Спаситель по найму: Преодоление - Фомичев Алексей Сергеевич - Страница 13

Вид этот наглядно показывает, кто в племени вожак и кому принадлежат самки. И если умение бить по голове и лихо скакать без устали на коне сейчас далеко не главные достоинства лидера, то внешний вид до сих пор много значит, особенно в глазах женщин. И особенно в период появления фото и печати, когда снимки канцлера доходят до самых отдаленных уголков. А в федерации, между прочим, женщины имеют право голосовать при выборах в муниципалитет и даже получать места в Федеральном комитете. Правда, не в самых главных управлениях.

Наемники изучили, насколько это возможно в столь короткий срок, послужной список Сталма и более или менее поняли его стратегию, а так же планы на будущее.

Замыслы у канцлера были амбициозными. И что самое главное – вполне осуществимыми. Какие-то в ближайшие годы, какие-то – в перспективе. А некоторые почти сразу.

А задумал молодой лидер страны ни много ни мало вывести федерацию за границы побережья. Расширить владения, освоить пустующие (а кое-где и занятые) земли и сделать Денёрвин единоличным лидером на континенте.

Этим пронизаны его речи, об этом он говорит на выступлениях в Федеральном комитете, во время поездок по стране, на встречах со студентами вузов и колледжей. И перед выпускниками военных училищ: молодыми поручиками, корнетами и лейтенантами.

Его замыслы легко угадывались в постановлениях и указах Федерального комитета и госканцелярии, их можно было отыскать между строк обращений в газетах.

Перевооружалась и переоснащалась армия. В военных училищах первой и второй категорий проводили ускоренные выпуски офицеров и унтер-офицеров. Впервые после катастрофы на верфях закладывали большие корабли, годные плавать в открытом море.

«Столичный вестник» писал о первых, робких пока, попытках покорить небо. Экспериментальные летательные аппараты уже поднимали в воздух, правда, они дальше стартовой площадки не улетали.

И даже маниакальная страсть к предметам древности выдавала стремление канцлера ускорить прогресс, отыскать секреты, утерянные за века подъема с самого дна.

Сталм строил заводы, фабрики, прокладывал железные дороги, опутывая ими страну и соединяя самые отдаленные пункты прочной связью.

Он открывал месторождения нефти, новые угольные шахты, медные рудники. Он хотел вытащить из-под земли всю местную периодическую таблицу, которую уже составил здешний Менделеев.

В погоне за собственными идеями он был готов не щадить ни себя, ни других. Причем, себя щадил даже меньше. Правда, «другие» это не всегда понимали и принимали.

Отголоски ожесточенных споров в Федеральном комитете, в общественных организациях, в научных клубах выплескивались на страницы некоторых изданий, и даже попадали в центральную прессу. Не все разделяли точку зрения Сталма. Многие влиятельные лица были против поспешных решений и надрывного забега по пути прогресса и могущества.

Сталм боролся. Когда убеждениями и уговорами, когда указами, когда репрессиями. Становление и расцвет Службы Федерального Надзора пришлись на начало правления Сталма. Нужен был преданный, подчиненный только ему аппарат, способный держать под контролем всех: согласных и несогласных, верных и колеблющихся, друзей и врагов.

Бюро Общественной Безопасности не давало такой возможности, ибо подчинялось комитету, и жесткие приказы канцлера могло игнорировать.

У наемников мелькнула мысль, что Сталм решится на государственный переворот. Упразднит Федеральный комитет, реорганизует полицию и введет прямое правление. Но канцлер пока не прибегал к крайним мерам. А может, и не собирался делать ничего такого. Хотя, судя по участившимся поездкам по гарнизонам и встречам с армейской верхушкой, Сталм явно искал поддержки у военных.

Словом, фактура канцлера стала ясна и понятна наемникам. Полученные сведения только укрепили их в мысли, что Сталм четко нацелен на экспансию.

Хотя Неринг и заявлял, что угроза вроде бы не военная. Но тут уж как посмотреть. По крайней мере земляне от версии не отказывались.

Впрочем, о втором варианте они тоже не забывали. Хотя это был не вариант, а скорее задание – отыскать некое братство и получить у него некие сведения.

Следы сего загадочного общества они отыскали. Братство Хранителей слова божьего имело штаб-квартиру где-то на западном побережье, неподалеку от Менхисина.

О нем упоминали в газетах в связи с каким-то юбилеем. То ли спуском на воду первого корабля, то ли с началом рыбалки в тех местах.

Вообще в федерации было свободное вероисповедание. Хотя существовала и основная религия, самая старая. На побережье стояло около двух десятков храмов Священного Охранителя. Причем, судя по туманным намекам и косвенным упоминаниям, храмы эти воздвигли в честь вроде бы даже как реально жившего когда-то человека. В древности он то ли спас людей от некой напасти, то ли помог преодолеть ее. Правда, со временем его человеческий образ стерся, померк, а сверхъестественное начало возобладало. Так или иначе, но большая часть населения побережья верила в этого самого Охранителя, вознося ему молитвы и прося о помощи.

Как выяснили наемники, братство Хранителей слова божьего каким-то боком было причастно к основной религии. Может, хранило слова этого самого Охранителя? Кстати, их и называли «хранители», а не «братством».

В такие детали земляне не вникали. Но месторасположение братства запомнили. И теперь ломали голову, что делать. Либо заниматься охотой на канцлера, либо искать хранителей.

– Что у нас с криминалом? – нарушил молчание Кир.

– А что с ним? Судя по колонкам на третьей полосе газет, криминал хоть не процветает, но кое-как здравствует. Вон «Вечерний курьер» приводит сводку происшествий за ту декаду. Два убийства, пять ограблений, разбои…

– Убийства три, – поправил Кир. – И несколько случаев убийства при самообороне. Я читал колонку. Криминал есть, можно выйти на него.

Герман скривил губы. Этот вариант ему не нравился. Конечно, мастера подделок в криминальной среде должны быть. Но как к ним подойти? Искать здешних бандитов и воров не самое приятное занятие. К тому же рискованное. Как и каждая криминальная структура, местные воры недоверчивы и осторожны. Чужаков к себе не подпустят. А при случае могут и в спину ударить.

Да и перед полицией можно засветиться. А это еще хуже. Попадать в розыскные листы нельзя. Не хватает еще «хвост» за собой потащить!

Кир недовольную мимику друга заметил.

– Не нравится идея?

– Риск.

– Риск, – согласился Шилов. – И попытка подкупить писаря какого-нибудь поселка тоже риск. Тем более риск – украсть документы.

Видя, что Герман молчит, Кир продолжил.

– Давай посмотрим с другой стороны. В любом случае настоящий, стопроцентно достоверный документ мы не получим. Нас либо внесут в списки жителей какого-то городка или деревни, либо просто выдадут «картон». И там, и там любая проверка покажет, что мы самозванцы. Так?

– Так.

– Значит, из двух вариантов надо выбирать тот, который потребует меньше затрат. Я имею в виду время. Чем быстрее получим документы, тем проще будет действовать.

Герман выслушал друга, помолчал, оценивая его слова, а потом задал вопрос:

– А ты не думал работать совсем без бумаг?

– Совсем?

– Да. Как часто проверяют документы? И когда? У нас ни разу не потребовали бумаги. Здесь еще не развита система постоянного контроля над населением. Удостоверения личности ввели, но системы отслеживания еще нет. Даже полиция не привыкла проверять «картоны». Вон в гостиницу вселились без бумаг.

– Думаешь, и дальше так же будет везти?

– Вполне. Согласен, документы нужны. Но забивать головы ими сейчас нет смысла. Что-нибудь придумаем по ходу дела.

Теперь замолчал Кир. Наморщил лоб, прищурил глаза, постучал по столу пальцем. Наконец посмотрел на друга.

– Может быть. Правда, в случае чего, уходить мы будем с ба-альшим шумом! И ты не забывай, при нас багаж, который не бросить.