Скульпторша - Уолтерс Майнет - Страница 76

Хейз обдумывал это предложение несколько секунд, после чего перевел взгляд на Роз.

— Я полагаю, у вас имеется магнитофон в сумочке, мисс Лей? Вы многим меня обяжете, если сами покажете его.

Роз посмотрела на Хэла, и тот согласно кивнул. Неохотно она положила сумочку на стол.

— Спасибо, — так же вежливо продолжал Хейз. Он вынул магнитофон, затем бегло осмотрел остальное содержание сумочки, застегнул ее и только после этого достал из магнитофона кассету. Аккуратно вытянув пленку, он тут же порезал ее ножницами, а потом встал со своего места: — Сначала вы, Хоксли. Я хочу убедиться, у вас больше нет для меня никаких сюрпризов. — Опытными движениями рук он обыскал Хэла и ту же процедуру повторил с журналисткой. — Хорошо. — Он указал на дверь. — И скажите своему приятелю, чтобы он переставил стул к приемной и подождал там.

Затем он уселся за стол и терпеливо ждал, когда Хэл передаст Джеффу свою просьбу. Через минуту он позвонил Лайзе и убедился в том, что его больше никто не подслушивает.

— Сейчас, — задумчиво начал он, — у меня есть несколько вариантов, как можно поступить. Первое — это просто принять ваше предложение. — Он взял в руки линейку и согнул ее. — Но я не намерен делать это. Вы могли выставить «Браконьер» на продажу еще полтора месяца назад, однако ничего подобного не произошло. Поэтому теперь, когда вы готовы продать его, меня это настораживает. — Он помолчал и после продолжил: — Второе: можно оставить все, как есть, и дожидаться естественного хода событий. Наш закон иногда напоминает цирк, мне только останется ждать, обнаружатся ли раньше манипуляции Крю с деньгами Роберта Мартина или вы окончательно разоритесь и пойдете ко дну. Здесь шансы я расцениваю как пятьдесят на пятьдесят. — Он согнул линейку до предела и неожиданно отпустил один конец. — Но и это меня не устраивает. Пятьдесят на пятьдесят — мало. — Его бледные глаза стали вдруг жесткими. Третий вариант для меня наиболее желателен: понадеяться на то, что с вами обоими произойдет какой-нибудь несчастный случай. Таким образом, мы убиваем двух зайцев одним выстрелом. — Он метнул взгляд в сторону Роз. — Ваша смерть, мисс Лей, отложит книгу об Олив в долгий ящик. Затея об освобождении Олив также отойдет на задний план, ну, на некоторое время. А с вашей гибелью, Хоксли, «Браконьер» будет автоматически выставлен на продажу. Очень милое решение всех проблем. Вы не находите?

— Действительно, — согласился Хэл. — Но и этот вариант вам не подходит. В конце концов, остается ведь еще ребенок в Австралии.

Хейз усмехнулся и сразу напомнил своего отца.

— Так что вы намерены делать?

— Отдать вам то, за чем вы сюда явились.

Хэл нахмурился.

— Что же это такое?

— Доказательство того, что вас подставили. — Он открыл ящик стола и вынул оттуда прозрачную папку. Взяв ее за кончик, вытряхнул на стол ее содержимое — бланк, когда-то сложенный, а теперь расправленный во всю страницу. Наверху красовался адрес, и им оказался один из самых престижных домов в Саутгемптоне. Далее, почерком мистера Крю, шел текст.

— Это настоящий документ, — уверил Хоксли Стюарт, увидев недоверие на лице визитера. — Здесь вы видите домашний адрес Крю, и записи сделаны его почерком. — Он постучал кончиком линейки по листку бумаги. — И, конечно, найдутся отпечатки его пальцев. Этого документа вполне достаточно, чтобы снять с вас все обвинения, но хватит ли его для того, чтобы убедить Крю, я не знаю. Впрочем, это ваши проблемы.

— Откуда у вас этот документ?

Хейз только улыбнулся и покачал головой.

— Я солдат, и мне известны такие понятия, как отступление и запас. Давайте скажем проще: этот документ попал мне в руки, но, сознавая его важность для вас, я решил передать его вам.

Хэл подумал сейчас о том, насколько хорошо Крю был знаком с этим человеком, раз решил довериться ему. Может быть, этот документ был приобретен с тем, чтобы в дальнейшем иметь возможность шантажировать адвоката?

— Я не совсем понимаю, — честно признался Хэл. — Крю, по всей очевидности, должен мечтать разделаться с вами. То же самое могу сказать о себе и о мисс Лей. Так или иначе, вас и вашего брата скоро выведут на чистую воду. Почему вы хотите облегчить нам задачу?

Хейз ответил не сразу.

— Я стараюсь снизить свои потери, Хоксли. Я возвращаю вам ресторан, и будьте мне благодарны.

— Конечно, что мне еще остается? — сердито буркнул Хэл и подозрительно прищурился. — Так кто стоит за организацией рэкета? Вы или Крю?

— Никакого рэкета тут нет. В настоящее время слишком большая часть недвижимости попадает в заклад. Тот, у кого есть деньги, скупает такие заведения за бесценок. Мистер Крю являет собой часть абсолютно законного синдиката. К сожалению, деньги, которые он использовал, принадлежали не ему.

— Значит, управляете этим синдикатом вы?

Хейз предпочел промолчать.

— Значит, говорите, никакого рэкета? — взорвался Хэл. — Я не собирался выставлять «Браконьер» на продажу, и все же вы купили соседние дома.

Хейз снова согнул линейку.

— В конце концов, вы продали бы его. Рестораны — штука ненадежная. — Он попытался улыбнуться. — Подумайте только, что могло случиться, если бы Крю дождался суда над вами. — Его взгляд похолодел. — Подумайте, что произошло бы, если бы мой брат успел рассказать мне о том, как Крю использовал его. И тогда мы бы никогда не беседовали так, как делаем это сейчас, потому что вы бы не знали, к кому обратиться.

У Хэла встали дыбом волоски на шее у затылка.

— Но афера с гигиеной в ресторане все равно имела бы место? Линейка, согнутая почти пополам, наконец, не выдержала и лопнула с громким хлопком. Хейз улыбнулся.

— Рестораны — штука ненадежная, — повторил он. — Поэтому лучше поблагодарите меня, и если это произойдет, «Браконьер» в самом ближайшем будущем начнет процветать.

— То есть с нашей стороны требуется лишь держать рот на замке и никому не рассказывать о том, что во все это были вовлечены вы?

— Ну, разумеется. — Он выглядел удивленным, словно ответ на вопрос был очевиден. — Хотя бы потому, что в следующий раз пожар не ограничится одной сковородкой, и вам, — тут он пристально посмотрел на Роз, — а также вашей подруге, возможно, не повезет. Понимаете, гордость моего брата была задета. Он ждет не дождется отомстить вам. — Он указал на листок, лежащий на столе. — С Крю вы вольны поступать так, как сочтете правильным. Я не уважаю беспринципных людей. Он ведь адвокат, и у него были определенные обязанности, которыми он пренебрег и пустил в расход деньги доверявшего ему умершего человека.

Хэл, потрясенный услышанным, приподнял документ за край и положил его в сумочку Роз.

— Но вы сами не лучше его, Хейз. Вы же предали его веру в вас, когда рассказали отцу о ребенке Эмбер. Правда, за это нам не пришло бы в голову подставлять Крю. — Он подождал, пока Роз поднимется, и направился к двери. — И я позабочусь, чтобы ему это стало известно к тому времени, когда за ним придут полицейские.

Хейз только улыбнулся.

— Крю не станет ни в чем признаваться.

— Что остановит его?

Хейз провел куском линейки себе по горлу.

— То же самое, что и вас, Хоксли. Страх. — Он оглядел Роз с ног до головы. — Различие только в том, что Крю без ума от своих внуков.

Джефф проводил их до машины.

— Ну, хорошо, а теперь сдавайся, — потребовал он. — Что происходит?

Хэл взглянул на побледневшее лицо Роз и заявил:

— Нам срочно нужно выпить.

— Это совсем не обязательно, — запротестовал Джефф. — Я помог тебе, Хэл, теперь очередь за тобой.

Хэл схватил его за руку чуть повыше локтя и крепко сжал податливую плоть.

— На полтона пониже! — прошипел он. — Там, внутри, находится человек, который спокойно вырежет у тебя печень, сожрет ее на твоих глазах и примется за почки. И будет это делать, не переставая улыбаться. Где тут ближайшая забегаловка?