Лорд-Чародей - Уотт-Эванс Лоуренс - Страница 77

— Неужели это делает Лорд-Чародей? Не может быть!

— Да, это делает он. Темный Лорд пытается помешать нам выполнить наш долг. Ты готова протянуть нам руку помощи? Ты поможешь остановить потоп, который губит урожай на корню?

— Если вы хотите остановить дождь, — раздался писклявый и гундосый голос, — отправляйтесь по домам и оставьте меня в покое.

— Что? — Меррилин едва не свернула себе шею, пытаясь определить, откуда исходит этот малоприятный звук. Крушила отметил, что лучшая в мире воровка сумела ловко поймать капор, соскользнувший в тот момент, когда она крутила головой.

— Не слушай его, — сказал Вожак. — Он завладел невинным енотом, чтобы шпионить за нами.

— Если бы я хотел просто шпионить, то воспользовался бы услугами мыши или таракана! — возмутился енот. — Я пытаюсь вбить в ваши головы хоть толику здравого смысла!

— Что?! — Выражение замешательства и отчаяния на лице Меррилин буквально разбивало сердце Крушилы, ему очень хотелось ее успокоить. Но речь держал Вожак, и вмешиваться в беседу он не имел права. Кроме того, он не сводил глаз с енота, держа руку на рукояти меча.

— Эти типы держат путь к моему дому, чтобы меня убить, — продолжал енот, — а я использую дождь, молнии и зверей, чтобы остановить их и убедить этих безумцев разойтись по домам. Я никому не хочу причинять неприятности, но, согласись, не могу же я тихо сидеть и ждать, пока они ворвутся в мой мирный дом и перережут мне горло.

— Тогда отрекись, если не хочешь умирать! — рявкнул Вожак. — И мы сразу разойдемся по домам.

— И не подумаю! — пискнул в ответ енот. — Я — Лорд-Чародей. Я был избран правителем и останусь на этом посту до последнего вздоха! Такова моя роль в этом мире, и я не намерен от нее отказываться ради того, чтобы успокоить банду честолюбивых кровожадных придурков!

— Ты уничтожил целое поселение, убил нашего проводника, и у тебя еще хватает наглости называть нас кровожадными?! Мы исполняем свой долг, устраняя властителя, представляющего угрозу для всего Барокана.

— Ничего не понимаю, — сказала Меррилин, выйдя из дверей и пытаясь разглядеть сидящего на крыше енота. При этом она тщетно старалась не замочить ноги. — Говорящий енот заявляет, что он Лорд-Чародей. Неужто наш правитель способен изменять свой облик?

— Нет. Он просто овладевает духом животного, — ответил Вожак, — и таким образом может через него говорить. Чтобы разговаривать с нами или нападать на нас, он овладевал собаками, оленем, птицами и белками.

— Я не желаю вам ничего дурного, — сказал енот. — Я просто хочу, чтобы вы повернули назад.

— Никакие угрозы нас не переубедят!

— А меня переубедят, — сказала Меррилин. — Уходите! Уходите все! Я никуда не пойду, по крайней мере пока меня не вынудит уйти дождь.

— Неужто ты не видишь, что творит Темный Лорд? — воскликнул Крушила. — Мы не можем позволить ему сохранить власть, чтобы он продолжал валить деревья и заливать водой поля.

— Меня это не касается! Убирайтесь прочь! — взвизгнула Воровка, отступила в дом и попыталась захлопнуть дверь.

— Подожди! — крикнул Вожак, удерживая дверь. — Выслушай нас!

— Ни за что! Прочь отсюда! — Она наваливаясь на дверь всем телом, но Вожак выдержал этот напор.

— Мерри, что происходит? — послышался из дома мужской голос.

— Это… сумасшедшие, — сказала Воровка, не оставляя попыток захлопнуть дверь.

— Может, они сумеют нам помочь, — произнес ее собеседник, и Крушила услышал плеск шагов, поскольку вода уже переливалась через порог. Затем дверь широко распахнулась, и рядом с Меррилин появился мужчина.

Он был высок, но худощав. Длинные темные волосы ниспадают на плечи, бородка коротко пострижена. На голове и в бороде пробивались седые волоски. Суконная рубаха с закатанными по локоть рукавами прикрывала его грудь, и Крушила заметил, что рукава рубахи промокли. Волосы мужчины тоже были мокрыми, а из поношенных ботинок лилась вода.

— Сезен пири Олдрав, насколько я понимаю? — произнес Вожак, протягивая руку. — Меня зовут Фараш инит Керра, но я более известен как Вожак. В данный момент я возглавляю отряд Избранных героев.

— Ты… ты это серьезно?

— Уходите, пожалуйста! — взвыла Меррилин.

— Не слушай их, — прохрипел енот. — Гони их в шею, как просит твоя жена!

— Что? — изумился Сезен. — Что это было?

— Это — Лорд-Чародей, — ответила Ясновидица. — Говорит голосом енота, засевшего на твоей крыше.

— Что? — в очередной раз произнес Сезен и, выйдя под дождь, посмотрел на енота.

— Умоляю, Сезен, войди в дом и закрой дверь, — сказала Меррилин. — Не надо вмешиваться. Это не наше дело.

— Но… Неужели ты действительно Избранный Вор, или, вернее, Воровка?

Меррилин перестала тянуть мужа за рукав и, глядя ему в глаза, произнесла:

— Я же рассказывала тебе, как это произошло.

— Да, а я… не был уверен.

— В чем же ты не был уверен?

— В том, что это правда. Я не знал, была ли ты действительно избрана, или кто-то над тобой подшутил.

— Это не было шуткой.

— Твоя жена — величайшая в мире воровка — одна из Избранных, — подтвердила Ясновидица.

— Неужели Меррилин — одна из Избранных? Одна из героев, призванных спасать Барокан. И это моя жена?!

— Да.

— А енот на крыше — Лорд-Чародей?

— Нет, енот — это енот, но Лорд-Чародей взял над ним власть и говорит его голосом.

— Подлинное имя енота… — Говорунья издала какие-то странные звуки. — Это не Лакуар келлин Харрио — последний Лорд-Чародей, ставший с недавнего времени Темным Лордом с холмов Гэлбек. Хотя в данный момент указанный Темный Лорд командует мыслями несчастного животного.

Енот вдруг повернулся, поскреб лапой мокрую солому, содрогнулся всем тельцем и попятился, выпустив когти. Крушила неожиданно для себя обнаружил, что обнаженный меч зажат в его руке, а сам он уже готов нанести удар.

— Не произносите имен, — сказал енот, — вы едва не сняли мои чары, а я еще не договорил.

— Это какое-то безумие, — сказал Сезен, глядя на енота.

— Нет… Впрочем, ты прав, это полнейшее безумие, — ответила Меррилин. — Но нас это не касается. Гони их прочь, у нас и без них дел полно.

— Если ты Лорд-Чародей, — сказал Сезен, не обращая внимания на слова жены, — тогда ты должен знать, почему постоянно льет дождь.

— Если дождь тебе досаждает, я остановлю его.

Прогремел гром, и ливень начал стихать.

— Видишь? — проскрипел енот. — Я тот, за кого себя выдаю.

— Но возникает вопрос, почему вообще начались дневные ливни? — вмешалась в беседу Меррилин. — Мы не будем иметь дела с этими людьми, Сезен, они все крайне опасны.

— Не стану отрицать. Но скажи, кто в данных обстоятельствах не представляет опасности? — улыбнулся Сезену Вожак.

Сезен не отреагировал ни на улыбку, ни на слова. Он упорно смотрел в небо.

— Да, тебе это удалось, — сказал он. — Ты остановил ливень.

Крушила поднял глаза: небо по-прежнему было серым, но дождь перестал, хотя с навеса крыши и листьев деревьев все еще струилась вода.

— И я могу снова его запустить, — сказал енот. — Я могу устраивать ураганы и поражать молниями. Я способен трясти землю и сводить с ума диких зверей. Мне ничего не стоит устрашить вас ночными кошмарами и лишить сна. Я — Лорд-Чародей, защитник Барокана, охранитель всех земель, лежащих между Восточными Утесами и Западным Морем. Поэтому не пытайтесь бороться со мной.

— Да, он на это способен, — небрежно бросил Вожак, и в наступившей тишине его слова прозвучали неестественно громко. — Но это не все. Мы имеем дело с безумным, опьяненным властью хорьком, совершившим множество убийств. И долг Избранных — наказать его за все совершенные им преступления.

Сезен, прекратив созерцать небо, перевел взгляд на Вожака.

— А вы сможете? — спросил он.

— Очень на это надеюсь, — весело заявил Вожак. — Ведь Избранным уже доводилось устранять Темных Лордов. Не менее полудюжины.

— Вам четверым?

— Нет. Во времена последнего Темного Лорда мы еще не появились на свет. Это совершили наши предшественники. Но мы обладаем теми же магическими силами, что и они. И нас не четыре, а восемь, включая твою замечательную супругу.