Возвращение королевы - Флевелинг Линн - Страница 119

Тамир вскарабкалась по обрыву и схватила меч. Возвращаясь, она с ужасом увидела, как Корин внезапно выпрямился во весь рост и ударил Ки мечом, когда тот еще лежал на земле. Это был бесчестный, подлый удар.

— Ты трус! — закричала она во все горло.

Она должна была добраться до Ки, помочь ему, но словно угодила в кошмарный сон. Спотыкаясь и скользя по мокрой земле, она неслась прямо на Корина, но ей казалось, что она почти не двигается с места.

Ки попытался поднять меч, чтобы защититься, но Корин с размаху ударил его по руке. Тамир слышала, как треснула кость, как Ки зарычал от боли. Он попытался перекатиться, уйти от Корина, но принц быстро наклонился и ткнул мечом под шлем Ки, сбоку. Ки упал в грязь, а Корин схватил меч двумя руками и вонзил его в бок Ки, в щель между пластинами кирасы.

— Негодяй! — пронзительно вскрикнула Тамир.

Горе и ярость словно оторвали ее от земли и в один миг донесли до Корина. Она с силой ударила его мечом поперек спины, отшвырнув от тела Ки. Корин прыгнул вперед и развернулся лицом к ней. На его мече дымилась горячая кровь, смешиваясь с каплями дождя.

«Кровь Ки».

С яростным криком Тамир бросилась на Корина, тесня его градом бешеных ударов, отгоняя от неподвижного тела Ки. Корин отбивался, проклиная Тамир, ругаясь, но отражая каждый удар. Мечи звенели и гремели, и овраг наполнился эхом. Вот наконец Тамир достала его кирасу, оставив на металле глубокую вмятину. Корин ответил скользящим ударом, сбившим с головы Тамир шлем. Тамир не успела как следует застегнуть пряжки ремней.

Тамир отступила назад, надеясь подобрать шлем. Корин захохотал и тут же закрепил свое преимущество, оттеснив Тамир к ручью, туда, где распластался на земле Ки.

Тамир повернулась и отпрыгнула, надеясь увлечь Корина за собой, подальше от Ки.

— Ки, вставай! Бери меч!

Но Корин со злобной ухмылкой остановился и повернулся к Ки, отказавшись от преследования Тамир, и занес меч над неподвижным телом, собираясь нанести последний, смертельный удар.

Тамир бросилась на него с отчаянным криком и тут же ощутила вокруг смертельный холод, сопровождавший Брата.

Она вдруг почувствовала невероятную силу, словно гневный призрак вселился в нее, наполнив ее сердце своей жгучей ненавистью. Зубы ее обнажились в злобном оскале, из горла вырвался нечеловеческий вопль. Холодная ярость вела ее мечом, и, безошибочно отметив взглядом щель в латах под поднятой рукой Корина, она сделала выпад и нанесла точный удар.

Острие ее меча вонзилось в тело Корина. Кровь выплеснулась на его рубаху и кольчугу, как пышно расцветший красный цветок.

Прежде чем Тамир успела протолкнуть меч глубже, Корин отскочил и извернулся, чтобы опять напасть на нее. Ки лежал на земле между ними. Корин кашлял кровью, нападая на Тамир, его удары становились все более яростными, и ошеломительная схватка продолжалась.

«Тебе придется силой вырвать великий меч из руки узурпатора».

— Сдавайся! — крикнула она, отражая очередной удар; их мечи сцепились эфесами.

— Никогда! — выдохнул Корин вместе с кровавой пеной.

Расцепив мечи, они оба одновременно сделали шаг назад, и Тамир, бросив короткий взгляд на тело Ки, почувствовала, как ее снова захлестывает ледяная ненависть Брата. Ки лежал неподвижно, а грязь вокруг него стала красной.

На этот раз Тамир не стала отказываться от силы Брата. Эта сила слилась с ее собственной, так долго сдерживаемой яростью и вознеслась над всеми их страданиями и потерями: Ки, материнская любовь, живой брат, отцовская доброта, ее утраченное «я» — все было принесено в жертву этой минуте.

— Будь ты проклят! — закричала она, вихрем налетая на Корина, тесня его и отгоняя от Ки. От бешеной ярости глаза ее налились кровью. — Будь проклят за то, что украл наши жизни!

Корин ударил ее в левое плечо, его меч рассек кожаный ремень кирасы. Тамир почти не заметила этого, она низко пригнулась и вихрем бросилась в сторону, обойдя Корина и ударив его ногой под колени.

Корин пошатнулся и на мгновение утратил бдительность, пытаясь удержать равновесие. Не разгибаясь, Тамир взмахнула мечом снизу вверх и ощутила на своей руке руку Брата — Брат вместе с ней держался за рукоятку меча, когда она ударила Корина поперек горла, как раз под подбородком…

Корин сдавленно вскрикнул, и из его горла вырвался горячий поток крови, едва не ослепивший Тамир. Она высвободила меч и быстро провела ладонью по глазам, стирая кровь.

Недоверчиво глядя на нее, Корин стоял совершенно неподвижно. Он попытался что-то сказать, но его губы лишь едва заметно шевельнулись под выступившей на них кровавой пеной. Корин пытался вдохнуть, но воздух с хрипом и бульканьем выходил сквозь зияющую рану в его горле. Кровь толчками вылетала из раны, стекая по латам вниз, убегая между камнями к ручью…

«Река крови».

Тамир шагнула к нему, занеся меч для последнего удара.

Корин смотрел на нее в упор. Его гнев исчез, в глазах принца светилась бесконечная тоска. Все еще сжимая рукоятку великого меча, Корин одними губами шепнул:

— Кузен…

Тамир и сама не заметила, как ее собственный меч упал на землю, пока она смотрела, как жизнь уходит из темных глаз Корина. Наконец он судорожно вздрогнул и умер, стискивая в руке меч Герилейн.

Брат покинул ее, и на Тамир тут же навалился весь ужас битвы.

— Черт, Корин…

Мертвый, он снова казался тем самым мальчишкой, с которым она когда-то играла, сражалась на деревянных мечах, пила вино… а теперь он лежал в грязи, залитый кровью.

Из-за оврага до нее донеслись звуки сражения, она услышала, как друзья отчаянно зовут ее и Ки.

«Ки!..»

— Сюда! — попыталась позвать она, но из ее горла вырвался лишь слабый шепот.

Рыдая, она вернулась к тому месту, где лежал Ки, и упала на колени рядом с ним. Его плащ насквозь пропитался кровью с той стороны, где Корин нанес свой удар.

Тамир осторожно приподняла его тело, сжимая здоровую руку и прижимая к груди голову Ки.

— О нет! Пожалуйста, не забирайте его тоже!

Его кровь просочилась сквозь ее плащ, и ее пальцы прилипли к пальцам Ки. Слишком много крови.

— Значит, этого ты хотел? — закричала она, обращаясь к Иллиору. — Так Скала должна получить свою королеву?

Что-то ударило ее в плечо, потом шлепнулось в лужу воды рядом с ней. Тамир посмотрела туда — и сдавленно вскрикнула.

Это была голова Корина.

Над ней навис Брат, никогда еще он не казался таким сильным и живым. В правой руке он держал окровавленный меч Герилейн, и пока Тамир смотрела на него, он поднял левую руку и облизал кровь, покрывавшую его пальцы, как будто это был свежий мед.

Брат бросил меч на землю рядом с Тамир, а потом с пугающей улыбкой погладил ее по щеке, испачкав кожу Тамир кровью Корина.

— Спасибо тебе, сестра.

Она отшатнулась от его ледяного прикосновения, крепче прижав к себе Ки.

— Все кончено. Ты отомстил. И я не хочу больше тебя видеть. Никогда!

Но Брат, все так же улыбаясь, потянулся к Ки.

— Не смей его трогать! — закричала Тамир, закрывая Ки от демона своим телом.

— Прибереги слезы, сестра. Он еще жив.

— Что?!

Тамир прижала палец к горлу Ки, отчаянно надеясь нащупать пульс, и вдруг почувствовала слабое биение жизни.

— Тамир, где ты? — услышала она голос Лисички.

— Здесь! — крикнула она в ответ, внезапно обретя голос.

— Тамир!

На краю оврага показался Аркониэль. Одного взгляда ему хватило, чтобы понять все, что произошло на поляне, и он тут же прыгнул к ней.

— Он жив! — выкрикнула Тамир. — Найди целителя!

Аркониэль приложил ладонь ко лбу Ки и нахмурился.

— Я найду, но ты должна вернуться и закончить сражение.

Оставляя Ки в руках Аркониэля, она чувствовала, как сердце рвется на части от невыносимой боли.

С трудом встав на ноги, Тамир подняла меч Герилейн. Рукоятка была липкой от крови, но она легла в ладонь Тамир так, словно была сделана именно для нее.