем. Во всех городах системы есть свои Хранители порядка и Исполнители справедливости, но где живут сами Правящие – я не знаю. Если честно, я никогда никого из них не видел.

– А технический прогресс?

Он вопросительно взглянул на меня.

– Ну в смысле компьютеры, сотовые телефоны?

– А, ты по поводу искусственного разума? – Дарн устало усмехнулся, откинулся на спинку кресла и с наслаждением вытянул ноги. – Этим добром напичканы все ячейки домов, лаборатории и даже биорги.

– Что такое биорги? – Забыв про усталость, я впитывала новую информацию и словно видела все это. Всю эту систему, построенную на выживании и страхе. Мрачный мир!

– Это восстановленные, напичканные командами тела. Они исполняют простейшие программы и приказы. Их разработали для упрощения жизни горожан класса «а».

– Ка… как восстановленные? – Глаза сами собой широко раскрылись. – Зомби?

– Что такое – «зомби»? – заинтересовался Дарн.

– Когда человек мертвый – но живой!

Он нахмурился:

– Я понял. Да, можно назвать и так. На Лутане не привыкли разбрасываться материалами, будь то минералы, ископаемые или любая другая биопродукция. После смерти остается органика, которая в результате обработки не подвержена гниению. В нее-то ученые класса «е» и догадались встраивать простейшие программы управления. До моей экспедиции в лабораторию как раз привезли партию биоргов, которых нужно было слегка усовершенствовать. Обладая более мощным интеллектом, они предназначались для помощи в лабораториях.

Я отвела взгляд от его горящих азартом глаз. Как можно так вдохновенно рассказывать о таком? Использовать мертвых для служения живым! Больное общество!

– А что люди?

– Что… люди? – Он осекся и недоуменно посмотрел на меня.

– Не против? Увидеть свою маму или папу в роли прислуги-робота… каково это для них?

Дарн усмехнулся. Поднялся и, заставив потесниться, сел рядом со мной на кресло.

– Понимаешь, Лииза. Мне трудно тебе это объяснить. Наш строй очень отличается от строя твоей планеты… но попробую. В городах класса «а» помимо простых горожан обитают те, кто волен жить почти такой же, свободной в выборе и в поступках, жизнью, какой ты привыкла жить с рождения. То есть они растут в семье, где есть мать и отец. У них даже могут быть братья или сестры. Они вольны выбирать, чем будут заниматься в течение всей жизни. Они даже могут создать свою семью и увидеть своих детей. Правда, выбор жены или мужа все равно за них сделает ведущая отбор система, но это, поверь, неважно! Так вот. Ни эти люди, ни их родные никогда не станут биоматериалом. Для них жизненный путь завершается огнем, не оставляющим даже пепла.